МИСС ВСЕЛЕННАЯ для Космопиратов - Тина Солнечная

Он на секунду задержался в дверях, но, не найдя повода поспорить, всё же шагнул внутрь. Без лишней бравады, спокойно, но взгляд его всё равно скользнул по комнате, как будто он ожидал подвоха.

— Ну да, — буркнул он и присел на диван, не прямо рядом, но и не на другом конце. Просто… достаточно близко, чтобы смотреть на меня сбоку и не делать вид, что мы незнакомы.

Я наблюдала за ним краем глаза. Он сел, откинулся назад, перекинул ногу на ногу и положил одну руку на спинку дивана. Движения уверенные, но внутри в нём всё как будто было сжато, напряжено.

Я снова вернулась к книге. Не из вежливости — мне правда было интересно. Хотя теперь каждая страница отзывалась остро, потому что я чувствовала его взгляд на себе. Не тяжелый, нет. Скорее… изучающий.

— Ты читаешь технику? — наконец спросил он, будто не верил.

— Ага. — Я хрустнула печенькой. — Вчера с Ареном возились с этим модулем, а я не люблю делать что-то, не понимая, что именно трогаю. Он мне, конечно, все объяснил, но знаешь, перечитать лишним не будет…

Он на секунду замолчал, будто не знал, что на это сказать.

— Ты удивляешь меня, — сказал он наконец.

— Это в мои планы не входило, — отозвалась я, не поднимая глаз, но уже с лёгкой, колючей улыбкой.

Он усмехнулся. Тихо. И я почувствовала, как напряжение в нём чуть сбавилось.

Он какое-то время молчал, скользил взглядом по раскрытой методичке, по моим рукам, по коробке с печеньем. Словно не мог решить, что его удивляет больше — мои заметки или то, как я спокойно их делаю. А потом, будто выдохнув внутри себя, Феран выдал:

— Когда Арен сказал, что из тебя выйдет механик. Я честно говоря… думал, что это тогда был просто подкат. Ну, чтобы ты ножки радостнее раздвигала.

Я подняла голову, медленно защёлкнула книгу и прищурилась.

— Это грубо.

— Это честно, — отозвался он так легко, что на секунду захотелось бросить в него печенькой. — Но теперь мне кажется, что я ошибся.

Я не сразу ответила. Просто смотрела на него так внимательно, что он чуть дёрнул уголком рта, будто хотел отвести взгляд, но не позволил себе. А я — наоборот, позволила себе всё.

— Ты знаешь, Феран, — сказала я медленно, выбирая каждое слово, — иногда ты несёшь такую чушь, что впору тебя самого разобрать по частям. Чтобы проверить, что внутри.

— Ладно, — сказал он тихо, без своего показного ехидства. — Вижу, ошибся. Приношу извинения.

Я кивнула и снова раскрыла книгу.

— Почему ты решила стать их общей девушкой? — спросил он вдруг, не поднимая взгляда от какой-то схемы, что лениво обводил пальцем на столе.

Я вскинула брови, даже не сразу поняв, что он всерьёз.

— Я не решала.

Он наконец посмотрел на меня — этот взгляд был острым, но без злости, скорее прицельный, как у тех, кто всегда хочет докопаться до слоя под кожей.

— Они тебя заставили? — произнёс он так спокойно, будто речь шла не обо мне, а о какой-то посторонней девчонке. — Ты не выглядишь как та, которую насилуют по ночам.

Я хмыкнула и облокотилась на руку:

— Нет, они меня не заставляют. Просто нам хорошо вместе. Они мне нравятся.

Феран ухмыльнулся уголком рта, но не издеваясь — скорее ответ показался ему занятным.

— Все? — уточнил он.

— Нет. Ты, например, не нравишься, — парировала я тут же, и у него вырвался настоящий смешок — короткий, грубый, но живой.

— Ты даже не дала мне шанса.

— А зачем он тебе? — бросила я, откинувшись на спинку дивана.

Он пожал плечами — легко, будто не держал обиды.

— Да просто так. Скучно быть последним, кого ни к чему не подпускают. — Он склонил голову чуть набок, разглядывая меня с какой-то ленивой хитринкой. — Кстати. Я не хуже Арена разбираюсь в этих блоках. Могу научить тебя, если тебе правда интересно. Хотя… — он фыркнул и потёр шею. — Хотя не знаю, куда ты это потом денешь. Если всё всё равно пойдёт так, как они задумали.

От его последних слов у меня что-то неприятно щёлкнуло внутри. Он говорил о том самом разговоре, который я тогда подслушала. О том, что рано или поздно меня всё же куда-то отвезут. Кому-то подарят.

Я сжала пальцы на переплёте книги и выдохнула:

— Я не хотела бы пока об этом думать.

Феран только кивнул. Спокойно, без насмешки:

— Ладно. Так что — объяснить тебе что-то из книги?

Я помялась, коснулась пальцем одной из схем, где линии блоков уходили в никуда. На секунду что-то защемило — может, зря я тут сижу, может, зря с ним… Но он смотрел без подвоха. Без этого гаденького «сейчас я тебя подцеплю». Просто мастер, который знает своё железо и не против поделиться знаниями.

— Ладно, — выдохнула я. — Вот это и это… что это за модули? Почему они могут конфликтовать?

Он усмехнулся и подался ближе, будто только этого и ждал. С минуту что-то чертил пальцем прямо по схеме, объяснял, показывал, как проходят потоки, где что отсекается. Потом и этого ему стало мало — он поднялся и ушёл на минуту. Вернулся с коробкой деталей и стопкой бумаги.

— Смотри, Света. Так быстрее поймёшь, — сказал он уже другим голосом — полностью сосредоточенным, чуть хриплым от увлечения.

Он разложил детали прямо на столике, взял маркер и стал рисовать мне схемы — показывал, как одна плата стыкуется с другой, где можно «выжать» больше мощности, а где наоборот всё блокируется защитой. Я ловила каждое слово — мне и правда было интересно. Это было похоже на игру, только настоящую, где ты понимаешь, что теперь сможешь сама разобрать, переставить, собрать заново.

Я смеялась, когда он рисовал что-то слишком криво и вырывала маркер, чтобы исправить. Он ворчал, забирал обратно, брал детали и клал их мне в ладони, заставляя на ощупь находить контактные точки.

Час шёл за часом — кто-то другой давно бы сбежал от скуки, но я смотрела, как горят его глаза, когда он видел, что я понимаю, что мне нравится. И эта искренняя, упрямая часть его, которая вдруг перестала быть «тем, кого не подпускают», — стала кем-то, кто делится настоящим.

Мы и правда не заметили, сколько прошло времени. Столы были завалены листами с корявыми схемами, пустыми кружками и мелкими деталями, которые Феран то разламывал пополам, то снова соединял на моих глазах. Я сидела на подушках на полу, склонившись к нему так близко, что пару