Небесные корсары Амадеус - Григорий Гуронов
В 2201 году локальные войны и напряжённость между странами достигли своего апогея. Планета страдала от безумия населявшей её «разумной» чумы, которая сама себя именовала человечеством. И люди в те тяжелые времена, когда моральный упадок и ненависть друг к другу стали переходить любые разумные границы, в силу собственной глупости стали искать спасения в религиях. Привело это всё к ещё большему кошмару. За какие-то несколько лет убыль населения начала приобретать ранее невиданные масштабы. Развитие науки, культуры было забыто. Человечество, окончательно спятившее от религиозного экстаза, неслось к закату. Как и во все времена, нашлись те, кто решил остановить казавшийся тогда неминуемым конец. Представители разных наук: врачи, инженеры, экономисты, технологи, люди, видевшие будущее землян в развитии, в научном прогрессе, объединились, чтобы своим умом и разумом противостоять очевидному злу. Также к ним примкнули и другие. Среди них были, конечно, солдаты, которые часто говорили со своими богами в окопах под свинцовыми дождями, настолько уставшие от бесконечных войн, что не видели другого выбора, как забыть про расовые, территориальные и, конечно, религиозные предрассудки и примкнуть к зарождающемуся обществу технократов. Но самое удивительное, что были люди, которые не сомневались в существовании потусторонних сил и, тем не менее, целиком и полностью разделяли чувства и мировоззрения учёных. Противостояние длилось почти сотню лет, и назвали эту эпоху «Передел мира». И как человек когда-то давно одолел зверя, используя мозги, так и новое общество одержало верх, и в 2253 году люди стали едины.
Объединившись, человек разумный невероятными темпами вернул утраченные знания и приобрёл новые. Человечество снова обратило свой взгляд к звёздам. Начался новый этап колонизации Солнечной системы.
Но, несмотря на то, что Луну заселили всего за пятилетку, начав процесс создания атмосферы на этом спутнике с помощью новых экспериментальных технологий терраформи́рования, истинный прогресс и рывок, навсегда изменивший жизнь людей, ведёт своё начало с освоения Марса.
На Красной планете был обнаружен материал, чьи свойства поражали умы всех светил науки того времени. Его назвали вионий. В зависимости от обработки и взаимодействия с другими материалами вионий начинал обладать разными свойствами. Двигатели и реакторы на его основе увеличивали энергоэффективность любого топлива в сотни раз. Поэтому, долго не раздумывая, учёные-инженеры начали закладывать огромные космические корабли, вмещающие по пятнадцать миллионов человек, на которых люди смогли бы бороздить космос. Также было решено делать из этого материала реакторы для заводов, которые должны были стать сердцем городов первопроходцев на новых планетах. Никто, конечно, не забыл и об оружии из виония, чья долговечность и смертоносность радовала старых вояк. Никто тогда не знал, к какой катастрофе это новообретённое чудо вкупе с вечным человеческим высокомерием приведёт людей. И какие далеко идущие последствия это будет иметь.
Корабли-города строились, а Пращуры, как их начали величать, решили отобрать самых сильных во всех отношениях людей (из тех, что остались после войн) и разделить их на четыре легиона, которые должны были отправиться покорять другие миры. Каждый легион обладал двумя космическими левиафанами, в которых жил легион.
Один из этих легионов, I легион, пролетев множество миров, попутно заселяя те планеты, которые было возможно, наконец в 2328 году наткнулся на лучшую из увиденных ими систем. Её назвали Миркелия, а планету, почти полностью покрытую водой, объявили столицей и нарекли Аргиан.
Локтар же был главой административной части легиона. Человек, не обладавший высокими достижениями в науке, но имеющий острый и хитрый ум. Прирождённый управленец и манипулятор. К его мнению прислушивалась верхушка технократов легиона. К сожалению, местная болезнь скосила его, как и многих других, заселивших планету, прежде чем врачи нашли пути лечения.
Не меньшей трагедией стало постепенное осознание того, что его сын – не то что бледная тень своего родителя, а и в целом – полный идиот. Но знали это только в узких кругах. Лишать его всех титулов было бы неразумно с политической точки зрения, поэтому его власть просто ограничили. Удачей также было то, что мать Дерека не стала спорить с таким решением, понимая всю правоту суждений насчёт её сына.
Остаток поездки прошёл в молчании, пока Эбер, зевая, не объявил: «Приехали!»
Дворцовый комплекс был построен на плато, находившемся на берегу океана. Через него проходила река, вдоль которой они ехали, входившая во дворец сквозь колонны, составляющие часть высокой белой стены. Дальше река, как знал Сэндэл, пересекала всё здание и оканчивалась водопадом, падающим с края плато в океан. Дворец был в том же стиле, что и вся остальная столица. Это была монументальная бежево-белая громада, но скорее вширь, а не в высоту. Множество шпилей и многогранных крыш венчало несколько десятков зданий, соединённых между собой. Над местом, где должен был начинаться водопад, была арка, и на ней цилиндрическое помещение с великолепным янтарным куполом, переливавшимся множеством оттенков коричневого, золотого и рыжего в лучах заходящего солнца. Как опять же знал капитан, это был Зал совета.
Они проехали через огромные металлические ворота, на которых были выгравированы сцены первого десантирования колонизаторов на поверхность планеты.
Дальше их путь лежал вдоль высоких деревьев, чем-то напоминавших земные ели, только цвет был светло-голубой. Через где-то четыреста метров они свернули налево и тут же оказались в уже открытом гараже. Все молча вышли из аэрокара, медленно опускающегося на специальные платформы.
Коен отправился к двери, ведущей вглубь комплекса. Открыв её, он жестом пригласил всех внутрь. Несмотря на всю помпезность дворца снаружи, внутри он был обставлен весьма скромно. Попахивало аскетизмом. И Сэндэл отметил, что это же чувство у него возникло при взгляде на костюм секретаря.
Группа довольно долго шла по каким-то однообразным коридорам, пока не подошла к лифту, возле которого дежурили два охранника. Они стояли в легионерском доспехе, который был, конечно, куда лучше, чем у обычной планетарной стражи. Вооружены эти ребята были штурмовыми винтовками и стандартными клинками, висевшими на поясе. Их доспехи были настолько сияюще белые, что хотелось прикрыть глаза. Конечно, никакой рациональной нагрузки такая расцветка нести не могла.
– Надо же. Я-то думал, мы больше живых не встретим, – выразил общую мысль корсаров Вальдер.
Охранники молча расступились, а один из них нажал на руну открытия дверей.
В лифте было всего две кнопки, обозначающих этажи. Коен нажал на верхнюю, и они начали довольно быстро подниматься. Буквально через минуту двери распахнулись вновь, и Сэндэл сразу понял, что они не в зале советов, а в левом крыле дворца.
Помещение было с высоким потолком, и одна из его стен состояла
