Бой-Жаба в мужской академии (СИ) - Аля Арина
– Дело не только в этом. Ты пойдёшь работать на короля, а я открыла своё дело и собираюсь в путешествие.
– Нет, Вась, я не смогу работать на короля, который покрыл преступление Шейна. Отец был разочарован, но понял, почему я отказываюсь. И он знает, что я к тебе чувствую. Так что если согласишься, то я твой. Вместе будем путешествовать, работать и… плодить головастиков.
– Я слишком устала, чтобы с тобой сейчас спорить, но утром обязательно тебе откажу. – Не-а, не откажешь, потому что утром мы с тобой поженимся, а потом в деталях обсудим грядущую миссию. Я слышал, что ты собираешься усыпить вулканического духа? Это чертовски интересно! Я уже разработал стратегию. Первым делом надо стабилизировать магическое ядро вулкана, потом перенаправить поток стихийной энергии…
– Нельзя так сразу перенаправлять поток. Начнутся оползни!
– М-м-м… Значит, с остальным ты согласна?
– С тем, что надо стабилизировать ядро вулкана? Конечно, согласна.
– А с тем, что утром мы поженимся?
– Нет, и я сейчас объясню тебе, почему…
Однако уже не хочется спорить и ругаться. Честно говоря, я уже давно простила Виана и скучала жутко. А без его продуманной стратегии мне не справиться, я просто грохну беднягу духа очередной силовой блямбой, а потом буду извиняться и искать ему новое место жительства.
Поэтому утыкаюсь носом в холодный и склизкий бок моего вновь-напарника и сладко засыпаю. Без снов и волнений.
А когда просыпаюсь, уже утро, и в дверях моей комнаты стоит отец, скрестив руки на груди.
В панике осматриваюсь, но я в постели одна, только не пошевелить рукой…
Свешиваюсь с кровати.
Виан в своём человеческом облике спит на полу около моей постели, но при этом не отпускает мою руку. Боится, что сбегу, но при этом уважает традиции. Я приличная девушка, и спать со мной в одной постели может только муж… или жаба.
– Я правильно понимаю, что у нас сегодня свадьба? – спрашивает отец, насмешливо изгибая бровь.
– Не знаю, как у вас, а у нас с Василисой точно, – сонно бурчит Виан. – Мы ночью обо всём договорились.
Собираюсь оспорить это наглое заявление, но он продолжает.
– Я буду любить вашу дочь всю жизнь и жить с ней душа в душу. Буду носить её на руках на подушечке с кисточками, кормить её и радовать. Спорить с ней до хрипоты, ругаться, а потом сладко и долго мириться. Буду делать глупости, а потом просить прощения и держать её за руку всю ночь. Мы будем воспитывать наших детей без применения проклятий, путешествовать и радоваться жизни. Что скажешь, Василиса?
Вздыхаю, отгоняя слёзы. Счастливые.
– Ты покорил меня, когда упомянул подушечку. С кисточками.
Вот так всё и закончилось, вернее, началось.
А если вы не поверили в нашу с Вианом историю, то у меня для вас один ответ.
Боевой квак.
Конец
