Стихия духа - Алекс Рауз
Тени, рожденные в пламени погребальных костров. Чем дальше уплывали ладьи с телами, тем выше становились тени. Они знали, что смерть – это только начало…
Новые боги взошли над Авелором.
В пустом мраморном дворце Данара утирала бесполезные слезы. Она знала, что этот миг настанет. И также знала, что не выиграет свой последний бой…
Рука крепко сжимала нож точно напротив сердца.
Таали никогда не простит ее за это. Но разве что-то еще имело значение, если его больше нет и не будет рядом?!
Данара выдохнула, усмехнулась и простила сама себя за эту слабость. В конце концов, она продержалась дольше, чем ожидали они оба.
Она надавила на нож, но неведомая сила вырвала его из рук в последний момент. Холодный ветер прошелся по ее волосам, ледяным уколом ужалил в щеку.
«Нет. Живи, Данара, – пронесся шепот в голове. – Живи, я буду рядом. С вами обоими».
Эльфийка тронула свой живот. Ее дар солхари был слишком слаб, но не почувствовать зародившуюся несколько недель назад жизнь она не могла.
Эпилог
В этот день черное и красное слилось воедино. Грозовые тучи неустанно сверкали, проливая вниз холодные капли дождя. На отвесной скале, омываемой бешеными волнами, застыли три фигуры. Их одежды нещадно трепал ветер, но голоса звучали четко.
– В этом мире и во всех последующих я клянусь никогда не покидать тебя. Я не позволю ни одной, даже самой неотвратимой силе, разлучить нас. Я изменю судьбу и реальность, лишь бы только быть вместе с тобой. Клянусь, что миру никогда не увидеть ни единой твоей слезинки. Куда бы ни направила нас нить жизни, я никогда не отпущу твою руку и разделю с тобой свет и тьму всех миров. Любимая, ты мое сердце, мое будущее, вся моя жизнь.
– В этом мире и во всех последующих я клянусь никогда не покидать тебя, – улыбнулась в ответ невеста. – И клянусь никогда не обмануть твоего доверия. Я отдам последние силы за то, чтобы наших душ не коснулось больше зло. Я буду твоей поддержкой и опорой и никогда не отпущу твоей руки.
– Даниэль Рид, берешь ли ты в жены Адалию Нимиру? – улыбнулся Квентин. Такие союзы заключались самой судьбой, и ничто уже не могло их разрушить.
– Беру.
Невеста не изменила своим вкусам, ее платье было в ярких алых тонах. Прозрачная красная фата терялась в крупных черных локонах. И лишь мелкие цветы, искусно вплетенные в прическу, были белыми.
– Адалия?
– Как мы долго шли к этому дню… Ты уже не примешь отказа, да?
Жених сверкнул глазами. Теперь, когда они вновь стали зелеными, как весенняя трава, выходило не так грозно. Он сам понял это и улыбнулся.
И на самом дне измученно-счастливой улыбки скользнул прежний Даниэль.
