Ведьмин капучино и тайна наследства - Елена Михалёва
– Ага, – кивнула она, а потом громко икнула и представилась: – Меня Лесей зовут. – Она поставила стакан и снова всхлипнула.
Дана протянула ей салфетку.
Леся громко высморкалась.
– Спасибо. Большое.
– Так что стряслось, милейшая? – как можно мягче спросил Теодор.
– Это всё баба Зина виновата. Она житья мне не даёт. Она требует, чтобы я сделала для неё одно грязное дело, а я не могу! Пожалуйста, помогите! – выпалила с досадой кикимора.
Вампир и ведьмы озадаченно переглянулись, а Витан невозмутимо спросил:
– Что за баба Зина?
– Колдунья, за МКАДом живёт. В дачном кооперативе «Цветик». – Леся снова звучно высморкалась. Голосок у неё стал тоненький и отчаявшийся. – Я ей много лет служу по принуждению. У неё моя куколка. Так она раньше ещё ничего была, а с возрастом как поганок объелась. Такие вещи требует, за которые меня охотники мигом сожгут.
Дана непонимающе воззрилась на Витана. Тот подошёл к ней по столу ближе и негромко пояснил:
– Кикимора обычно привязана к предмету. Кто этим предметом завладеет, тот и кикиморе может приказывать. Своего рода в рабство взять. Как очень слабенький джинн.
В ответ Леся скуксилась и заплакала ещё горше. Дана вгляделась в лицо девушки и вдруг поняла, что веснушки на её лице напоминают узор из прудовой ряски, только оттенка человеческой кожи.
– У меня ку… – Леся сбивчиво вздохнула и повторила: – Куколка есть.
– А что именно эта баба Зина от тебя хочет? – Дана услужливо протянула следующую чистую салфетку.
– Она ведьма. Раньше я просто у неё на посылках была, а в этом году она с соседом повздорила из-за того, что тот не так забор поставил. И теперь она требует, чтобы я его извела. А я не хочу никого обижать. Я добрая. Баба Зина сегодня в гости уехала, а я к вам помчалась. Мне знакомая лешачиха про вас рассказывала. Вот я и решилась… помощи… попросить.
По мере того как кикимора говорила, её голос становился всё тише. Под конец она втянула голову в плечи и посмотрела так затравленно, будто пожалела, что пришла, боясь осуждения.
– Вот же карга, – проворчал Витан, сердито прижав уши к голове. – Нельзя этого так оставлять.
Патефон, вторя его воинственному настроению, заиграл «Полёт валькирий» Вагнера.
Озадаченные ведьмы и вампир обменялись взглядами. Дана чувствовала, как напряжение затягивается в тугой узел. Ярослава, до этого спокойная, теперь хмурилась. На Лесю она смотрела с подозрением.
– Я позвоню Людмиле. – Теодор достал из кармана брюк смартфон. – Они с Веселиной скажут, как поступить.
Он отошёл в сторону и принялся набирать номер.
Леся, наблюдая за ним, отрывисто вздохнула, а потом растерянно повернулась к Дане.
– Вы ведь мне поможете? – жалобно спросила она, комкая в руках мокрую салфетку. – Пожалуйста. Я не хочу… к охотникам… А если не выполню, баба Зина меня сама убьёт.
Дана накрыла её ладони своей рукой и ободряюще улыбнулась.
– Не переживай. Сейчас старшие ведьмы что-нибудь придумают, – пообещала она. – Вот увидишь.
– Зина, Зина… – Ярослава задумчиво постучала пальцами по столу. Её тёмно-зелёный маникюр ритмично забарабанил о дерево. – Хм… Зинаида из «Цветика». Я, кажется, знаю, о ком речь. – Она обратилась к Витану: – Помнишь, как-то наведывалась к нам года три назад? Спрашивала, не нужны ли древесные грибы? В друзья набивалась.
Домовой пошевелил усами.
– Да, припоминаю. Склочная, скверная бабка. Предслава её тогда деликатно выставила, когда та стала предлагать подмешивать в чай дурман. Ты ещё потом сказала, что у неё бородавка на носу, как у настоящей Бабы-яги.
Леся просияла и выпрямилась.
– Это она! – Кикимора энергично закивала. – С бородавкой! И она правда склочная. А друзья у неё все прегадкие. Особенно мужик один. Сущий Кощей Бессмертный из сказки. Просто бр-р-р! А у одной старушенции ферма по производству жабьей икры. Она ею промышляет каждый год. – Леся жалобно всхлипнула. – Бедненькие миленькие головастики!
– Так себе компания, – проворчал Витан.
– И это далеко не все её товарищи, – посетовала кикимора. – От некоторых прям в дрожь бросает.
Возвратился мрачный Теодор. Выражение его лица Дане не понравилось.
– До Веселины не дозвониться. Связь обрывается. Только успел понять, что она где-то в Карелии. А у Людмилы телефон вообще недоступен. Наверное, сейчас в самолёте, – он развёл руками. – Я буду пытаться и дальше, но не знаю, сколько времени это займёт.
Кикимора встрепенулась, как маленький мокрый воробей. Такая же щуплая и несчастная.
– Но как же так? – Её голос дрогнул, наполняясь слезами. – Вы мне разве не поможете? Вас же так много!
Её непонимающий взгляд заметался от одного к другому.
– Такие серьёзные вещи должны решать ведьмы шабаша, а их нет на месте, – спокойно объяснила Ярослава.
– А ты разве не ведьма? – Леся уставилась на неё так, будто только сейчас заметила её присутствие. Она прищурилась, изучая лицо брюнетки. – Я почему-то была уверена, что ты тоже ведьма…
Ярослава сжала пальцами переносицу, стараясь успокоиться. Замечание явно задело её за живое. Однако она лишь холоднее добавила:
– С этой твоей бабой Зиной лучше просто так не связываться. Нужно дождаться старших в шабаше. Пусть они сами решают, как лучше поступить. И вообще. Кафе оставлять нельзя. Здесь всегда должна находиться ведьма. Мало ли что может произойти.
По мере того как она говорила, глаза у Леси наполнялись слезами, а сердце у Даны сводило от жалости, глядя на неё.
– Неужели совсем ничего нельзя сделать, пока наши не приедут? – обратилась она к Витану. – Нельзя этого так оставлять! Колдунья ведь погубит девочку!
Будто в подтверждении этих слов Леся громко шмыгнула носом.
– А если вмешаемся мы, станет ещё хуже. – Ярослава скрестила руки на груди. – Привлекать внимание Ордена нельзя. Ты ведь знаешь.
– Но они… – начала Дана.
– Умоляю, не надо! – При упоминании охотников Леся побледнела. Она вскочила со стула, сунула на ходу книгу в сумку. Её тоненькие ручки дрожали. – Я тогда пойду. Меня и так уже долго нет. Баба Зина будет злиться, если вдруг вернётся и хватится меня. Мне ещё на электричку надо успеть… Спасибо… Извините.
Она засеменила к двери.
Дана вскочила следом, чувствуя себя страшно виноватой перед этим беззащитным кротким созданием, которому она ничем даже помочь не смела без разрешения старших.
Но также Дана не могла позволить ей уйти. Всё внутри кричало: если отпустит сейчас, то Лесю она снова не увидит. Баба Зина так просто не оставит неповиновение. А уж охотники и подавно не простят кикимору, если та навредит человеку.
В памяти всплыло лицо Руслана, который прямо-таки торжествовал, говоря ей: «А ведь я предупреждал».
– Леся, стой! – Она побежала за кикиморой и уже на ходу бросила: –
