Норфлэр - Рин Блэк
Кел тем временем сделал то, на что никто другой из семьи так и не решился: он подошел к брату и крепко обнял его.
– Я скучал, Дэф, – просто сказал он, но в этих словах чувствовались искренность и тепло. Вместе они двинулись вслед за матерью.
Лиф остался стоять в одиночестве. Молчание затягивалось, словно тяжелая завеса между ним и остальными. Он не находил слов, и лишь тогда, когда Кел с Дэфом уже шагали впереди, медленно двинулся следом, сохраняя дистанцию.
Между младшими братьями чувствовалась напряженность. На протяжении всей дороги домой Кел явственно ощущал атмосферу вражды, незримую, но ощутимую, как грозовая туча, парящую между Лифом и Дэфом.
Когда они вошли в особняк, Дэф начал осматривать его интерьер. Ему было удивительно осознавать, что за десять лет здесь практически ничего не изменилось. Те же картины на стенах, белоснежные колонны, знакомая мебель – даже его комната оставалась нетронутой с того самого дня, как он десять лет назад принял решение уйти из дома и скрыться в лесу. Именно там он провел все эти годы, живя вместе с лесничим, который стал для него почти родным человеком, заменив отца и старшего друга.
– Мы не трогали твои вещи, только иногда слуги приходили, чтобы убрать пыль, – произнес Лиф, проходя мимо, и хотел скрыться в комнате напротив.
– Лиф, – окликнул его Дэф. Брат застыл на месте, не оборачиваясь. – Я не могу изменить то, что сделал… Но могу решить, кем буду завтра.
С этими словами Дэф вошел в свою старую комнату и закрыл за собой дверь. Лиф несколько секунд постоял в коридоре, словно обдумывая услышанное, затем развернулся и последовал его примеру, скрывшись в своей комнате.
Глава 2
Выбор без выбора: убивать, чтобы выжить
Норфлэр – город, пропитанный историями, заговорами, интригами и магией. Он был построен на крови тех, кто отказался склониться перед его могуществом. Подобно чуме, он пожирает все вокруг, разрастаясь за счет врагов и даже союзников. Его девиз гласит: «Подчинись или умри», – жесткий закон, не оставляющий выбора тем, кого заметят правители города.
Согласно легендам, Норфлэр был основан самим хаосом, творцом этого мира. Имя города не случайно. Оно было создано из двух слов, взятых из языка другого мира, откуда хаос пришел, чтобы дать жизнь своим созданиям. Слово «нуар» означает «черный цвет», а «флер» переводится как «цветок». Таким образом, название города символизирует одновременно красоту и тьму, которые переплетаются в его судьбе. Если посмотреть на Норфлэр с высоты птичьего полета, то очертания границ города напоминают медведя, безжалостно пожирающего всех, кто оказывается на его пути. Это место, где жизнь и смерть танцуют свой вечный танец, а каждый уголок хранит следы прошлых битв, предательств и великих деяний.
Каждый, кто осмеливался поселиться в этом городе, должен был ответить на один простой, но жестокий вопрос. Стоя перед огромным медведем в венке из черных роз, символизирующим саму суть Норфлэра, существа заглядывали в глубины своей души: «Насколько ты силен?» Сила – вот чем питается этот город. Но какая именно сила? Месть, подпитывающаяся чужой болью? Слабость твоих желаний, которые ты не в силах контролировать? Или тщеславие, что прячется в твоей душе, словно трусливый заяц, боящийся выйти на свет?
На этот вопрос все время пытался ответить Дэф. Каждый раз являясь перед ним, медведь задавал ему один и тот же вопрос на протяжении всей его жизни, но Дэф так и не мог дать ему ответ, отчего медведь разочарованно уходил в небосвод.
Раздался неожиданный стук в дверь его комнаты, и Дэф резко пробудился ото сна.
– Молодой господин Дэф, могу ли я войти? – послышался мягкий голос прислуги.
Сонно моргнув, Дэф ответил:
– Да, конечно, входите.
Придя в себя, он поднялся с постели и направился к зеркалу. Пытаясь пригладить свои непослушные черные кудри, он вдруг почувствовал на себе чей-то взгляд. В зеркале он заметил, как молодая девушка-прислуга с розоватым оттенком кожи тайком наблюдает за ним.
– Со мной что-то не так? – спросил Дэф, слегка насторожившись. Он давно отвык от чужого общества и чувствовал себя некомфортно под пристальным взором.
Девушка покраснела, смущенно опустив глаза.
– Н-нет, просто… вы, господин Дэф… вы действительно очень красивы, как ваш покойный отец. Вы точь-в-точь его копия. Неудивительно, что женщины Норфлэра с нетерпением ждут, когда снова увидят вас на улицах, – она быстро сказала и, не дожидаясь ответа, поставила вазу со свежими цветами на тумбочку. Затем поспешила уйти.
Посмотрев на свое отражение, он был поражен. В зеркале он не видел того красивого юношу, каким его описала девушка. Вместо этого перед ним предстал монстр – существо, которое, казалось, не принадлежало ни к одному из видов, властвующих в этом городе. Разъяренный, Дэф с силой ударил по зеркалу. Оно не выдержало удара и рассыпалось на острые осколки, блеснувшие в свете утреннего солнца. Посмотрев на свою руку, он заметил, как из мелких ранок потекли тонкие струйки крови, словно зеркало решило оставить на нем свой след. Дэф смиренно вздохнул и направился в ванную, чтобы прижечь раны. Затем он зашел в гардероб и переоделся в одежду, в которой приехал в особняк. Спустился вниз, где его семья уже собиралась на завтрак. Осторожно огляделся и сел у края стола, чтобы не привлекать внимания Дианы и братьев.
– И долго ты будешь играть роль нелюбимого родственника? – произнесла Диана холодным тоном, не глядя на Дэфа и продолжая намазывать масло на хлеб.
– Нет, госпожа, – ответил он и занял свое обычное место рядом с Лифом.
Диана, сохраняя спокойствие, заговорила:
– В городе начали устанавливаться новые порядки. Кланы как никогда готовы к войне, а два новых лидера уже собирают сторонников. Пока наш клан остается в стороне, но это ненадолго. Рано или поздно нам придется заявить о своих правах на пост вашего покойного отца. Но пока этого не произошло, сообщайте мне, если кто-то попытается давить на вас. Я приму меры.
Она сделала паузу, затем добавила:
– Кстати, начались приемы заявок на участие в боях за право управления кланами. Вы уже решили, кто пойдет?
– Я пойду, – без колебаний заявил Лиф.
– Скорее всего, я тоже, – поддержал Кел.
Все за столом перевели взгляды на задумчивого Дэфа, который ковырялся вилкой в омлете, принесенном прислугой. Почувствовав на себе тяжесть этих взглядов, он поднял глаза и встретился с вопрошающими лицами.
– Я… – начал он, но Диана перебила его, не дав договорить.
– Тебе лучше воздержаться от этого.
– Почему? –
