Вернувшийся. Новая эра - Антон Владимирович Топчий

— Ой! Будто ты много чего кастовал, — отмахнувшись, ответил другу Тарас.

— Только вот боссов, в основном я выношу.

— Ну, так это же целесообразнее. А то ещё попадётся какой-нибудь D ранг.

— Ага, в подземелье А ранга, — усмехнулся Артур, после чего добавил:

— Кстати, в честь первого боя парню надо бы позывной выдать.

— А ты видимо уже придумал, — немного улыбнувшись, произнёс Степан.

— Конечно, фонарик.

— Ага, — весело сказал Тарас. — По этой логике тебе нужно было выдать позывной «Шрек».

Ребята засмеялись, все кроме Артура. Хотя по его лицу было видно, что он ни капли не обиделся. Просто он относился к тем людям, которые не любят смеяться над самим собой.

— Предлагаю прозвать его Сумраком, — вставил своё слово глава гильдии, — и грузиться в машину.

В качестве транспорта выступал Зил 131. Он был в хорошем состоянии, но списанный. По крайней мере, об это свидетельствовала Гришина способность. С другой стороны, самому парню на это было пофигу. Он молча погрузился вместе со всеми в просторный, крытый плотным брезентом кузов грузовика. Здесь же находилось и основное обмундирование: автоматы, наручи, нагрудники и даже шлемы. Доспех был явно выполнен современными мастерами и, судя по всему, не должен был стеснять движений.

К слову, помимо Гриши в кузов залезло только двое, Артур и Степан. Тарас направился за руль, а глава гильдии, на пассажирское место.

— А ты что, правда из этих, пропаданцев? — видимо вновь попытался шутнуть Артур, перекрикивая шум двигателя.

— Можно и так сказать, — пожав плечами, ответил Гриша, нисколечко не удивляясь осведомленности собеседника.

— И как же ты там обходился со своей способностью? — всё также весело продолжил Артур, на что Степан, недовольно толкнув его в плечо, буркнул:

— Кончай прикалываться. Как-то да обходился. Тебе-то какая разница?

— Интересно, — даже не посмотрев на товарища, ответил Артур.

— Там фонарей не было, да и сражался я в авангарде.

— Слушай, а какой у тебя уровень? — неожиданно встрепенувшись, поинтересовался Степан.

— Двадцать восьмой, — даже не моргнув, ответил Гриша. Он прекрасно помнил, что по возвращении, прошёл оценку как боец одной звезды, шестьдесят восьмого уровня. Но сообщать об этом не торопился. В противном случае его легенда, что у него имеется лишь способность «Светоч» быстро порушится. А так, недельку другую он рассчитывал походить инкогнито.

К слову, про инвентарь он также не торопился рассказывать.

— Опочки! — удивлённо крякнул Артур, у которого кстати, был всего лишь двадцать первый уровень. — А не врёшь? — хитро прищурившись, спросил он, на что Григорий засветил ему колечко, полученное за двадцатый уровень. Оно было одним из немногих, которые он продолжил носить. Ведь было бы слишком подозрительно, если бы у него на пальцах красовалась бы вся коллекция перстней. Особенно учитывая, что три из них были за двадцатый уровень.

— И, правда, прямо как у меня, — удивлённо произнёс «весельчак». В то же время, его более внимательный товарищ, поинтересовался:

— А это что за колечко? — При этом он указал на «Кольцо первого рубежа», получаемое за сотый уровень. Оставляя его, Григорий был уверен, что на Земле мало кто видел подобное. Всё же рост в уровнях для обычных людей был делом не быстрым, что не удивительно. Попробуй прокачаться, когда получаешь лишь десятую часть от максимально возможного опыта.

— Да так, красивая побрякушка, — небрежно ответил Гриша.

— А погонять дашь? — вновь вклинился в разговор Артур, с интересом поглядывая на колечко.

— Самому пригодится, — даже на мгновение не задумавшись, ответил Григорий.

— Неужто магическое?

— Кто знает, — улыбнулся Гриша. — В любом случае, мы с тобой слишком мало знакомы, чтобы я тебе колечки поносить давал.

— Тц! Жадный ты, — ответил Артур, которому видимо было более нечего сказать.

В ответ Гриша лишь неоднозначно пожал плечами.

— Кстати, а как там? В другом мире, — с интересом спросил Степан, на что Григорий ответил ему первое, что прошло ему в голову:

— Грязно и воняет.

Стёпка прыснул в ответ.

— Ну да, кратко и по факту, — прокомментировал он, продолжая улыбаться.

— А чего тут ещё сказать? — с толикой лёгкого удивления, спросил Гриша. — Средневековье как средневековье, разве что магия есть.

— Но она уже и в нашем мире появилась, — добавил Григорий, усмехнувшись без особой радости.

В этот момент ЗИЛ притормозил и повернул куда-то направо. Дорога тут же стала на порядок более паршивой.

— О! Скоро приедем, — довольно отметил Степан.

— Ещё бы жопу не отбить, — буркнул в ответ Артур, на что его приятель, улыбнувшись, сказал:

— Ишь какой неженка. Попку боится отбить.

Смерив товарища недовольным взглядом и немного пораскинув мозгами, Артур предпочёл вернуться к расспросу Григория:

— Кстати, слышал, что помимо тебя, там ещё вернулись ребята. Какой-то военный и пацанёнок лет восемнадцати. Ещё говорили про бабу и мужика, но совсем вскользь. Только фотографии показали…

Последняя фраза тут же заинтересовала Григория, поэтому не дожидаясь, пока собеседник закончит говорить, он спросил:

— Мою тоже показали?

— Ну да, — удивлённо и в тоже время немного недовольно ответил Артур. Всё же мало кому понравится, когда его перебивают. — Там ещё говорили про каких-то двух пришлых, но их фотографий не было.

— Понятно, — протянул Гриша, в душе радуясь, что репортёры нашли лишь старые фотографии. В противном случае они могли засветить Нарли на полстраны, что наверняка бы вышло боком.

— Но к чему это я вообще, — продолжил Артур. — Пацанчик тот, восемнадцатилетний, крутой маг. Мужик, который военный, боец двух звёзд, наверняка вскоре войдёт в рейтинг сильнейших воинов мира. Но почему ты, такой… — в конце парень осёкся, понимая, что если он закончит фразу, то она прозвучит слишком грубо. И судя по лицу, теперь усиленно пытался найти выход из ситуации.

— Тц, — недовольно цокнул, при этом покачав головой Степан. Он бы может ещё чего добавил, но Гриша его опередил:

— Потому что так нужно. Да и потом, кто тебе сказал, что я такой уж слабый?

В кузове повисло молчание, нарушаемое лишь шумом двигателя и корпусом машины, сотрясаемом на каждой ямке и рытвине. Оба Гришиных собеседника серьёзно задумались, сам