Смерть заберет с собой осень - Эмма Рид Джонсон

коллекция жеод, в особенности аметиста: грубый серый камень снаружи и переливающиеся кристаллы глубокого фиолетового оттенка внутри. Он осторожно прикоснулся к нему, поглаживая шероховатую поверхность. Убрав камень на место, он скользнул пальцем по цветастым корешкам манги, наобум вытаскивая один из томов. Я старался не обращать на него внимания, но был уверен, что он взял какой-то сёнен.

Раздался стук в дверь. Из-за того, что в комнате было необычайно тихо, этот резкий звук прорезал пространство, заставив меня подпрыгнуть от неожиданности так, словно меня застали за чем-то противозаконным.

– Да? – Стук сердца отдавался в ушах. – Что такое?

– Акира, можно тебя на минутку? – Обычно, когда родители такое говорили, ждать ничего хорошего не стоило.

– Иду.

Я потёр лоб и, скинув с колен очередной учебник, страницы которого пестрели разноцветными стикерами-закладками, вышел из комнаты, оставляя Юки-куна одного. Это нервировало даже чуть больше, хотя как таковую причину я понять не мог: в моей комнате не было ничего, что ему нельзя было бы видеть, а если такие вещи всё же и имелись, то хранились под замком.

– Ну так?..

Мама отвела меня обратно на кухню. Телевизор был включён, и там крутили какое-то популярное в последнее время реалити-шоу. Смех зрителей вперемешку с интервью участников сильно отвлекали. Пароварка, в которой, как я полагал, готовился рис, с перерывами крякала и пыхтела, а рядом с ней стояло множество стеклянных баночек и пакетиков со специями.

– Что предпочитает твой друг? – на полном серьёзе спросила она.

Непослушная тонкая прядка волос чуть завилась и упала прямо меж глаз, но мама её будто бы не замечала.

– В плане?.. – неуверенно отозвался я.

– Чтобы было поострее, послаще, соли побольше… У него же нет аллергии? – Она сосредоточенно потирала подбородок, придумывая всё новые вопросы. – Я понимаю, что он…

– Расслабься. – Я положил руки ей на плечи, как бы прося дать мне слово. – У него точно нет аллергии. – Это казалось очевидным, ведь он дух, а у духов вряд ли могли быть подобные проблемы, но как только слова слетели с языка, я засомневался и понадеялся лишь на то, что мои рассуждения верны. – И в еде он совершенно непривередлив. Один из тех, так скажем, кому и правда всё равно…

– Хм-м… – Мой ответ, как и ранее ответ Юки-куна, нисколько её не удовлетворил.

– Но лично мне хочется чего-то солёного, – прямо намекнул я в надежде, что хотя бы это её устроит. – Ладно, мы дальше заниматься, если у тебя всё.

– Да-да. – Она отмахнулась. – Не буду вам мешать. Позову только, когда ужин будет готов.

– Ага. – Мне не терпелось вернуться обратно в комнату.

Отчего-то живот скрутило, как от нехорошего предчувствия. В последнее время это ощущение всё чаще преследовало меня, куда бы я ни шёл, но в этот раз оно чувствовалось гораздо острее и явственнее.

Зайдя в комнату, я увидел Юки-куна, сидящего на полу. Он прислонился спиной к кровати и читал мангу с непроницаемым выражением лица. Лампа на рабочем столе слегка гудела, и в её бледном свете я отчётливо смог увидеть парящие в воздухе пылинки. Я закрыл за собой дверь, но даже этот громкий на мой взгляд звук никак не заставил его отреагировать: он ни вздрогнул, ни нахмурился – продолжал читать так, словно вокруг ничего не происходило.

Я сделал несколько шагов в его сторону с чётким намерением подглядеть, что же такое он так увлечённо читал, когда взгляд мой наткнулся на отодвинутый нижний ящик стола. Секунда в моём сознании протянулась целую вечность. Реакция слегка притупилась, и с явным опозданием злость, смешанная со стыдом и паникой, накрыли меня с головой, так и норовя повалить с ног.

– Что ты делаешь?.. – Мой голос будто принадлежал не мне, а кому-то другому. – Как…

– Ящик был приоткрыт, – как ни в чём не бывало произнёс он, переворачивая страницу. – Мне не следовало туда лезть, знаю, но я не удержался.

Было ощущение, что у меня вырвали всё изнутри под корень. Наверное, то был страх. Настоящий. Неподдельный. Руки мои пробирала слабая дрожь, и сев рядом, я смотрел на чёрно-белые страницы манги, которые приковали к себе всё внимание Юки-куна. Этот ящик был моей главной ошибкой и главной слабостью, и я всегда держал его под замком, поэтому с трудом верил в то, что он так просто стоял приоткрытый.

– Отдай! – Я вцепился в постыдный томик, вырывая его из крепкой хватки Юки-куна. Спрятав его за своей спиной, я, с пылающим лицом и выступившими в уголках глаз слезами, вымолвил: – Ты ничего не видел.

Услышав в свою спину чуть недовольное: «Эй!», я подошёл к столу и, присев на колени, убрал мангу обратно. Задвинул ящик и принялся проверять замок. Тот и впрямь расшатался, поэтому, когда я попытался закрыть его на ключ, тот уныло провернулся, так ничего и не заперев.

Я упёрся лбом в стол, пытаясь перевести сбитое дыхание и осознать всю произошедшую ситуацию: по глупой причине Юки-кун наткнулся на мой ящик с нарисованной порнушкой и по неизвестной мне причине именно её и выбрал для чтения. Нет чтобы полистать «Наруто» или «Мою геройскую академию» – тогда мне бы не пришлось мысленно молить о смерти и страстно желать испариться прямо у него на глазах! Это было даже позорнее того, что я, пьяный, то и дело пытался усесться на пол.

– А-ки-ра-кун… – От неожиданности я дёрнулся так, что врезался лбом в край стола. – Эй-эй, полегче! В этом нет ничего такого.

– Давай, издевайся! – Я прикрыл глаза с острым желанием, чтобы всё поскорее закончилось. Мне было стыдно не только говорить с ним, но и смотреть в его сторону.

– Зачем мне издеваться, о чём ты вообще? – От меня не ускользнуло слабое раздражение в его голосе. Он рывком поднялся на ноги, и я почему-то последовал его примеру – не хотел выглядеть полным идиотом. – Эй, Акира-кун, скажи честно, тебе ведь нравится такое?

– Мгм…

– Но в этом нет ничего плохого, – не унимался он. – Все хоть раз в жизни читали или смотрели хентай, успокойся.

Всё это смахивало на бесконечную пытку.

За стеной раздавались неразборчивые голоса из телевизора, и я отчётливо слышал, как мама шинковала овощи. Разговор угнетал. Я не был в себе настолько уверен, как Юки-кун, и потому все эти его фразочки вызывали во мне лишь негодование, порождённое множеством противоречий, вызванных лишь жизненными обстоятельствами, окружением и воспитанием.

Мать часто рассуждала о том, что я непременно должен найти хорошенькую умную девушку, как и мой брат. Асахи, будучи подростком, частенько менял девушек. С несколькими я был