Вернувшийся. Новая эра - Антон Владимирович Топчий
— Господин Ван, это возмутительно! Как он смеет… — договорить мужчина не успел, его вновь прервал Син Чэнь:
— Кианг, нам сегодня нужно будет серьёзно поговорить с тобой. Но это потом, наедине. — Переведя взгляд на Гришу, он продолжил:
— Хорошо господин целитель. Действуйте.
Только он успел это сказать, а Сяомин ещё не успела понять, что отец согласился, она почувствовала, как в ней что-то изменилось. Девушка будто перестала чувствовать себя.
— Невероятно, — послышался голос отца. Сяомин захотелось повернуться, чтобы посмотреть на него, но в глазах потемнело, она уснула.
Аккуратно поймав и положив девочку на кровать, Григорий произнёс:
— Вы бы лучше присели. Это займёт как минимум пару часов.
— Может лучше её перенести в лазарет? — вновь напомнил о себе Ичен, с опаской поглядывая на происходящее.
— Нет. Это лишний раз увеличит количество накладываемых чар контроля, — возразил Син Чэнь, после чего он направился к ближайшему стулу и присел на него. Говорить что-либо ещё он не хотел. Настроение было откровенно ужасным, ведь ему приходилось буквально довериться неизвестному магу. А по-другому он не мог назвать парня, который способен был использовать не только магию исцеления, но и магию контроля.
— С какой лёгкостью он чарует! — озадаченно и одновременно восхищённо прошептал себе под нос Джинхэй, присевший немного в стороне. Посмотрев на него, Син Чэнь отметил, что тот в несвойственной ему манере, полностью погрузился в себя и теперь, почти с открытым ртом наблюдал за тем как работает целитель.
— А ведь действительно, — подумал Син Чэнь, — пожелай и он бы мог усыпить всех нас… Хотя постой, наверняка ведь это способности… Но, две способности в столь юном возрасте. — Мужчина перевёл взгляд на Григория. Из рук парня исходил мягкий, белый и в то же время яркий свет, аккуратно обволакивающий его дочь.
— Свет без света, — вновь подумал он, описывая свечение, которое действительно, вроде и светило ярко, но в то же время не испускало света, полностью поглощаясь телом его дочери. И это, мягко говоря, было противоестественно.
— Столь поразительный уровень владения силой, но как⁈ — вновь прошептал доктор, всё так же не отрываясь, следивший за процессом.
— Выглядит действительно невероятно, — мысленно согласился Син Чэнь.
* * *
Прошло около трёх часов, прежде чем Григорий закончил. За это время его товарищи успели сходить на ужин и вернуться обратно. Он же продолжал сидеть над девочкой, всё вливая в неё и вливая завораживающий, белый свет.
Наблюдая за этим, Син Чэнь удивлялся уже не столько тому, как изящно и красиво парень владеет магией исцеления, сколько его выносливости и запасу маны. Ведь даже он, человек получивший прозвище Огненный дракон Поднебесной, мечтать несмел, колдовать заклинания три часа подряд.
— Всё! — без грамма усталости в голосе, спокойно изрёк целитель. — Скорей всего она проспит до утра. Будить не рекомендую, всё же нервной системе стоит восстановиться.
— Спасибо, господин целитель, — немного поклонившись, произнёс Син Чэнь. Он не торопился распыляться в особых благодарностях и тем более обещаниях. Но и не мог позволить себе оставить парня даже без банального «спасибо», ведь как минимум тот три часа делал всё, что было в его силах, дабы помочь его дочери.
— Не стоит, — чуть махнув рукой, ответил Григорий.
Син Чэнь, молча кивнул в ответ, после чего посмотрел на Ичена. Комендант быстро сообразил, что от него требуется и уже через пару минут, кровать с девочкой аккуратно вынесли из комнаты.
— Надо же, и ничего не дал взамен, вот ведь скряга, — пробурчал себе под нос бард, когда военные покинули комнату.
— Да ладно, я на большее не рассчитывал, — ответил Гриша, после чего добавил:
— Тем более он и сам не верит, что она поправилась.
— Ну да, согласен, с этой дрянью на Земле вряд ли умеют бороться.
— А чем она была больна? — вступила в разговор Тамара.
— Гифьёны — энергетические паразиты, питаются маной, если не лечить, обходясь только поддерживающей терапией, то они буквально сжирают тонкое тело человека, постепенно разрушая связи души с телом. Как несложно догадаться, впоследствии человек умирает.
— Вот ведь дрянь так дрянь! Откуда она вообще на Земле взялась?
На этот раз ответил бард:
— Скорей всего из подземелий, больше неоткуда.
— Наверняка из них. Я читал про эту болезнь вскользь. Впервые зафиксировали её у эльфов, многие из них ей страдали и погибали, пока не научились лечить. Потом, постепенно она перебралась на людей. Причём заражаются ей далеко не все, те, кто хоть немного владеет магией или внутренней энергией можно сказать имеют абсолютный иммунитет. Остальные видимо в группе риска, но подробно этим не интересовался, поэтому могу сказать лишь то, что далеко не каждый человек ей болеет. Один из десяти, а то и из ста тысяч, как-то так.
— Хотя бы это радует, а то я уже перепугалась, что на Земле инномировая эпидемия.
— Косвенно, оно так и есть. Всё же подземелья, я не могу назвать такой уж здоровой темой, — прокомментировал слова девушки Дмитрий.
— Тем не менее, в России многие болеют ей, — вступил в разговор Денис. — Самое страшное, что она неизлечима. По крайней мере, была.
— Да нет, всё ещё неизлечима, — недовольно произнёс бард. — Или ты думаешь, каждый сможет ворожить как наш Гришка?
— В действительности, заболевание не очень страшное, по крайней мене, если его подавить на ранних стадиях, — признался Григорий. — Просто в случае Сяомин мне пришлось полностью перебирать её тонкое тело, а потом ещё и физическое.
— Так ты что, вылечил её от всех болезней, которые у неё были? — усмехнулся Дима.
— Получается так, — без особой иронии, скорей с нотками грусти произнёс Григорий. Ему впервые пришлось работать с пациентом в столь плачевном состоянии. Ведь показатели девушки были значительно ниже, чем положены подростку шестнадцати лет. Парень откровенно побоялся, что если не поправит это, то она сама помрёт, без всяких паразитов.
* * *
— Ну как она? — спросил Син Чэнь, глядя на озадаченное лицо доктора.
Пользуясь своим положением, он взял с собой оборудование для оценки показателей солдат народного ополчения. Ведь пусть и не точно, но благодаря новым маготехнологиям оно позволяло определить статы любого разумного и как следствие зафиксировать имеется ли хоть какой-то прогресс лечения.
—