Фарфор Ее Величества - Максим Андреевич Далин

Мы дали лакеям всё убрать и убраться самим.

За окнами сгущалась сумеречная синева.

— Нам придётся перейти в мои апартаменты, — сказал Индар. — Заодно заберём оттуда план Резиденции… а голову Альгара, наверное, лучше оставить там, как думаешь, Клай?

— Если надо, можно и сюда принести, — очень покладисто сказал Рэдерик.

Но мы решили, что превращать жилище принца в лабораторию некромантов не стоит.

Резиденция Владык этим вечером уже не выглядела мрачной тёмной громадой: светились окна, ещё не так, как обычно в королевском дворце до полуночи, но всё же. Фонари у входов тоже светились ярко. Дружок, очевидно, решив, что мы вышли прогуляться, радостно поскакал по двору. Охрана, поставленная Норфином, приветствовала нас, как своих: видимо, сработал солдатский беспроволочный телеграф, и перелесцы уже вовсю болтали о том, как лихо мы разделались с демонами. Зато во дворе, неподалёку от той самой клумбы, на которой мы сожгли демона, обнаружился Нагберт с трёхлинейной лампой. Он уставился на нас хмуро, сообразил, что с нами принц, — и осклабился.

— Добрый вечер, мессир, — сказал я. — Что-то ищете?

— Добрый… дышу воздухом, — буркнул Нагберт. — Вы меня очень огорчили, ваше высочество, — сказал он принцу якобы печально. — Тем, что не пришли на ужин.

— Но ведь с вами была леди Люнгера? — спросил Рэдерик и поднял в охапку подбежавшего щенка.

— Да, — удивился Нагберт.

— Вот видите, — сказал Рэдерик. — Она бы стала говорить, что от Дружка шерсть. Она не очень любит собак.

Нагберт обозначил поклон:

— Вы ведь можете приходить с собачкой куда угодно, ваше высочество…

— Я учту, — сказал Рэдерик легкомысленно. — Доброй ночи. Пойдёмте, мессиры, мы задерживаем мессира Нагберта.

Это было настолько здорово, что я восхитился. Небрежно и лихо — и Нагберт не нашёлся что ответить, кроме как тоже пожелать доброй ночи. Нет, Рэдерик не был благим, это точно. Но я не мог отделаться от мысли, что он был природным, прирождённым королём.

Ну или Хоурт очень правильно его воспитывал.

И тут я ощутил, что зовут меня. Зовут!

Первая мысль была — бежать. Но мы заперли апартаменты Индара на ключ, ключ лежал в кармане его сюртука — куда мне бежать-то? Я принял вызов на карманное зеркальце, случайную пудреницу, из которой вытряхнул пудру. Ещё с войны его таскаю, памятный такой артефактик…

И увидел выгнутую досадой бровь, янтарный глаз и кусочек носа.

— Баранище! — сказала Карла возмущённо. — Ты бы ещё поменьше зеркало нашёл.

И отодвинулась. Усталое бледное лицо с тенями под глазами.

— Виноват, — сказал я. — Мы сейчас.

— Ты сравнительно цел, — сказала Карла, успокаиваясь. — Уже неплохо.

— Ты мне сказала, что делать, во сне, — сказал я.

Мне ужасно хотелось прижать зеркало к губам.

— Это не я, — раздражённо сказала Карла. — Это адмирал. Я его просила тебе напомнить, как сможет, ну вот он и напомнил… все заняты. На границах неспокойно, весь фарфор в деле до последнего солдатика, почти все некроманты там. И в Синелесье этом поганом, и вообще в Западных Чащах… у Серого Брода там… А ты дуришь, скачешь один по этому притону… Расскажи подробно, твой Индар ничего не знает толком.

— Он не видел, — сказал я.

— Да уж конечно, — фыркнула Карла и оборвала меня, стоило мне открыть рот: — Ну вот да, как раз самое место тут орать. Подходите к нормальному зеркалу. Там жду.

И закрыла призыв. Мгновение я видел её пальцы на стекле.

А я подумал: интересно, как это Карле удаётся передать столько нежности и тепла в процессе выговора? Другие женщины мурлычут, как кошечки, воркуют, ласкаются, а греют меньше… загадка.

— Вот что заменяет современным рыцарям медальоны с прядью волос, — съязвил Индар, как только Карла прервала связь.

— Так ведь лучше же, чем медальон, — сказал я. — В общем-то я и не против.

— Ишь ты, — грустно сказал Барн. — Всё воюем, значит… с нелюдью…

— Фарфор, братец, — сказал я. — Ты же слышал: только фарфор.

— Э! — Барн махнул рукой. — Будто фарфор умирает иначе… — и повернулся к принцу. — Тебе, ваше высочество, не тяжело?

Рэдерик мотнул головой. По-моему, обнимаясь с собачкой, он спокойнее себя чувствовал, — но, судя по тому, как держал щенка, понимал, что завёл себе ещё одно уязвимое место.

Мы открыли большое зеркало сразу, как вошли в жилище Индара, — уже потом Барн зажёг свет, маленькие бра с двух сторон от стекла. А с той стороны ждали Карла и Ричард. Тяпка увидела щенка с нашей стороны и завиляла хвостом.

— Ричард! — обрадовался Барн. — Вот это дело! Перебирайся!

Карла с Ричардом рассмеялись — и мы тоже: Ричард никак не становился для Барна «вашей светлостью» или чем-то вроде. Перелесский Князь был для Барна своим братиком-солдатиком — и, похоже, ему это нравилось. И через зеркальную раму Ричард махнул совершенно несолидным движением.

Впрочем, он никогда и не пытался выглядеть величественно.

— А мессира Валора поблизости нет? — спросил я. — Вот бы с ним поговорить…

Карла махнула рукой:

— Валор в Синелесье. И Райнор в Синелесье. И Преподобный Грейд в Синелесье. Исследуют то, что от той базы осталось, возятся с архивом… Там же кроме того, что был у Хаэлы, был, оказывается, и ещё, целая библиотека около этого цеха или храма… а ещё цеха, лаборатория…

— Позволю себе спросить, лучезарная леди, — поклонился Индар. — Не прочли ли вы архив Хаэлы?

— Мы с Валором довольно много там расшифровали, — хмуро сказала Карла. — Она не так часто писала на языке Великого Севера. То на древний перелесский переходила, то на язык Прародины, а часть — вообще астрологические шифры… Но это ещё что. Половину мы вообще понять не можем. Какие-то завитушки вместо букв. Но Валор сказал, что это не шифр, а полноценный язык. Только совершенно нам не знакомый.

— Это лингва ада, — кивнул Индар. — Ваши демонологи её не используют?

— У нас нет демонологов, — буркнула Карла.

Индар вздохнул:

— Ну вот, видишь ли, лич… договор Хаэлы с адом твои высокоучёные соотечественники не прочтут, даже если он у них… Они не поймут, что это договор… Бездна! Вот оно, солнечное побережье…

— Приедешь и прочтёшь, — выдала Карла непререкаемым тоном.

— Прекраснейшая леди, — сказал Индар, — я, несомненно, приеду и точно прочту. Но я не понимаю, как демонологов может не быть в современном государстве, при нынешнем положении вещей.

— У островитян и некромантов нет, — мрачно сообщила Карла.

Индар закатил глаза:

— Ну и чего сейчас стоят островитяне? Когда-то Островное королевство было хозяином вод. Но кто-то слишком бодро истреблял всех, в ком Дар хотя бы теплился. Вот теперь ваш флот их