Путь Скорпиона - Павел Владимирович Волчик

Эрхо согласился.

Так начался тайный союз Эрхо Непобедимого – третьего императора Тауруса – и горного народа кулкури. Вернее, тех, кто остался от этого народа…

7

– И жили они долго и счастливо? – спросил Ахти.

– Что? – Гаспар сонно моргнул. – Не сказать, чтобы долго, и не сказать, чтобы счастливо. Но скучать им не приходилось. Конечно, воины кулкури идеально годились на роль личных телохранителей императора и предотвратили немало покушений. Однако этим их роль не ограничилась. В столице находилась только одна вещь, которую почитали больше, чем правителя, – древний колодец во дворце Ванха. Путь в один конец, к другим мирам. Кто-то считал этот путь дорогой в царство мёртвых, а кто-то – дорогой в лучшие края.

– Кулкури сторожили этот колодец, – сказал мальчик. – Канто сказал мне.

Гаспар бросил мрачный взгляд на волхва:

– Да, так и есть. Но даже лучшим воинам сидеть без дела на страже вредно. Поэтому кулкури сменяли друг друга. Одни обучали преемников, которыми становились и ученики из других стран. Другие отправлялись на поле боя или на разведку вражеских территорий. Самые юные, вроде тебя, обязательно проходили обряд посвящения – отправлялись в путешествие с наставником. Иногда это путешествие занимало несколько лет: ученик набирался опыта и оттачивал своё мастерство, пока не переживал катарсис.

– Катарсис? – не понял Ахти.

– Метаморфоза. Превращение, как у бабочки, что была гусеницей, – объяснил Канто. – Говоря проще, ученик обретал зрелость.

– Есть и другие способы… – начал Ахти.

– Но только не для кулкури, – перебил его волхв.

– Мы не только воины и убийцы, – вздохнул Гаспар. – Мы защитники, мы друзья. Мы изучаем множество наук, у нас есть своё искусство. И мы пообещали защищать народ Тауруса, как некогда защищали свою деревню.

Ахти недобро ухмыльнулся.

– Что? – вскинул бровь Гаспар.

– У вас не очень-то получается. Ваша деревня погибла, а теперь вот Исполина лежит в руинах.

– Получается, – возразил Гаспар, и мальчика удивила его спокойная убеждённость. – Просто не всё зависит только от нас.

– Время меняет даже горы, – задумчиво произнёс доселе молчавший Фархад. – Изменилась империя и её враги, изменился правитель Эрхо, другим стало его окружение. Многим не нравилось то доверие, которое выказывал император своим горцам. У кулкури появились свои враги, которые не нападали открыто; они действовали хитро, из-за спины. И хотя кулкури были верны своему слову, наверное, менялись и они. Некто Мероншох, знатный иноземец, гостивший во дворце, привлёк внимание императора рассказами о богатых землях на востоке. Он быстро оказался среди советников Эрхо и усыпил его бдительность. Он убедил императора отправить почти всех кулкури на дальние границы Тауруса, чтобы добыть нужные сведения. И так как приказ исходил из уст Эрхо, кулкури вовремя не распознали заговор. Они оделись в одежды бродячих артистов и поехали на разведку на другой край света, а враг тем временем поразил империю в самое сердце.

– И никто ему не помешал? – воскликнул Ахти, сжав кулаки.

– Я помешал, – холодно промолвил Гаспар. – Но это уже не имело смысла.

В его голосе прозвучали нотки боли и отчаяния. Мальчику, который привык видеть Чемпиона упрямым и сильным, эти слова запали в самое сердце. Что там произошло? Почему Исполина пала? И что случилось с Гаспаром?

Его щёки разгорелись, в глазах вспыхнули искорки.

– И что вы теперь будете делать?

Трое мужчин в лодке переглянулись, но ответил лишь Гаспар:

– Бродяжничать, парень, что же ещё? Потому мы и сменили наше гордое имя. Теперь мы Бродяги – странствующая труппа акробатов, клоунов и артистов. Только и всего.

Ахти помотал головой, как бы говоря, что он не верит. Да и ясно же, что за какими-то там бродягами не будет гоняться так много врагов! И все эти разговоры, планы, артефакты!

– Вы всё ещё пытаетесь отвоевать Таурус? Вернуть Исполину? Вернуть четыре твердыни?

Гаспар нахмурился:

– Вернуть то, что разрушено? Нет, – он покачал головой, – но изменить этот мир к лучшему, помочь тем, кто ещё остался, – наверное.

– Как? – почти крикнул Ахти. – Как?! Вас же так мало. И ничего не осталось: ни столицы, ни армии, ни императора!

– Остался народ, – ответил Гаспар. – Остались люди. Это главное. С того самого дня, как император Эрхо вошёл в деревню, кулкури знали, на что идут. Об этом моменте свидетельствовали все их пророчества. Они должны были потерять свою родину, начать свободно перемещаться по миру, чтобы защитить его. Ехать вперёд, от города к городу, от деревни к деревне. Ехать по опустевшим землям, полным страха и страданий, и делать эти земли лучше – вот удел кулкури, вот когда они выходят из тени на сцену.

Ахти смотрел на него, вытаращив глаза, пытаясь понять: шутит он или говорит серьёзно?

Но Гаспар больше ничего не сказал, только уставился на далёкий берег. И тут Фархад загадочно улыбнулся и продекламировал стихи, которые мальчик сохранил надолго в своём сердце:

В пустыне зла Оазисы любви Расти и умножай. Пусть станет шире Зелёный сад, Который оживит тех, Кто устал скитаться В этом мире.

8

Лодка умело лавировала между водными кипарисами, и, как ни была велика священная роща, она начала редеть, уступая место широкому разливу реки Саари, берущей своё начало в Немом озере.

Канто принюхался и сказал:

– До моря уже недалеко. Чувствуете запах водорослей?

Река сделала поворот, и Ахти уже приготовился впервые в жизни увидеть, как громада воды сольётся с громадой неба, образуя лишь тонкую линию. Но на горизонте реку, окаймлённую лесистыми берегами, пересекала какая-то неясная преграда. Мутная зеленоватая полоска тянулась с одного берега на другой.

Чем ближе подплывала лодка, тем чётче проступала стена густого тумана, похожего на тот, что Ахти и Гаспар видели в Слепой Лощине.

– Этого я и ожидал, – пробормотал себе под нос Гаспар. – Слишком просто мы отделались.

Он повернулся к Фархаду, сидевшему на вёслах, и скомандовал:

– Разворачивай. Греби к левому берегу.

Лекарь не спешил выполнять приказ:

– Мы почти у цели. Что случится, если мы проедем через туман?

– Случится то, что мы оттуда выплывем в