Изгой Высшего Ранга VIII - Виктор Молотов
Мы поднялись по лестнице на второй этаж. Прошли по коридору, устланному тёмным ковром. И вошли в кабинет.
— Вот здесь, — указал Николай Васильевич на середину большой комнаты.
Я подошёл. Присел на корточки и прикрыл глаза, чтобы обратиться к Системе.
[Запрос: обнаружить следы пространственного перемещения за последние двенадцать часов]
[Обнаружено перемещение через микропрокол]
[Время: 43 минуты назад]
[Направление траектории: определяется]
[Уровень сложности: высокий]
[Точность отслеживания: 87%]
Микропортал. Тот самый тип магии, которой пользуется Учитель, мне уже доводилось с этим сталкиваться. И кажется, Учитель решил использовать уже отработанный сценарий, чтобы заманить меня. Ведь его больше никто не сможет отследить.
Я выпрямился и сказал:
— Я знаю, где он. Но это точно ловушка.
Глава 17
— Ловушка? — переспросил Николай Васильевич. Голос его остался ровным, но в глазах промелькнула настороженность. Он наверняка за долгие годы в службе охраны президента услышал это слово больше раз, чем ему самому хотелось бы.
— Именно, — кивнул я. — Этот метод уже использовал один из подопечных Учителя. Коллекционер.
Я окинул взглядом комнату. Маша стояла в двух шагах от меня, сложив руки на груди и вцепившись пальцами в предплечья так, что через ткань блузки проступали следы от ногтей. Глава службы безопасности замер у двери. Ещё два охранника застыли за его спиной с автоматами наготове.
— Коллекционер был пространственным магом А-класса, — пояснил я для Николая Васильевича. — Он специализировался на похищении магов, тоже воровал Дары. Использовал микропорталы. Оставлял след так, чтобы его могли отследить только те, кого он хотел заманить.
— И вы уже однажды попали на такой след, — прищурился глава службы.
— Попал. Но тогда я шёл туда сам. И более того, понимал, на что иду. Учитель же совершенно в другой «весовой категории». Уверен, что в этот раз он подготовился основательно.
А потому прямо сейчас идти в его лапы я не хочу. Эта битва не должна происходить так — по его правилам.
Лучше разобраться иначе, а с Учителем встретиться позже — уже на моей территории. И по моим правилам.
Николай Васильевич кивнул. Этот человек схватывал всё с полуслова.
— Учитель хочет, чтобы я пришёл, — продолжил я. — И прошёл путь по его правилам. Встретился с ним в месте, которое он выбрал. В условиях, которые он подготовил. Там, где всё играет на него, а не на меня. Но так не будет.
— В каком смысле — «не будет»? — повысил голос Николай Васильевич. Тут его сдержанность дала первую трещину. — Глеб Викторович, я правильно понимаю, что вы предлагаете… не идти за президентом?
— Глеб, ты же несерьёзно? — Маша подняла на меня взгляд. В нём было столько отчаяния, сколько я у неё никогда не видел. Сейчас она практически умоляла помочь.
Я поднял руку в примирительном жесте. Тихо, спокойно. Без лишних движений.
— Нам необязательно открывать портал и перемещаться куда-либо, чтобы вернуть президента, — объяснил я.
— В каком смысле? — захлопала глазами Маша.
На её лице отразилось искреннее недоумение.
На самом деле эта девушка — целый кладезь эмоций. Если присмотреться внимательнее, в ней жили десятки Маш. Маша-дочь-президента, собранная и сдержанная. Маша-студентка, ироничная и колкая. Маша-подруга, которой можно доверять. Маша-испуганная. Маша-уязвимая. Сейчас я наблюдал последнюю — и она мне нравилась меньше всего. Потому что именно эту Машу я хотел защитить.
Но уводить мысли в сторону было некогда. Поэтому я спешно вернулся к теме.
— На прошлой неделе я занимался с Кротовским, — начал объяснять я. — В лаборатории артефакторики. Мы отрабатывали новую руну. И в моём случае она возымела неожиданный эффект, хотя предназначалась для совершенно другого. Но суть примерно такая: руна позволяет перенести объект из одного места в другое без открытия полноценного портала.
Я тогда хотел начертить руну защиты, был дико голодный, подумал о пицце… И случайно переместил её из столовой. Кротовскому эффект понравился — он велел поделиться, а потом подумать об эклерах. Тоже сработало.
— Впервые о таком слышу, — нахмурился Николай Васильевич.
— Но тем не менее этот способ более безопасный.
Николай Васильевич сжал кулаки. Было видно, что ему всё это не нравится. Он человек старой школы. Привык к тому, что проблему решают ногами, руками и в крайнем случае оружием или магией. А тут ему предлагают подождать, пока маг нарисует закорючки на полу.
— Вы когда-нибудь пробовали эту руну на человеке? — спросил он.
— Нет, — честно ответил я. — Только на предметах. Хотя людей другими рунами я нормально переносил.
Я невольно вспомнил, как случайно переместил Кротовского прямо в кабинет ректора во время совещания.
— На каких предметах пробовали?
— На пицце, — я поколебался секунду. — Ну, и ещё на ведомости с отметками по физике.
— На ведомости? — Маша вскинула бровь. На секунду в её голосе прорезалась та самая ироничная нотка, которую я так хорошо знал. — Отметки исправить себе хотел?
— Даже если бы хотел, всё равно не успел. Кротовский отобрал у меня ведомость раньше, чем я успел.
Николай Васильевич выдохнул через нос.
— Господа. Не до шуток сейчас, — напомнил он.
— Да, я понимаю, — кивнул я. — Это я к тому, что руна работает.
— Попробуй, — тихо сказала Маша. — Пожалуйста. А если не сработает, то уже будем думать, как вернуть отца другим способом.
Я кивнул. Прошёл к центру кабинета, отодвинул коврик в сторону. Опустился на одно колено.
На полу был тёмный паркет, благородный дуб, покрытый лаком. Портить его, конечно, жалко — но руне всё равно чем чертить и по чему.
Я сосредоточился. Выпустил тончайший поток энергии Дара через указательный палец правой руки.
И начал.
Линия. Круг. Три закорючки внутри. Соединение секторов по диагонали. Точка в центре.
Руна вырисовывалась медленно, тщательно — в воздухе над паркетом повис светящийся контур.
— Отойдите подальше, — бросил я через плечо. Не отрывая взгляда от руны. — Пространство здесь сейчас исказится. Может задеть кого-нибудь.
Охранники шагнули назад. Николай Васильевич отступил к двери, Маша — к окну. В комнате повисла тишина. Только чуть слышно потрескивал воздух вокруг контура.
