Хранитель Империи. Начало - Александр Вересов
— До завтра, — сказал он устало, кивнув мне на развилке коридоров.
— До завтра, — ответил я.
Мы разошлись в разные стороны. Я направился к гардеробу, взял свой плащ и вышел из здания Академии. Вечерний воздух был прохладен и свеж. Я сделал глубокий вдох, стараясь очистить мысли.
— Вересаев! — раздался сзади резкий, узнаваемый голос.
Я обернулся. К выходу из Академии широким шагом шёл Мастер Арсений. Накинув на плечи поношенный дорожный плащ, он на ходу застёгивал пряжку.
— Мастер, — кивнул я.
— Домой? — спросил он, догоняя меня. — Проводишь? Мне по пути. Нужно кое-что обсудить с твоим дедом.
— Конечно, — ответил я, немного удивлённый. — Прошу, пройдёмте.
Мы свернули на тихую улицу, ведущую к нашему дому. Некоторое время мы шли молча, и лишь наши шаги отдавались эхом от мостовой.
— Видел, как ты сегодня работал на уроке истории, — негромко произнёс Арсений, нарушая тишину. — Рука тверда, взгляд цепкий. Это хорошо. Для теории.
— Спасибо, Мастер, — ответил я.
— Но теория — это пыль, — продолжил он. — Настоящее понимание приходит с практикой. С клинком в руке. Если хочешь, завтра дам тебе почитать кое-что. Свой старый сборник по боевой магии. Там есть вещи, которые в академических учебниках не найдёшь.
— Я буду очень благодарен, — искренне сказал я, чувствуя, как внутри загорается искра интереса.
— Посмотрим, как справишься, — он бросил на меня короткий оценивающий взгляд. — Не каждому дано понять этот язык.
Больше мы не разговаривали. Вот и наш дом. Огни в окнах первого этажа горели приветливо. Мы поднялись по ступеням, и дверь открылась ещё до того, как я успел достать ключ.
На пороге нас встретил дворецкий. Его невозмутимый взгляд скользнул по мне, затем по моему спутнику.
— Александр Петрович, — поклонился он. — Господин Арсений. Проходите, вас ждут.
Мы вошли в дом, и я почувствовал, как за спиной остаётся ещё один день новой жизни. Жизни, в которой магия стала явью, монстры — реальностью, а союзники и враги могли скрываться под самыми неожиданными личинами.
Глава 11 Наставник
Ужин в нашем доме выдался неожиданно многолюдным.
За длинным столом в малой столовой собрались те, кто редко оказывался вместе: отец во главе, дед рядом с ним, я напротив, и Мастер Арсений — гость, которого дворецкий проводил сразу в столовую, минуя гостиную.
Слуги бесшумно подавали блюда, но никто не спешил прикасаться к еде. В воздухе висело напряжение, которое не разряжалось даже теплом камина и мягким светом свечей.
Арсений ел неторопливо, с каким-то особым, почти звериным спокойствием. Казалось, он вообще не обращал внимания на окружающих, но я кожей чувствовал — он замечает всё. Каждое движение, каждый взгляд, каждый вдох.
Наконец, отодвинув пустую тарелку, он промокнул губы салфеткой и поднял глаза на деда.
— Александр Николаевич, — начал он негромко, но его голос мгновенно приковал внимание. — Я должен кое-что сказать. Не для протокола, а для понимания.
Дед кивнул, не перебивая.
— Совет генералов, — продолжил Арсений, и в его голосе мелькнули холодные нотки, — недавно вышел на меня. Предлагали место. Очень настойчиво.
Отец напрягся, но промолчал.
— Они не скупились, — Арсений усмехнулся, но усмешка вышла жёсткой, без тени веселья. — Деньги. Артефакты. Доступ к закрытым библиотекам. Даже обещали поделиться своими источниками маны. Всё, что угодно, лишь бы опытный и верный маг работал на них.
— И что ты ответил? — спросил дед спокойно.
— А что я мог ответить? — Арсений пожал плечами. — Сказал, что подумаю. Чтобы не рыпались раньше времени. Но, — он сделал паузу, — они не отступятся. Им нужны сильные маги. И они готовы платить любую цену.
За столом повисла тишина. Я смотрел на Арсения и пытался представить, каково это — когда за тобой охотятся такие люди. Люди, которые хотят использовать тебя, как инструмент.
Дед первым нарушил молчание. Он отложил салфетку и посмотрел на отца долгим, тяжёлым взглядом.
— Пётр, — сказал он негромко. — Мы должны собрать Конклав.
Отец медленно кивнул, словно ждал этих слов.
— Четыре Конклава в истории магов, — продолжил дед, и голос его звучал торжественно, будто он читал древнюю летопись. — Первый прошёл в нашем мире, ещё до создания Врат.
