Фарфор Ее Величества - Максим Андреевич Далин

Здесь проблема — люди. Мы слышали гулкий топот многих бегущих.

— Холуи, — с омерзением прошептал Оуэр.

— Ничего, — сказал я. — Люди смертны.

Но думал я в это время, что кого-то нужно взять живым. «Языка». Потому что иначе мы не выберемся из этой мышеловки.

Так что, когда они выскочили в большой тёмный зал, кто-то — из бокового коридора, кто-то — по другой лестнице, ведущей сверху, я был уже готов ко всему абсолютно. И на злобный окрик: «Ты кто? Вор⁈» — рявкнул:

— Попытаетесь помешать — кину гранату.

Они сопоставили грохот взрыва, который только что слышали, с моей позой — и остановились поодаль. Впрямь холуи, подумал я, рассматривая толпу. Человек пять, один даже ливрею успел нацепить, красивую, почти как во дворце. Остальные — как с постелей повскакали. Простецы. Скорее перепуганные, чем впрямь злые. Пытались рассмотреть нас в потёмках.

Но при этом дворе точно есть некроманты. Да хоть бы Дингр, он, наверное, дома — и за ним, скорее всего, уже побежали. Было бы очень удачно исчезнуть из замка, пока не очухался кто-то с Даром, подумал я, прикидывая, кто из этих заспанных балбесов мог бы нас вывести — и тут…

Даже не знаю, повезло или нет.

— Что происходит⁈ — капризно и зло выкрикнула молодая женщина, и тут же вспыхнул электрический свет.

— Кадавры! — взвизгнул кто-то из холуёв.

А эта кричавшая сбежала по лестнице с висячей галереи второго этажа и оказалась прямо перед нами. Я смотрел и не сомневался: дочка Нагберта, невеста.

— Леди, вам уйти бы! — взмолился пожилой лакей, которого заметно потряхивало.

— Не вздумайте, — сказал я тоном самым ледяным и механическим, какой только вышел. — Подойдите сюда, если хотите жить. Иначе взорву всех. Нам, как вы понимаете, взрывы нипочём.

Девица оглянулась на лакеев.

— Идите, — сказал старик горестно. — Идите, делать нечего.

Подошла как миленькая.

Некрасивая девица, думал я, пока она шла. В нижней юбке и ночной кофточке, укутанная в длинную плетёную шаль с кистями, в ночном чепчике — все девушки в таком виде кажутся трогательными, а эта… Не то чтоб она была карлица, хотя и невысокая — нормальные пропорции. Не то чтобы черты неправильные. Просто привычное выражение лица — надменное и капризное, полузлость, полураздражение — совсем не красило её.

И тень Дара у неё была, совсем слабенькая, как часто у женщин, еле заметная. Но была.

— Как вы сюда попали? — спросила она, подойдя. Властно, без особого страха, жёстко. — И почему с вами это⁈

Ткнула указующим перстом в собственного брата, а выражение такое, будто смотрит на крысу, прижатую дужкой крысоловки. Брезгливое отвращение.

— Твой брат, Эния, — сказал Индар.

— Мой брат в гостях, — бросила Эния презрительно. — В Заозерье, у родственников.

Спасибо, подумал я. Удачно. И сказал:

— Неважно, как мы сюда попали, леди. Нам нужно выйти. На воздух. И быстрее. Если хотите жить, проводите нас.

— А вас, — ледяным голосом обратился Индар к холуям, — прошу сесть на пол и снять штаны и туфли. Совсем.

— Зачем? — старик поразился до глубины души.

— Людям трудно кого-то преследовать без штанов и босиком, — пояснил Индар. — Действуйте. И быстрее, не раздражайте моего друга.

— Фи! — возмутилась Эния. — Тупые трупы!

— Отвернитесь, леди, — посоветовал я, но она не вняла.

И спустя очень небольшое время мы вышли на замковый двор, в холодную и дождливую ночь.

Глава 29

— Из ворот замка вас никто не выпустит, — бросила Эния. — Замок охраняет Лоргин, он некромант.

— Значит, мы не пойдём к воротам, — сказал я. — Во всех таких замках полно потайных ходов. Не говорите, что вы о них не знаете: обидно умирать такой юной, леди.

— Убить меня вы не посмеете, — сказала Эния, но её губы дрогнули.

— Он — не посмеет, — равнодушно сказал Индар. — Я — посмею. Сверну тебе башку, не сомневайся. Капли воды, я думаю, никогда не подала своему братишке?

— Эта тварь мне не брат, с чего ты взял! — взорвалась Эния. — Он просто урод и жертва!

— За то, что он жертва, я тебя и убью, — сообщил Индар.

Оуэр положил голову ему на плечо.

Эния переминалась с ноги на ногу и куталась в шаль. Ей было холодно, дул пронизывающий ветер, летела водяная пыль, а домашние туфли, похоже, плоховато защищали ноги от сырости.

— Думай скорее, — резанул Индар.

Он прижал калеку к себе левой рукой, а правой вытащил из кармана пробирку, в которой шевелилось что-то мутно светящееся. Эния присмотрелась и ахнула.

— Теряешь время, — сказал Индар и поднёс пробирку к лицу, будто хотел зубами выдернуть пробку.

— Нет! — взвизгнула Эния. — Остановись, мертвец!

— Всерьёз думаешь, что подчинюсь? — удивился Индар и впрямь ухватил пробку зубами.

— Стой! Нет! Не смей! Не надо! — закричала Эния, замахала руками. — Я иду! Иду!

Поверила окончательно.

— Иди, — приказал Индар. — И только попробуй соврать.

Эния повернулась и побежала. Мы быстро пошли за ней.

Во дворе стояла мутная буроватая темень. Кто-то из холуёв, видимо, зажёг свет и в других покоях, светились окна, где-то вдали мигал одинокий тусклый фонарь. Но ни капли света с неба, затянутого плотной облачностью. Никем не замеченные, мы пробежали вдоль крепостной стены, обогнули какую-то пристройку, кусты — и Эния остановилась у глубокой ниши, тёмной, как склеп.

— Здесь, — сказала она, звякнув щеколдой. — Убирайтесь.

— Заходи первая, — приказал Индар.

— Я не пойду! — взвилась Эния.

Индар снова поднёс к губам пробирку — и Эния, распахнув дверь, скользнула в чёрный провал, побежала, шаркая мокрыми туфлями, не приспособленными для бега. Индар кинулся за ней, а я щёлкнул драгоценной бензиновой зажигалкой, чтоб было чуть виднее.

Да, засов на этой двери был и с другой стороны — и я немедленно его задвинул. У меня немного отлегло от сердца.

Тайный ход показался мне страшно длинным, но, думаю, мы пробежали его за несколько минут. Эния открыла дверь в заросли каких-то колючих кустов, мы вышли, раздвигая мокрые ветки.

Вокруг было темно, как в могиле. Даже моё сумеречное зрение справлялось с трудом: я смутно видел чёрные силуэты деревьев, громаду холма или скалы — и небо в тяжёлых тучах.

— Замок — там, — сказал Индар и показал рукой с пробиркой.

— Дайте мне уйти, — приказала Эния.

— Останешься, — приказал Индар. — Слабая, но гарантия.

Она выпрямилась и сказала с отвращением, более сильным, чем страх:

— Вы никуда не денетесь, трупы. Отец не даст вам уйти. Этот гадёныш ему нужен. Отец уже наверняка знает о том, что вы вломились в наш дом, украли… Далеко вы не уйдёте, вас прикончат до рассвета. Не думаю,