Танец с удачей - Александр Валерьевич Бас

Сова разогнал наползающие мысли, прикрыл глаза и прислушался к разговорам, доносившимся с первого этажа. Гулянка обещала затянуться надолго. Это хорошо. О некоторых вещах лучше не думать.

Запись из Хранилища 4295 год после События, осень

Пожилой мужчина быстрым шагом пересекал огромный зал. Свечи, развешанные вдоль стен, не могли осветить и половины помещения, потому в воздухе висели крохотные огоньки. Обычно их цвет колебался между жёлтым и красным, но сейчас они светили бледно-белым. Звук шагов отражался от высокого потолка и разносился эхом по всему тронному залу. Сегодня престол пустовал. Просители не ожидали за дверью, придворные не толпились рядом, плетя свои интриги. Даже прислуги нигде не было видно. Все затаились в ожидании.

Одетый в золотистую ливрею с вышитым скорпионом на плече человек добрался до выхода и заспешил дальше. Подвалы замка тянулись на несколько миль, но нужная ему комната находилось неподалёку от лестницы. Её охраняли два стражника, закованные в тяжёлую броню, с мечами у пояса и широкими башенными щитами. Их задачей было не пускать внутрь посторонних.

Дрожащими руками слуга отпер дверь и заглянул внутрь, в непроглядную тьму. Пленнику свет не положен, да и не нужен. Сняв со стены в коридоре факел, слуга осторожно вошёл внутрь.

В глубине комнаты, на холодном каменном полу, лежал мужчина, прикованный к стене. От рубахи и штанов остались одни лохмотья. Тяжёлые толстые цепи, способные удержать и медведя, охватывали лодыжки, запястья, шею и пояс. Но никто не брался утверждать наверняка, смогут ли они удержать пленника. Скорее его приковали для спокойствия остальных.

— Подъём, — коротко приказал человек, не решаясь говорить долгими фразами. — Пора. — Голос дрожал, то ли от страха, то ли от напряжения. Он и сам не знал.

Пленник лениво поднял голову, оглядывая своего гостя. Под его взглядом человек невольно отступил назад. Чёрный зрачок быстро сужался в свете факела. Нечеловеческие глаза целиком заполнял жёлтый цвет с бронзовым оттенком.

Плавными движениями, от которых не звякнула ни одна цепь, пленник словно перетёк в стоячее положение. Невысокий, немногим больше трёх локтей, он всё же смотрел на всех сверху вниз. Внешне ничем примечательным пленник не выделялся, но в каждом его движении чувствовалась уверенность, словно он пребывал в цепях исключительно по собственной воле.

Пока слуга снимал кандалы, необычные глаза разглядывали его с холодным презрением и насмешкой, щурясь от света факела на стене.

— Плохо? — вдруг спросил пленник. Голос походил на громкий шёпот, равнодушный и сухой.

Человек вздрогнул и едва не выронил ключи, которыми отпирал очередной замок на кандалах.

— Очень. Лекарь не смог ничего сделать. Силт ло тоже. У нас мало времени.

Он поднял голову и встретился взглядом с жёлтыми глазами. Тело непроизвольно подалось назад, ноги подкосились, и слуга рухнул на пол. На мгновение в этих глазах отразилось… нечто. Он не знал, что именно, да и не был уверен, хотел ли знать. Слуга потянулся к обронённым ключам. Со стороны пленника донёсся скрежет. Тихо звякнула цепь.

— Пошли. Нам же надо спешить.

Слуга поднял голову и увидел последний замок. Дужку словно отсекли чем-то. Открытые кандалы валялись неподалёку. Освобождённый пленник стоял рядом, глаза сверкали в свете факела. Слуга невольно сглотнул.

В комнату заглянул стражник и осмотрел тесное помещение. Им запрещалось вмешиваться, чтобы не происходило внутри. Опыт предшественников показывал, что сделать они всё равно ничего не смогут. Оставалось только наблюдать.

Слуга нашёл ключи, забрал со стены факел и направился обратно, ведя за собой пленника. Вверх, снова вверх, пересечь тронный зал, ещё раз вверх, пока впереди не показались королевские покои. Здесь стражи не было. Слуга постучал, дождался едва слышного «Заходи», толкнул тяжёлую дверь и вошёл внутрь. Пленник тенью следовал за ним, не говоря ни слова.

Грязные оборванные одежды выглядели нелепо среди окружающей роскоши. За один только ковёр можно было выручить целое состояние. Постель, доставленная с другого конца материка, из Мокруне, поражала воображение. На спинке из тёмного дерева вырезали скорпиона с широко расставленными клешнями.

Вокруг кровати собралось пятеро. Слева тихо разговаривали между собой молодой силт лои лекарь, высокий и худой мужчина, словно лишённый возраста. Справа на кровати сидела жена, Касна, в чёрном платье до пола. Красота истаяла с годами и осталась только гордая пожилая дама с завязанными в пучок седыми волосами. Рядом склонились двое наследников, принцев. Оба молодые, уверенные в себе голубоглазые красавцы, одетые в белые наряды, подобающие их положению. На груди обоих вышит золотом герб дома — скорпион.

На кровати, застеленной воздушными простынями, лежал старик. Дряблые черты лица подёргивались; губы дрожали, ловя крохи воздуха; поднимались и опускались веки в такт дыханию.

Человек в ливрее поклонился и остался стоять у двери. Пленник прошёл вперёд и замер у кровати, разглядывая старика.

— Похоже, наш контракт… подошёл к концу, — едва слышно произнёс тот. Уши пленника неуловимо изменились, словно немного оттопырились. — Могу я… попросить?

— Говори, — прозвучал в ответ прежний громкий шёпот. Старик всё так же ждал ответа, и пленник добавил громче. — Я слушаю.

— Сохрани жизнь моей семье.

Взгляд жёлтых глаз оторвался от старика и обежал собравшихся. Губы растянулись в улыбке.

— Я подумаю.

— Я ужасно обращался с тобой. Теперь я сожалею о многом. Но больше всего жалею, что… предпочёл сделать тебя слугой… а не другом. Я так гордился… — старик зашёлся в приступе кашле. Силт ло склонился над ним, но только покачал головой и вздохнул. Всё возможное уже сделали, но от старости нет лекарства. Кашель всё не прекращался. Раздался протяжный хриплый вздох, и наступила тишина.

Касна склонилась над мужем, шепча слова прощания, поцеловала лоб. Два принца вперили настороженный взгляд в фигуру у кровати. Лекарь принялся бочком продвигаться к двери, пытаясь слиться со стенами цвета песка. Силт ло на миг прикрыл глаза, что-то прошептал одними губами и тоже уставился на пленника.

Тот продолжал стоять, разглядывая старика, потом глубоко вздохнул, задержал дыхание, словно прислушиваясь к ощущениям, и шумно выдохнул.

— Знаете, — шёпот заполнил всю комнату. — Запах не изменился, но именно так пахнет свобода.

Королева поднялась с кровати и посмотрела в жёлтые глаза. Она знала, что в них таилось. Смерть.

— Ты давно всё решил, не так ли? — спросила она, не сомневаясь в ответе.

— О да. Ты не представляешь, как долго я ждал этого момента.

Лицо стремительно менялось. Только что оно