Демид. Пенталогия (СИ) - Андрей Вячеславович Плеханов

На митинг собрались все жители деревни - от бородатых стариков до сопливых недорослей. Стояли толпой, рассматривали с беззастенчивым любопытством трех демоников - меня, Демида и Томаса, обсуждали что-то между собой. Я думаю, что они ожидали от нас немедленных чудес. Рассчитывали, что Дема начнет летать, я - гореть, а Том - показывать фокусы с дрессированными мантикорами, жабоглавами и мясовертами. Но я был настроен весьма серьезно. Не до развлечений мне было. Я собирался нести правду в порабощенные трудовые массы. Глаголом жечь сердца людей.

Броневик, как некогда Ульянову-Ленину, мне не подкатили. Броневик остался в лесу. Поэтому я использовал в качестве трибуны большую бочку. Я взгромоздился на нее и начал свою речь.

– Граждане крестьяне! - громко крикнул я и энергично взмахнул рукой. - Свободные жители Кларвельта, угнетенные злобным эксплуататором Вальдесом! Настало время положить предел беспросветному беспределу вашего убогого существования! Ваши безмерные страдания вызывают у нас, жителей Среднего Мира, скорбь и возмущение! Мы пришли, чтобы дать вам свободу! Мы свергнем жалкую кучку негодяев и эксплуататоров и дадим власть народу! Так присоединяйтесь же к нам в пламенном порыве! Восстановим справедливость и демократию объединенными усилиями!

Я слегка скосил глаза, желая увидеть реакцию своих соратников-демоников. Демид скалился, словно присутствовал на цирковом представлении. Том скривился, будто проглотил ложку горчицы. Чего это они? Я что-то не то сказал?

– Темным векам средневекового рабства приходит конец! - продолжил я еще более энергично. - Все в ваших руках, граждане Кларвельта! Народ должен восстать и покончить со своими поработителями!…

Высокий седой старик выступил из толпы крестьян, опираясь на клюку. Он доковылял до моей бочки и остановился, глядя на меня снизу вверх.

– Это чегой-то ты так высоко забрался, милок? - прошамкал он. - Неуважительно как-то к нам, простым людям. Может, слезешь оттудова, объяснишь кое-чего нам, глупым?.

Я спрыгнул с бочки. Протянул дедуле обе руки и радостно потряс его сухую костлявую кисть.

– Вы - не глупые! - воскликнул я. - Вы - малообразованные, но в этом нет вашей вины. Все исправимо! Вы - люди труда, и у вас впереди светлое будушее Нужно только забрать у угнетателей то, что принадлежит вам по праву, и трудиться дальше на благо общественного процветания!

– Вот я и спрашиваю: чего это нам такое надо забрать? - Старикан моргал выцветшими голубыми глазками. - Может, мы чего-то не понимаем? Все у нас вроде бы на месте, ничего не пропадало.

– Ну как чего? - Я замялся. - Землю вам надо забрать. Как это там… Землю отдать крестьянам, фабрики - рабочим…

– Чертов коммунист, - пробормотал Томас. - Сразу чувствуется советское воспитание. Несет всякую ахинею.

– Ты, милок, видать, издалека пришел и порядков наших не знаешь! - сказал старик, глядя на меня, как на полного идиота. - Так вот что я тебе скажу: земля наша нам принадлежит, принадлежала и принадлежать будет. И никто у нас ее отнимать не собирается.

– А Вальдес со своими инквизиторами? - пробормотал я совсем уж растерянно.

Старик засмеялся, продемонстрировав в улыбке три оставшихся желтых зуба. Ехидный смешок прокатился по толпе.

– А зачем им наша земля? - крикнул кто-то из крестьян. - Чего они с ней делать-то будут? Они ж ни сеять, ни пахать не умеют. Кто их кормить-то будет, ежели они землицу-то заберут?

– А! Вот оно что! - Я наставительно поднял вверх указательный палец. - Значит, вы кормите их. А в голову вам не приходил вопрос: нужно ли их вообще кормить?

– А как же иначе? - без тени сомнения произнес старик. - Что ж их не кормить? Что ж они, не люди, Что ли? Они свое дело делают, Госпожой им положенное, мы - свое. На том мир и держится.

– Они - угнетатели и эксплуататоры, - упрямо сказал я, приходя в некоторое раздражение. - Они отбирают то, что вы создали своим трудом, и ничего не дают вам взамен.

– Как это не дают? Это ты, милок, загнул! Ты что нас, за дураков считаешь? Кто ж зерно да мясо бесплатно отдавать будет? Нам за все плотют. Деньги плотют! Не знаю, как уж там, в вашем мире, может, там и есть такие безобразия, о которых ты говоришь, - вам виднее. А мы живем хорошо - слава Госпоже Дум. Живем мы хорошо, и других порядков нам не надобно. Окромя как тех порядков, что Госпожою предписаны.

– А что же вы тогда нас, демоников, привечаете? - рявкнул я. - Разве Госпожой не сказано, что демоников нужно выдавать инквизиции?

– Не сказано, - заявил старикан, хитро прищурившись. - Я староста деревни, человек грамотный, Книгу Дум помню. Книжица сия небольшая, и всего-то в ней десять листов. Помню,я все хорошо. Нигде там ни слова не сказано про демоников. Потому как книга эта была написана много веков назад, и никаких демоников тогда не было. Демоники появились токмо после того, как объявился Вальдес со своей енквизицией.

– Ничего не понимаю. - Я устало потер лоб. - Так вы, крестьяне дальние, в каких отношениях с инквизицией - в хороших или плохих?

– А в никаких! - заявил староста, закончил на этом дискуссию и поплелся вон с площади, опираясь на свою клюку.

Народ резко потерял к нам интерес и начал расходиться. Через пять минут мы остались вчетвером - трое демоников и Трюфель.