Сумеречный завет (ЛП) - Уилсон Сара К.Л.

— Они сказали, что город опустошили маги, — сказал один мужчина.

— Сказали, что беженцы в спешке покидают окрестные городки. Что завтра или послезавтра они прибудут сюда. А как прикажете их принять? Из-за новых налогов Доминиона и тарифов на торговлю с Баочаном мы сами едва концы с концами сводим!

Мэр поднял руку.

— По словам гонцов, Доминар убит. Это правда?

— Как по мне, так это полнейшая чепуха, — отмахнулся Хубрик, он вытащил из кармана тоненькую палочку и принялся покусывать её конец. — Я хоть и обожаю хорошие истории, как и любой другой человек, однако сейчас мне нужны две комнаты, чтобы расположиться на ночь.

— Две? — переспросил мужчина крепкого телосложения, стоявший рядом с мэром. На нём был белый фартук, какой носили хозяева гостиниц.

Хубрик показал два пальца.

— Две комнаты. Горячий ужин. И ванна, если таковая имеется.

— Два серебряных за каждую, — ответил трактирщик.

— Да это обдираловка!

— Если хотите горячую ванну, придётся за неё заплатить.

Хубрик почесал подбородок и скривился.

— Договорились, — согласился он.

— Выходит, ожидать беженцев не стоит? — продолжил расспросы мэр. — Ваника не пала?

— Когда мы улетели, она стояла там, где ей и положено стоять, — заметил Хубрик, — а что касается беглецов, этого я не знаю. Во время нашего отбытия город погрузился в хаос.

При этих словах толпа напряглась. Они хотели услышать явно что-то другое.

— А разве вы не должны были остаться и сразиться с врагами? — спросил маленький мальчик. Его мать шикнула.

— Мы из фиолетовых, сынок, — возразил Хубрик. — Наше дело — доставлять письма.

— А они у вас есть с собой?

Хубрик подмигнул ему.

— Драконом клянусь. Иди сюда.

Он подбежал к учителю, и Хубрик, выудив из кармана конфету, вручил её мальчугану.

— У меня для тебя тоже есть послание: конфета делает жизнь слаще.

Мальчишка засмеялся, и напряжение, царившее в окружившем нас кольце, рассеялось.

— Что ж, идёмте. Скоро сгустятся сумерки, — вмешался хозяин трактира. — Двор конюшни довольно просторный, лошадей сейчас нет, так что можете оставить драконов там. Но заботиться о них будете сами. Я не собираюсь жертвовать вашим подопечным свою руку, так и знайте!

Я бы побрезговал ей, даже если бы у нас кончились запасы и пришлось бы ужинать травой и кореньями.

Мне не терпелось помыться, но в то же время я не могла отделаться от чувства тревоги. Как эти городишки и деревеньки поступят с беженцами, покидающими свои дома? Ведь именно этого мы и хотели избежать, но оно всё равно случилось. Мне стало горько.

Глава десятая

Вставай! Вставай!

Я резко проснулась. Саветт посапывала в соседней кровати. Перед тем, как отправиться спать, мы приняли ванну, помыли голову, но она отказалась снимать шарф. Саветт достала пару крошечных серебряных ножниц и аккуратно срезала мои обгорелые пряди, ни разу не поцарапав; значит, она не совсем ослепла — её глаза по-прежнему видели реальный мир, чтобы проявлять милосердие к живущим в нём, например ко мне.

— Проснись, Саветт. Надо одеться, — позвала я, вновь натягивая свою кожаную форму. В дверь забарабанили. Надев сапоги, я схватила костыль и побрела к двери.

Пока я поднимала засов, грохот повторился. Наконец дверь отворилась, и в комнату ворвался Хубрик, едва не сбив меня с ног.

— Закрывай обратно. Собралась?

Он помог мне затворить дверь и опустить засов. Я быстро просунула руку в петлю костыля.

— Ещё до того, как мы пошли спать.

— Молодец, — отозвался он, подхватывая наши пожитки и помогая Саветт подняться. Она уже оделась, только никак не могла застегнуть меховую накидку. Я, хромая, поспешила к ней на выручку, невзирая на протесты Хубрика. — Надо идти. Сейчас же.

— Что стряслось? — вопросила я. Ноги едва держали меня. Когда там рассветёт?

— Деревня погрузилась в хаос. Ночью количество путников прибавилось. Они не оставляют попыток захватить наших драконов. — Хубрик распахнул ставни, и я увидела по меньшей мере тридцать вооружённых мужчин в пёстрых одеждах и потёртых шлемах, оцепивших двор. Кто это вообще такие?

Разбойники из окрестностей Ваники. Думают, что нас можно взнуздать как обыкновенных лошадей.

Ненормальные, что ли? Один из головорезов с топором подскочил к Кировату. Из пасти дракона вырвались языки пламени, и тот вспыхнул, как факел. От группы отделилась и растворилась в сумерках тёмная фигура. Где-то я уже видела этого человека…

Точно ненормальные.

— Быстро на карниз! — скомандовал Хубрик и потащил нас вперёд. — Вот, возьми сумку. Саветт я беру на себя.

Я перебросила мешок через плечо, а Хубрик помог Саветт забраться на подоконник. Кироват взмыл в небо, беря курс на таверну. Учитель с моей подругой прыгнули одновременно, приземлившись на спину дракона, резко накренившегося от внезапной тяжести, который с силой взмахнул массивными крыльями, чтобы набрать высоту. Возможно, именно поэтому нас так часто заставляли совершать прыжки во время тренировок.

Я взгромоздилась на подоконник, с трудом удерживая равновесие. Сумка была тяжёлой, и моя многострадальная нога налилась свинцом. После вчерашней ледяной прогулки мышцы ныли. Особо я не напрягалась, но уже взмокла.

Дверь содрогнулась от нового удара, но в этот раз стучал не Хубрик. Находившийся во дворе Раолкан изрыгнул густой поток пламени, обрушившийся на сомкнувших кольцо мужчин, неотступно преследовавших свою единственную цель. Выдержит ли он этот напор в одиночку? Их было так много! К счастью, судя по всему, они боялись огня и атаковали только небольшими набегами.

На дверь сыпался удар за ударом. Раолкан поднялся в небо, по пути разбросав крыльями пять-шесть бандитов. В ожидании дракона я уцепилась за оконный выступ. Раздался треск разламываемого дерева, словно дверь долбили неким тяжёлым предметом.

— Эта тоже откроется! — крикнул кто-то.

Страх пронзил меня. Торопись, Раолкан!

Дверь поддалась, и в комнату ворвалась разъярённая толпа, сверкая оружием, в этот же самый момент я услышала в своей голове крик Раолкана.

Давай!

Я прыгнула. И облегчённо всхлипнула, когда он поймал меня. Чужие пальцы успели коснуться моей руки. Ещё бы чуть-чуть, и… Зачем им понадобились Раолкан с Кироватом? На тот свет захотели?

Люди вытворяют странные вещи, когда страх сдавливает их в своих тисках.

Мы поднялись над облаком и довольно близко пристроились к Кировату, который не преминул щёлкнуть зубами на Раолкана, правда, довольно вяло. Mоё сердце едва не выпрыгнуло.

Не принимай это на свой счёт. Его взбесила стычка во дворе. Он тебя не тронет.

— Что теперь? — спросила я у Хубрика жестом.

— В таверны ни ногой, — одними губами ответил он.

Я кивнула. Похоже, нам предстояло пережить ещё одну холодную ночь. Но, по крайней мере, луна светила ярко из-за облачного одеяла и энергия из Раолкана била ключом.

Я скоро проголодаюсь. Овечка сойдёт.

Надо позаботиться об этом после рассвета. Как бы повежливее поставить в известность Хубрика?

Не волнуйся, Kироват сам беспрестанно жалуется ему. Он уступит.

Я прямо-таки чувствовала, как у Раолкана текут слюнки.

Глава одиннадцатая

Охота прошла удачно для драконов — хотя кражу овец назвать охотой трудно, но я старалась об этом не думать. В нашей деревне за подобное серьёзное преступление вешали.

Хотел бы я поглядеть, как они бы меня вешали. Им бы не хватило верёвки, да и помост оказался бы низковат.

Я содрогнулась. Мне не хотелось представлять это зрелище. Мы сидели втроём на поросшем травой холме и ели свой собственный завтрак, состоявший из сушёных колбасок, твёрдого сыра и хрустящего хлеба. Хубрик заботливо пополнил наши запасы в таверне, но так как больше такой возможности не предвидится, придётся использовать их более рационально.