Путь от змеиного хвоста - katss
— У вас что, и обед сготовлен? — я выпучила глаза. Ну прямо сказка про "двое из ларца", только тут трое. И хомяк.
— Ага! — Славка в кухне захихикал. Стрешнев молча щёлкнул моё офигевшее лицо на камеру в телефоне.
Спелись.
***
На ужин (хз как мы вообще все тут поместились, на нашей маленькой кухоньке)… я внезапно оказалась самой тощей и узкоплечей, а значит — рядом с Игорем.
Не знаю какими усилиями, но они умудрились сварить суп! И запечь рыбу — стейками правда, замороженную, но ведь и я так делаю… И даже погреть пироги! Ясное дело, купленные, однако сам факт поражал. С размахом просто поражал. Как и отдраенная до сияния кухня. Я и видела-то её столь охренительно чистой лишь в первую неделю после ремонта, свершившегося лет десять назад… Только тут обратила внимание, что пафосный костюм из коридора куда-то делся, а Ковбой вообще сидит, как и полагается ковбою — в джинсах. Домой, что ли, смотался?…
После ужина не успели добраться до чая с пирогами, как откуда ни возьмись — опять привинтил Потап. И, судя по крайне злобному стрёкоту, принялся вызывать наглого вторженца в лице Арсеньева на бой. Как мужик мужика! Игорь сам оскалил немаленькие клыки — я, кстати, чуть глаза не протёрла, как-то раньше не обращала должного внимания на сию деталь — постучал у него перед носом погрызенными пальцами, намозоленными рельсообразным мечом… И чётко, по слогам объяснил:
— Ты, скотина, меня накануне сколько раз покусал? А прикинь, я тебя покусаю?! — Потап сел на толстый пушистый зад и призадумался. Кинул взгляд по сторонам. И полез на брюхе ко мне, жаловаться. Свернув по дороге пару чашек-блюдец.
Стрешнев не просто ржал. Стрешнев плакал, глядя на мою повторно офигевшую рожу. А особо — на покачивающийся в упоре "лёжа" пушистый короткий хвост, в другое время вольготно лежащий на внушительной попе.
Славка молча, терпеливо убрал явно не первый погром (мельком бросив взгляд на полку, я не досчиталась минимум трёх чашек в шкафу). И сказал, что он всё понимает… Но если они вдвоём перебьют ещё хоть что-нибудь из наших импровизированных сервизов — он их мне по оптовой цене сдаст, как стеклотару. У обоих сразу подозрительно забегали глазки.
Я задрала бровь. Но Дима молчал как партизан…
— Димочка, а тебе шарлотку, бабушкину, испечь? — вкрадчиво начала заброс удочек. Куратор покраснел не только ушами, но аж до шеи. Вместе с шеей.
Да-а, я знаю слабое звено…
Однако он, почему-то, так и не раскололся. Ладно. Всё впереди, я никуда не спешу…
После ужина с долей охренения пронаблюдала картину, как дружно этот местами спевшийся табор моет посуду и возвращает кухне увиденный мной ранее журнальный блеск. Тот самый, прифотошопленный, из мебельных проспектов…
Но решила, что хорошего помаленьку — последний элемент в этой мозаике пора отсюда выпроваживать… Тем более, я сегодня намерена наконец поспать на привычном месте.
— У меня назрел ан-ти-рес-ный вопрос… У тебя своя квартира есть? — прям сразу с непрозрачного намёка начала. Чтоб не затягивать подростковое выяснение отношений.
— Есть, и не одна, — пожал плечами Игорь. То ли пока не вкурил куда ветер дует, то ли хорошо прикидывается… И скорее, второе.
— Ага. Так вот: наше двухкомнатное гнездо не резиновое. Оно рассчитано только на одинокую орлицу с ребёнком, а уж никак не на залётного орла. Орлу пора бы вернуться в родное… Намёк ясен? — сложив руки под грудью, встала в дверях. Арсеньев кивнул на стоящего рядом в весёленьком переднике Стрешнева, перетирающего вилки-ложки:
— А это тогда что? — Я подумала. Недолго. Усмехнулась:
— А этот — тоже усыновлённый, орлёнок. Просто слегка акселерат… Бройлер.
— Орёл бройлерной породы!… — закатился гревший уши Славка. У Стрешнева, похоже, просто не нашлось слов или эмоций — там сразу синий экран биоса вылез…
— В общем, укусил радиоактивный паук… А, не, это не из нашей пьесы… Короче, попал под излучение, — пожала плечами. Не, куратора не отдам. Он почти приучил мелкого к порядку! Это ж просто волшебство какое-то!… Мне моё "бессознательное" такое кино даже под спайсом не покажет. Я точно знаю, что Славка — бардачник редкого подвида. При стандартных условиях с этой фигнёй нам ещё лет пять жить, пока сам не перерастёт…
— Ага, как капитан Америка, — сощурился тоже сложивший руки под грудью гильдмастер. — Из задохлика в орла.
— Ага, родное гнездо в Припяти, или ещё что, — закивала я. Но за честь лейтенанта всё-таки заступилась:
— Но вообще он и до того был нормальный. В отличие от кэпа-глиста. Только что не охотник.
— Даже так, — с долей интереса покосился на обсуждаемого Игорь.
— Именно так! — кивнула. Честно говоря, по поводу табора дома моё лично мнение такое: когда достаточно заёбан на работе — вообще не интересует, кто где поселился. Интерес и агрессивные переговоры, переходящие в мордобой с выселением, возможны лишь когда относительно нормально отдохнёшь…
И тут, в момент нового витка моих приключений — уже с активным вытуриванием с "самостийной" территории явно лишнего охотника, и в толком не начавшейся пикировке… На всю квартиру раздался звонок: "Za’u oe [ftu] iknimaya nìftxavang ting mikyun, ting nari!"
— О, Лука подъехал! — мигом оживился мелкий, и метнулся мимо меня в комнату за МОИМ смартом!
— Не понял? — прокомментировал полёт почти до усрачки счастливого подростка Ковбой, задрав брови до середины лба.
Я, если честно, тоже не поняла. Уже хотя бы потому, что на этот номер у меня отдельной мелодии не стояло. Да, и причём здесь "Аватар"?!
— Лис, я тут с тортом… Чё к торту взять? — раздалось из комнаты по громкой связи. Очень таким бодрым тоном оптимистично настроенного человека…
Моргнула. Подумала. Пошла, заглянула в холодильник и морозилку — инициатива наказуема! — озвучила:
— Мяса! — Стриж хрюкнул, отключился. Я сощурилась на мелкого:
— Ты, личинка паразита! Когда успел мой смарт взломать? — там, кроме отпечатка, вообще-то, графический ключ стоял. Который я регулярно меняю!…
— Э-э… — смутился племяш. — Ну-у, как-то вышло… Прости, я нечаянно!
— Хрена у тебя нечаянно получается, — фыркнул пришедший в себя гильдмастер. — Ну-ка, поведай дяде историю, юная смена моему поколению хулиганья…
Минут через десять под дверью уже торчал командир третьей пятёрки, мучал наш трелью мяукающий звонок…
— Привет! — просияв, вручил мне кучу пакетов.
