Демид. Пенталогия (СИ) - Андрей Вячеславович Плеханов

его становилось настолько сильным, что противники его и помышлять не могли о сопротивлении, он даже мог позволить себе стать добрым. Отменить рабство, пожертвовать деньги вдовам или сказать: «Ну, противопехотные мины – это уж чересчур! Они отрывают ноги людям и при этом оставляют их живыми...» Он даже мог лечь спать без своей любимой берданки, если был уверен, что есть кто-то, кто обязан защищать его жизнь от врагов. От самых страшных врагов.

От других людей.

Демид никогда не любил оружие. Он всю свою жизнь посвятил изучению искусства борьбы без оружия. Он мог убить рукою, ногой, даже одним пальцем. И никогда не убивал – ему достаточно было знать, что он может сделать это. Но в момент настоящей опасности рука его всегда тянулась за палкой.

Все же он был человеком. Скорее обезьяной, чем Богом.

Острие ярости – это было там, внутри. А снаружи – здесь, в Цветном Мире, ему была необходима палка. Или что-то, что могло ее заменить.

И к вечеру оружие было готово.

* * *

Степан пришел домой около шести вечера. Пришел очень удрученный. Испуганный насмерть.

– Телку... – сказал он. – В лесу. Опять...

– Чего?

– Задрали. Это твой Король Крыс. Он пришел.

– Ты уверен?

– Да. Я был там. Это около самой деревни. Я видел. Я нашел там вот это. В траве валялось...

Он поднял руку. На раскрытой ладони его лежала золотая пластинка. Сияющий желтый квадратик размером со спичечный коробок.

– Брось скорее! – Демид с размаху шлепнул по руке Степана, но пластинка и не думала взлететь в воздух от удара. Она осталась на месте. Она даже немножко вдавилась в кожу Степана, и тот вскрикнул от боли:

– Жжет!

– Сейчас! – Дема схватил отвертку и попытался отковырнуть дьявольский квадратик.

Степан заорал и отдернул руку, прижав ее к груди.

– Ты что?! Ты мне так всю кожу сдерешь! Она прилипла! Намертво!

– Быстрее нужно! Она сейчас внутрь тебя прорастет!

Демид цапнул со стола какую-то аляповатую серебристую штуковину, вцепился в Степину руку. Степан брыкался, испугался сильно. Но Демид шутя преодолел его сопротивление, повернул ладонь Степана к себе и прижал серебро к золоту.

Маленький золотистый паразит съежился, заелозил по ладони, пытаясь избежать прикосновения ненавистного серебра, и неожиданно ослабил свою силу, упал на пол и затих.

– Что это было? – Степа смотрел на золотой квадратик, как на раздавленную ядовитую змею.

– Не знаю, для чего он предназначен. Но это – артефакт. Артефакт, созданный Червем, я думаю. Вряд ли карх может сам изготавливать артефакты. Туповат он для этого.

– Артефакт?! Что это значит?

– Артефакт – это материальный предмет, созданный по законам магии. Законам физики он не подчиняется. Он вообще ведет себя непредсказуемо, особенно если ты не умеешь с ним обращаться.

– А ты умеешь?

– С этим – умею. Приходилось уже с таким дерьмом сталкиваться. Видишь вот, без пальца остался. – Демид поднял изуродованную свою руку. – Так что, считай, повезло тебе еще. А обращаться с этим очень просто. Не трогать ни в коем случае.

– А это что? – Степа вытаращил глаза на серебряную штуковину, которую Демид держал в руках. – Это что, тоже какое-нибудь колдовство?

– Это меч. – Дема с любовью провел пальцем по полированному лезвию, сияющему как зеркало. – Артефакты, правда, создавать я не умею. И слава Богу. Не хватало только еще магом стать. Но вот эту ерундовину все-таки сподобился изготовить. Тебе нравится?

– М-м-м... – Степан замялся. В общем-то мечом это можно было назвать при наличии определенной фантазии. Только больше это походило на меч, нарисованный пятилетним ребенком, в руке какого-нибудь сказочного богатыря. На серьезное оружие это никак не было похоже. – Так... Ничего вроде. Слушай, Дем, ты уверен, что этим можно убить кого-нибудь серьезнее курицы?

– Человека я могу убить и алюминиевой ложкой, – сказал Демид. – А это оружие совершенно иного рода, христианин ты мой ненаглядный. Это – оружие против демонов. Для серьезной битвы с людьми оно, пожалуй, слабовато будет. Согнется после пары ударов. Да только с людьми я и не собираюсь сражаться. А демоны, знаешь ли, обычного оружия боятся не больше, чем слон – рогатки с жеваной бумагой. Демона даже напалмом не сожжешь – посмеется только! Для демонов форма не имеет особого значения. Для них содержание важнее. А содержание в этой хлеборезке – самое подходящее. Король Крыс будет в восторге.

Демид лукавил. Не был он уверен в силе своего оружия. Он понятия не имел, как должно выглядеть настоящее оружие против демонов. Он действовал по наитию. Тот, внутренний Я, конечно, знал, как это должно быть устроено. Но он упорно молчал. А потому Дема творил, руководствуясь своим вдохновением и в соответствии с имеющимися техническими возможностями.

А возможности его были очень ограничены.

– Там, внутри, пластина из стали, – сказал Демид.