Путь от змеиного хвоста - katss
— Это был нынешний руководитель Сокольников, — ввернул Дима.
— И, как я говорил, именно это спасло нас от критических потерь среди той же армии… Так вот. Наши прислали комментарий:
"Сначала у вас были правы конкистадоры, выжившие с земель индейцев.
Далее появились золотоискатели — и времена "столбления" и разборок на языке огнестрельного и холодного оружия.
Затем появились плантаторы — землевладельцы и рабовладельцы, и всё было нормально. Относительно той ситуации, и в ту эпоху.
Потом наступила эра промышленников и железной дороги.
…Ну а теперь — так уж сложилось — время охотников.
Уважаемые коллеги, всё нормально. Можно даже сказать — всё как обычно. Просто "привилегированный класс", без которого, по сути, остальные не имеют реального будущего, в очередной раз сменился. Искренне советуем вам побыстрее наладить отношения внутри вашей большой, многонациональной семьи.
И давайте жить дружно."
— Переводя на простой русский язык, мы очень прямолинейно сказали: "В чём проблема-то, ребят?".
— Да, в нашем МИД всегда сидели те ещё тролли, — хихикнул журналист. — Мой последний комментарий: полагаю, именно поэтому у нас всегда — подчеркиваю: всегда! — цари держали опричников. По той простой логике, что любая доходная и государствообразующая сфера всегда должна быть напрямую подконтрольна государству и его главе лично. Без всяких там левых "корпораций". Ребят, эры "нэпманов" и "чубайсов" благополучно сгинули. С нашим менталитетом централизация чаще необходима. И, в сравнении с противоположными опытами современности — извините, но даже в той же Южной Корее есть централизованная сила. В первую очередь, это армия. Ну а то, что там такое засилье богатейших частных компаний (да и гильдий в том числе), — так это просто у них любовь к Родине выражена несколько иначе…
— Менталитет не тот, — подал плечами Алексей Викторович. — Хотя за своё отечество любой вменяемый кореец порвёт, как тузик грелку. И совесть не муркнет, господа… И на этой прекрасной ноте мы завершим наше сегодняшнее общение, ибо время вышло. Всем спасибо за внимание.
— Молодец! — отсалютовал сменяющейся заставке на экране чашкой с чаем Славка. — Чётко, ясно и по существу.
— Как всегда, — отозвался Стрешнев, выливая себе остатки заварки из чайника. — Предпочитает придерживаться золотой середины. Позиция правильная. Целей проживёт.
— Так, кто из вас двоих погонит за мороженым? — прагматично поинтересовалась я. Парни задумались…
Глава 7
В восемь категорично зазвонил будильник. Вновь оголодавший Потап бесстрашно залез мне на живот и принялся топтаться.
Сволочь, и так в туалет хочу!
В кухне нашла слегка подгоревший кусок омлета, остатки печенья и записку от Славки, мол, к десяти он заказал доставку свежих синнабонов. И умчал, да. Пока к Васильеву. А ночует опять у мастера.
С пробежки, издалека обогнув сквозь густые заросли иноходца-Чухлина, через голосовую набрала Ираклия.
— Доброе утро, обормотики!
— Доброе утро, Василиса! — вполне искренне обрадовался Ирик.
— Могу вас сегодня выгулять, с обеда.
— Чего-чего?! — судя по звуку, напрыгнул на него Паша. — Кто сказал "выгулять"?!
— Выгулять?! — рядом проснулся Филя. Крикнул. — Мих, а где Кошмарище?
— …В портале, — отплевавшись, отозвался надраивающий зубы Миша.
— Так, тузики, чистим парадные шлейки и цепляем все медальки! — обрадовался Филипп. Я рассмеялась.
— А где встречаемся-то? — прагматично уточнил Паша. — И когда? И куда идём?
— К часу приеду в Сокольники. Берите свой минивэн, одевайтесь по-гражданке, и ждите внизу. А куда — это к Ирику. Я вам пока культпрограмму не готовила.
— Балетно-цирковая постановка в Плехановском зале, на Серпуховке, — командир пятёрки мгновенно озвучил вариант. — "Щелкунчик". Там должно быть офигенное акробатическое шоу, потому что это китайский спектакль, с которым они спецом сюда приехали! Там иллюзионист, буддистские штучки и костюмы — супер! Последняя неделя выступлений, я думал, вообще в этом году не попадём… Они и так гастроли в Москве продлили, потому что билеты раскупают как пирожки, зал битком…
— И что у тебя с билетами? — поинтересовалась, обгоняя на повороте Яну Викторовну с обссыкающей ближайший куст микро-дрянью.
Ирик заверил: стрижам их всегда найдут. А если не найдут, то обязаны дать контрамарки — у ЗД договор с головняком Культуры.
Логично. Надо же охотникам хоть как-то развлекаться? А с учетом того, что большую часть времени они в порталах, либо на тренировках… Короче, кто-то молодец, очень хорошо придумал.
— Ну отлично. Значит, к часу — я внизу. Пакет вкусных булок привезу… Берите термос, рядом в скверике чайку бахнем. Там представление-то сколько длится?…
Ага. Два часа. Нормально. Значит, на целых два астрономических можно и самой расслабиться — вряд ли пацаны, соскучившиеся хоть по какой духовной пище, приятной для глаз и ушей, чего-либо там устроят. Скорее, весь условный балет просидят, открыв рты.
***
Ещё от лифтов повеяло смутно знакомым ароматом. Потихоньку нарастающим. Розмарин с можжевельником и полынью. И ноты кожи. Так, и кто это у нас "чёрным драккаром" пахнет?…
В фойе мою подшефную пятёрку распекала какая-то темноволосая, худая и чуть смугловатая девица. В броннике с шибко хитрой разгрузкой. Я мысленно пририсовала ей брючный костюм… Ага. Барышня с раута в Барвихе, на который меня брал Макаров.
— Привет! Чё за шум, а драки нет? — подкралась к этой труппе цыганчат — не слишком артистичного вида, но активно начинающей представление.
Мельком отметила кончик ножа — кратко выглянул, от неожиданности появления нового действующего лица, и мигом скрылся где-то в слоях разгрузки… Ну убийца, да. Издержки класса, так сказать. Была б она уровнем выше — я б, наверное, даже не заметила.
— Рощина Василиса, — протянула девчонке руку. Та, недовольно блеснув глазами на почти загнанных в угол пацанов (там один Лёша пытался шипеть в ответ нечто, не слишком цензурное), самую капельку зарделась и пожала предложенное. Узенькой, крепкой ладошкой. С тоненькими, но изрядно намозоленными пальцами:
— Сизова Настя. Это твои паразиты?
— Мои. Что успели учудить?
— Чё? — вякнул Лёша. — МЫ?! — Филя, под вопросительным взглядом, тут же запихнул это маленькое чудовище в дальний угол. И сделал максимально честный вид. Паша вот… очень подозрительно молчал. Девица вызверилась как раз на него:
