Демид. Пенталогия (СИ) - Андрей Вячеславович Плеханов

– Где чертежи? – Ровный голос Антонова не выражал никакой заинтересованности.

– Здесь. – Дема постучал по лбу. – Но в течение двух месяцев гарантирую всю документацию. Успех стопроцентный.

– Ага... Стало быть, еще и мошенничество. Попытка выманить деньги под несуществующие научные разработки.

– Есть, – сказал Демид. – Конечно, все есть. И линия, хоть и небольшая. И установка для облучения. И клоны мутантов. И образцы продукции. Но все в надежном месте. И все приостановлено. Потому что нутрии, которых я вывел, вырастали до размеров свиньи за месяц. Мясо у них было обалденное. Но я столько сожрать не могу. А для торговли нужно официальное разрешение. Мне это не по карману. Могу подарить вам пробирку с замороженным эмбрионом кролика. Повесите его на шею вместо кулона. Он принесет вам счастье. Большое счастье, смею заверить.

– Шуточки... – Антонов заложил руки за спину и зашагал по лаборатории. – Да, на бюджетные средства, конечно, не развернешься. В ваших условиях только лягушек током пытать... – Он повернулся к Демиду и уперся в него своим растворяющим взглядом. – Демид, а вы на собаках никогда не экспериментировали? Не облучали их? Не выводили собак-мутантов?

– Нет. Какой смысл? Кто их есть-то будет? В Китае, правда, едят собак. Но наш человек к такому мясу непривычен.

– Недавно мы поймали одну зверушку, – задумчиво произнес Антонов. – Интересная зверушка... Вам было бы любопытно на нее посмотреть.

– С каких это пор ваша организация занялась отловом собак? Диссиденты кончились?

– С тех пор, – Антонов положил свой кейс на колени и щелкнул замком, – с тех самых пор, как собачки стали кушать людей и вести себя при этом как существа, наделенные определенной долей... э-э, скажем так, интеллекта. Хоть и извращенного интеллекта. Как вам нравится эта фотография, уважаемый коллега?

То, что Демид увидел на снимке, напоминало Освенцим. Только в маленьких масштабах. В едва освещенном захламленном помещении лежала куча всяких безделушек – колец, часов, браслетов и ожерелий. Правда, тот, кто сложил туда все эти драгоценности, не потрудился их снять с пальцев и шей. Он сложил их вместе с пальцами и шеями.

– Ужасно. – Демид вернул карточку Антонову. – Совершенно мне это не понравилось. Не нравятся мне такие штуки. Это что, маньяк-убийца?

– Да нет. Это животное-убийца. С извращенной страстью к коллекционированию материальных ценностей, напрочь перепачканных в крови.

– Всякое бывает, – сказал Демид. – Сороки, например, тоже таскают фамильное серебро. Да и некоторые млекопитающие тоже этим грешат. Хотя про собак я такого не слышал.

– Это не собака. И не сорока. Это вообще черт знает что!!! – Впервые голос Антонова сорвался на визгливую ноту. – Это монстр. Чудовище из сказки!

– Он там, у вас? В клетке?

– В лаборатории. В холодильнике. В него всадили столько пуль, что хватило бы медведю. Но вы знаете, Демид, я не испытываю желания подходить к нему. – Антонов наклонился к Демиду и понизил голос: – Даже мертвый он выглядит так, как будто собирается вцепиться вам в глотку. Он похож на дьявола, этот Король Крыс. И уж определенно не похож ни на одно животное, которое мне приходилось видеть.

– Король Крыс?

– Так называл его мальчишка, который привел нас к его логову. Парень был слегка не в себе, и это неудивительно, если учесть, что этот ублюдок сожрал на ею глазах его приятеля. Парнишка утверждал, что он разговаривал с Королем Крыс и Король Крыс отпустил его.

– Отпустил? Странно... – произнес Демид. – Зачем же этот Король Крыс отпустил его? Отпустил свидетеля, хотя мог бы догадаться, что будет рассекречен, найден и убит. Это как-то недальновидно с его стороны!

– Опять ваши шуточки дурацкие!.. – Эксперт посмотрел на Дему как на идиота. – Когда мы убиваем бешеную собаку, мы вовсе не интересуемся, были ли у нее галлюцинации, приходила ли к ней во сне покойная мама-сука и какая фаза маниакально-депрессивного психоза у нее была по понедельникам. Просто она взбесилась, а потому подлежит уничтожению. Пиф-паф, и лапы кверху!

– Вы уже убили его. – Демиду стало скучно. – Если вас не интересуют его вероятные параинтеллектуальные способности, то что вам от меня нужно?

– Это мутант. Может быть, он и обладал определенными зачатками разума – попробуй разберись теперь. Это не причина, чтобы изучать его в нашей организации. Дело в другом. Развалины, в которых он обитал, некогда были подземным этажом некоего секретного объекта. Чем этот объект занимался, уточнять не буду. Одно скажу: радиация в этом бункере – счетчик зашкаливает!

– Весело! – Дема покачал головой. – В нашем городе – атомный бункер, заброшенный и бесконтрольный. Собачки превращаются в нем в чудовищ и начинают коллекционировать драгоценности...

– Это мутация. Это как раз по вашей части. И вам еще с таким сталкиваться не приходилось. – Эксперт Антонов захлопнул свой «дипломат» и встал. – Я не принуждаю вас сотрудничать с нами. Я даже не прошу вас. Потому что знаю, что вы прибежите сами. Прибежите галопом как миленький, сгорая от любопытства. А потому вот вам номер телефона. Завтра позвоните до десяти – и вы увидите все своими глазами.

– Не надо завтра. – Дема путался в пуговицах, сдирая с себя рабочий халат. – Завтра может быть поздно. Я хочу увидеть это