Горечь потерь - Александр Олегович Анин
В этой части королевства находилось три крупных города, база военного флота и, так называемые, прибрежные форты, вскользь упомянутые в газете в связи с визитом главы региона, маркграфа, на один из них с целью инспекции.
Внимательно прочитав газету, Глеб не нашёл ни слова о внешней политике. Обычно ведь в газетах пишут, как у нас всё хорошо, мы молодцы и правильные люди, а вот соседи — козлы ещё те, у них всё посвящено тому, чтоб разрушить наш уютный мир, и всё такое. Специально ли это делалось или нет, ещё предстояло узнать, но официально маркграфство выглядело обителью добродетели, культуры и передовой технической мысли, для которого вообще не существует окружающего мира, кроме королевства.
Возможно, в этом был свой резон, ведь если начнётся война, то по умолчанию напавший враг будет олицетворением коварного зла, и нечего нагонять страсти в обычной мирной жизни. Кому по службе полагается, те держат «руку на пульсе» и явно черпают стратегическую информацию не со страниц газет.
Глеб вспомнил империю, за которую когда-то воевал, и там принцип подачи информации был другой, но при общей мировой информационной сети навязывать мнение, что все соседи козлы, и у них-то не так, и это не то… В общем, было видно, когда врут, и от этого чувство внутренней правоты сильно страдало. Воевать же с ощущением, что твоя страна не права, было морально откровенно тяжело, только деваться было некуда. Если императорская канцелярия сказала, что долгие десятилетия страна ждала наступления этого праздничного дня, то весь народ празднует, и неважно, что это обычный вторник или среда, главное, что если кто не аплодирует — тот потенциальный предатель и всё такое. Абсурд? Только кричать об этом никто не мог себе позволить.
***
Чтоб сильно не мозолить глаза в одних и тех же местах, он решил, что будет неплохо не ограничивать географию своего пребывания одним городом, ведь деньги в королевстве едины, значит и потратить он их может в любом месте. Кончатся они, конечно, быстро, но чтоб комфортно осмотреться, их должно было хватить.
***
Мезл и Лотти сгружали на склад закупленные для них людьми барона продукты, когда одна из кладовщиц подошла к ним и сообщила о проблеме.
— Вы в прошлый раз привезли лесные орехи, и их начало что-то жрать с пугающей скоростью. — проговорила девушка.
— В смысле? Жучки-червячки-вредители? — переспросила Мелз.
— Нет. Меня позавчера привлёк звук. Я пошла между стеллажами и вижу, что один мешок порван, и из него на пол высыпалась часть орехов. Пара из них уже было разгрызена, так что это однозначно какой-то зверёк, но двери у нас нараспашку не открываются, и как он сюда попал — неясно. Мешок я зашила, но орехи собрала с пола не все, решила понаблюдать. Они исчезли все, но я так и не заметила ни мышь, ни крысу. А сегодня ночью мешок с орехами опять прогрызли.
— А зерно не трогают? — решила уточнить Мэлз.
— Нет, только орехи. — ответила кладовщик. По лицу работницы было видно, что она боится потерять место, но ещё больше боится, что проблема начнёт разрастаться, и тогда ей придётся оправдываться значительно серьёзней.
Мелз обратилась к дару, и на её лице отобразилась улыбка.
— Попался, воришка! — довольно проговорила она, но когда потоки воздуха поднесли к ним зверька-диверсанта, то лицо выражало уже недоумение, воришка был невидимкой.
— Невидимка? — удивилась Лотти, которая также ощущала в воздухе маленькое тело зверька, сердце которого сейчас трепыхалось в панике.
— Полей его водичкой. — попросила Мэзл.
Шарик воды размером с кулак пылью разошёлся в воздухе и через пару секунд сгустился, очерчивая контуры небольшого пушного зверька.
— Пи! — существо издало панический выкрик, разрывая на морде тонкую водяную плёнку.
— Давай проявляйся. — твёрдо проговорила ему Мэлз, но зверь оставался невидим.
— Не знала, что на Рейте есть такие зверьки. — проговорила Лотти.
— Я тоже. — коротко ответила ей Мэлз и, достав из кольца-хранилища горсть орехов, кинула один на брюшко зверька.
Орех подпрыгнул в воздухе и через секунду исчез.
— И что с этим делать? — поинтересовалась кладовщик.
— Пока не знаем. — ответила Мэлз и бросила зверьку ещё один орешек.
— У него снизился пульс. — заметила провожающая исчезновение ореха в воздухе Лотти.
— Он прячет орехи за щёки. — констатировала Мэлз.
— И что дальше? — поинтересовалась Лотти.
— Купим у тебя там, в империи, клетку, и будем наблюдать.
А в это время маленький пушистый зверёк молотил лапками воздух, пытаясь сбежать, но все его попытки были тщетны.
***
Оставив позади город Эрли, Сполох решил податься в столицу маркграфства город Тивендор, а осмотревшись в нём можно было бы и добраться вообще до столицы королевства.
Тивендор находился в восьмидесяти километрах от побережья, так что заблудиться был не вариант, тем более, что если смотреть через оптику с низкой орбиты, то все города марки были как на ладони.
Тивендор стоял на высоких холмах, один из которых служил основой для величественного старого замка, опутывающего вершину паутиной крепостных стен и башен, явно построенных в разные времена.
В прошлом замок можно было считать неприступным, но с тех пор научная мысль ушла далеко вперёд, и древнее сооружение перестало играть важную стратегическую роль, перейдя в разряд памятника архитектуры. Сам же город был хоть и большим, но не особо примечательным. Центр блистал старинными особняками, окраины этим похвастать уже не могли, но и вглядываться в них сейчас Глебу было не резон. Он хотел осмотреться непосредственно на земле, поэтому, быстро найдя укромное место в центральном парке, воспользовался порталом и вышел в больших зарослях сирени.
Картинка предвидения появилась моментально и неожиданно, но рассмотреть её он не успел. Хлесткий удар в сонную артерию под левым ухом срубил его, и он даже не успел понять, как погрузился во тьму.
***
Сознание вернулось к нему некоторое время спустя. Он лежал на аккуратно подстриженном газоне, а рядом сидела девушка в камуфлированной военной форме. Дама крутила на пальце снятые с него кольца и с любопытством просматривала документы захваченного им диверсанта.
Его руки были стянуты стальными наручниками, попадались такие на армейском складе, вот и прибрал на всякий случай, а теперь эта сталь холодила запястья его собственных рук.
— Откуда у тебя магнитные мины и вот эти документы?
