Гори, ведьма, гори! - Абрахам Грэйс Меррит

– Что вам известно о случившемся, Макканн? – осведомился я. – И как вы оказались здесь? Случайно?

– Меня тут не было, когда его убили, ежели вы на то намекаете, док, – спокойно ответил громила. – А ежели вы спросите, когда это стряслось, так было два часа ночи. Молли до меня дозвонилась с час назад, ну, я сразу вроде как и приехал.

– Что ж, ей повезло больше, чем мне, – сухо заметил я. – Люди Рикори пытались связаться с вами с прошлой ночи.

– Это да. Но я ж о том не знал, пока они меня не нашли. А тут и Молли позвонила. Я как раз к вам идти собирался. А ежели вам хочется узнать, где я всю ночь ошивался, так я вам расскажу. Я занимался делом босса. Ну, и вашим. В основном, пытался понять, куда эта чертовка племянница задевала свою машину. Ну, и узнал. Да только поздно было.

– Но люди, которых вы поставили следить…

– Слушайте, док, вы бы с Молли поговорили, а? – перебил он. – Я за нее вроде как боюсь. На вас одна надежда была.

– Пойдемте к ней, – бросил я.

Мы перешли в соседнюю комнату. На вид женщине было лет двадцать семь – двадцать восемь. При других обстоятельствах она выглядела бы настоящей красавицей. Теперь же миловидное личико осунулось, под глазами пролегли круги, на ее прелестных чертах лежала печать ужаса, будто женщина была на грани помешательства. Она глядела на меня, не видя, кончики пальцев терли губы, а в ее сознании сейчас не было места ни для чего, кроме горя и страха. Ребенок, девочка лет четырех, тихо плакала.

Макканн легонько встряхнул женщину за плечо.

– Ну же, Молли, – в его обычно грубом голосе слышалось неподдельное сочувствие. – Док пришел.

Взгляд женщины сфокусировался на мне. Медленно тянулись мгновения.

А потом она спросила, будто хватаясь за последнюю соломинку надежды:

– Он мертв?

Ответ она прочла на моем лице.

– О, Джонни! – вскрикнула она. – Джонни умер! – Молли прижала к себе дочку. – Папочки больше не будет с нами. Ему пришлось нас оставить. Не плачь, солнышко, скоро мы с ним увидимся! – ее голос стал спокойным, монотонным.

Я ждал, что она разрыдается, но страх сковывал все другие чувства, не давал проявиться скорби. Я понимал, что ее сознание не сможет долго выдерживать такое напряжение.

– Макканн, – шепнул я, – сделайте что-нибудь. Нужно вывести ее из ступора. Разозлите ее. Или заставьте заплакать. Что-нибудь.

Он кивнул. Забрав у нее ребенка, он усадил девочку на стул у себя за спиной, а потом приблизил свое лицо к лицу женщины.

– Нечего тут комедию ломать, Молли! – рявкнул он. – Говори, зачем ты Джона убила?

Вначале женщина будто не поняла его слов. Потом по ее телу прошла дрожь, страх отступил, сменившись яростью. Она набросилась на Макканна, принялась избивать его кулаками. Громила перехватил ее запястья и прижал женщину к себе. Дочь Молли завизжала.

Тело женщины расслабилось, она опустила руки и, рухнув на колени, прижалась лбом к полу. Ее сотрясали рыдания. Макканн попытался поднять ее, утешить, но я остановил его.

– Пусть выплачется. Так ей будет легче.

Через какое-то время Молли посмотрела на Макканна и потрясенно произнесла:

– Ты правда так думаешь, Дэн? Что я убила его?

– Нет. Я ж знаю, что это не ты, Молли. Но тебе нужно вроде как взять себя в руки и поговорить с доком. Нам многое предстоит сделать.

– Вы хотите допросить меня, доктор? – уже спокойно спросила она. – Или мне просто объяснить вам, что случилось?

– Ты расскажи ему, как мне рассказывала, – посоветовал Макканн. – Начни с куклы.

– Именно так, – согласился я. – Расскажите мне о произошедшем, а если у меня возникнут какие-то вопросы, то я задам их позже.

– Вчера вечером Дэн позвал меня прогуляться, – начала Молли. – Обычно Джон не приходит… не приходил с работы раньше шести. Но вчера он решил прийти пораньше, часа в три – волновался, что я сижу тут без присмотра. Ему нравится… нравился Дэн, вот Джон и уговорил меня пойти проветриться. Я вернулась около шести. «Пока тебя не было, Молли, пришла посылка. Подарок для малышки, – сказал он мне. – Еще одна кукла. Могу поспорить, Том прислал». Том – мой брат. Я увидела большую коробку на столе и открыла ее. Там лежала удивительная кукла – маленькая девочка, не пупс, а школьница лет десяти-двенадцати, в форме, с рюкзачком. Идеальная кукла, прямо как настоящий человечек, только с фут высотой. И личико у нее было такое прелестное – прямо ангелочек. «Посылка предназначалась тебе, но я подумал, что там цветы, и открыл ее, – сказал Джон. – Смотри, кажется, что эта малышка вот-вот заговорит, да? Это прямо не кукла, а портрет, произведение искусства. Уверен, какая-то девчушка позировала для создания этой вещицы». Я сразу поняла, что куклу прислал Том, потому что он подарил нашей Молли-младшей куклу, а до того моя соседка… она умерла недавно… так вот, моя соседка подарила малышке другую куклу и сказала, что купила ее в магазине, где владелица попросила ее попозировать. Вот я и поняла, что это Том куклу купил. Но я все равно спросила у Джона: «А при ней не было открытки или чего-нибудь в этом роде?» «Нет, – сказал он. – Только какая-то странная штука. Где же она? Наверное, в карман сунул». Он принялся рыться в карманах и достал шнур с узелками, и мне показалось, что этот шнур сделан из волос. «И что это Том только выдумал?» – удивилась я. Джон сунул этот шнурок обратно в карман, и я о нем больше не думала. Малышка Молли спала. Мы положили куклу рядом с ней, чтобы она увидела ее, когда проснется. Она пришла в восторг. Мы сели ужинать, а Молли все играла с куклой. Уложив дочь, я хотела забрать игрушку, но малышка так расплакалась, что пришлось позволить ей спать с куклой. Мы еще немного поиграли с Томом в карты, а в одиннадцать легли спать. Молли беспокойно спит, поэтому мы не опускаем на ночь стенки кроватки. Кроватка стоит в углу нашей спальни, рядом с одним из окон. Между окнами стоит мое трюмо. Мы спали ногами к окнам. Перед сном мы еще посмотрели на Молли-младшую – мы всегда так делаем. Во сне дочка прижимала к себе куклу. Джон сказал: «Господи, Молли, эта игрушка похожа