Сердце Дракона, Часть I - Кирилл Сергеевич Клеванский
— Удачи, друг, — произнес он, а затем все стихло.
Хаджар подождал некоторое время, но по ту сторону стены все так же висела тяжелая, гнетущая тишина. Будто и не было никакого коридора, а только монолитная стена из сплошного камня.
— И тебе, — в пустоту прошептал Хаджар. — друг мой.
Поднявшись, Хаджар подошел к развилке, посмотрел налево, затем направо, и, не изменяя себе, шагнул в левый поворот.
Глава 719
Хаджар не знал, сколько времени он шел по этому, без всякого сомнения, клятому лабиринту. На сотом повороте влево и встречи все с тем же коридором и развилкой, он решил сворачивать направо.
Спустя еще две сотни попыток, решил менять направление в хаотичном порядке — попросту подкидывал монетку и следовал за ней.
В конечном счете, через девяносто три тысячи, сто шестнадцать поворотов он сбился со счету и продолжил брести туда, куда ему вздумается.
— Время, — в который раз Хаджар отдал команду нейросети, но та отказалась слушать.
Никакого интерфейса с часами так перед его взором и не появилось. На памяти Хаджара, что не могло не напрягать, этот лабиринт оказался первым сооружением, которое смогло как-то блокировать действие нейросети.
— При всем уважении, но Эрхард не смог бы создать подобного.
Хаджар, усевшись на камень, решил перевести дыхание. Как назло, он коснулся до своего подбородка.
За время, проведенное в Море Песка, Хаджар успел привыкнуть к растительности на лице и так и ходил с мелкой щетиной. Сейчас же эта сама щетине отросла на два, а то и три сантиметра.
Постепенно превращалась в густую, черную бороду.
Сколько бы времени он здесь не провел — это было очень… очень долго.
— Ну, продолжим, — поднявшись, Хаджар подошел к развилке, взял монетку и уже было швырнул её, как заметил небольшой шрам на пальце. Его, в самом начале, оставил кинжал, торчащий из стены.
Хаджар обернулся — все так же, как и раньше, из стены вылезало два острых, синеватых лезвия. Отнесись к таким неосторожно и лабиринт станет твоей могилой.
Прям сбывшаяся мечта Декатера.
Декатера, который дважды должен был миновать это жуткое место.
Но как?
— Вряд ли выполняя одно и то же действие, я приду к другому результату, — себе под нос пробубнил Хаджар. — Но как, тогда, пройти лабиринт?
Хаджар повертел в пальцах зеленый кругляшек императорской монеты, а затем бросил его в одно из ответвлений.
Деньга, как и тысячи раз прежде, крутанулась в воздухе и, с глухим эхом, упала за условной чертой, где начинался левый рукав лабиринта.
Но, в отличии от предыдущих попыток, на этот раз Хаджар не стал сразу за ней наклоняться.
Вместо этого он опустился на корточки, а затем и вовсе лег на живот. Осторожно, стараясь на пересечь невидимую черту, он потянулся пальцем к монетке.
— Медленно, — приговаривал он сам себе. — Потихонечку.
Миллиметр за миллиметром, выставив вперед один лишь указательный палец, Хаджар пытался дотянуться до монеты. Сперва он не чувствовал ничего, кроме напряжения в своей руке.
Но чем ближе была монета, тем явственней ощущалось давление. Что незримое, словно какая-то пелена, оказались на пути Хаджара.
И, стоило только ему слегка задеть, даже не коснуться или пересечь, а задеть эту пелену, как реальность вокруг дрогнула. Хаджару даже показалось, что воздух перед ним начал уплотняться и походить на прозрачный камень.
Как только он одернул руку, то все вновь нормализовалось.
Проверив свою теорию еще несколько раз, Хаджар убедился в верности догадки.
Стена, разделявшая проход от точной копии предыдущего, появлялась только тогда, когда он сам пересекал черту. Во всех прочих ситуациях, кидал ли он туда небольшой камешек, монетку или лоскут ткани — стена так и не материализовывалась.
— Так, хорошо, — Хаджар отодвинулся чуть назад и огляделся. Все тот же коридор, все те же светящиеся стены. — Значит стена появляется только тогда, когда я сам пересекаю границу.
Хаджар отошел в самое начало и дотронулся до каменной преграды. За ней, возможно, существовала точная копия этого коридора, а может и нет.
— Как же…
Отодвинувшись, Хаджар проделал уже знакомый ему маршрут. Он даже посчитал, что ему нужно ровно двадцать три шага, чтобы пересечь коридор и упереться в тупик.
— А если…
Шальная догадка озарила Хаджара. Достав все тот же некогда разделочный, а теперь ритуальный кинжал, он резко полоснул себя по ладони.
Густые, крупные капли крови мигом рубинами полетели на пол. Хаджар же, повернувшись к левому повороту, взмахнул рукой и окропил кровью пол.
В случае, как было и с пальцем, он ощутил какие-то вибрации и изменения в реальности. Если, конечной, искусственный мир пространственного артефакта можно было назвать реальностью.
— Что, хочешь еще больше?
Хаджар продолжил окроплять пол кровью до тех пор, пока прямо перед ним не возникла каменная стена. Впервые, он остался стоять в коридоре не спиной, а лицом к этой проклятой каменной стене.
— Не так уж и сложно, — хмыкнул он и погладил свою отросшую бороду.
Повторив процесс и с правым рукавом коридора, Хаджар внезапно понял, что с появление стены справа и слева, то, что было тупиком, внезапно стало аркой.
Аркой, ведущей в огромный зал. Войдя внутрь, он даже не стал оборачиваться. И без того понял, что проход ему перегородили все та же каменная стена.
Вот только вместо коридора, он теперь стоял на круглой площади. Довольно крупное продвижение, учитывая последние дни… недели? Или сколько времени ему понадобилось, что решить головоломку древнего сокровища.
— Значит, ты следующий, кто справился.
Хаджар повернулся в сторону, откуда доносился голос. Из-за одной из колон вышло существо. Высотой четыре метра и еще примерно три в плечах, оно выглядело настолько же могучим, сколько и ужасным.
Хаджар повидал всякого, но еще прежде не видел… такого. Этот монстр имел нижнюю половину от человека, торс от какого-то ящера, руки обезьяны и голову быка.
В чем-то он напоминал собой минотавра, хотя, латные поножи и стальные сапоги и давали воображению представить себе что-нибудь не от рода людского.
К поясу гигантской твари были приторочены ножны. Меч, в них лежащий, без сомнения весил ничуть не меньше, а может и больше, чем у Тейи Геран.
