Фантастика 2025-69 - Вадим Бурденя
На бездонном голубом куполе проступили мерцающие контуры Ключа. От горизонта до горизонта небо стало стремительно наливаться упоительным светом. Я услышал торжествующий возглас Клекота.
– Поздравляю! – сказала Розет дрожащим от обожания голосом.
***
Трансляция из Психикона пошла цифровыми помехами, рассыпалась разноцветными пикселями и застыла. В динамиках раздался писк – все в аудитории прижали ладони к ушам.
Кирилл некоторое время стоял словно загипнотизированный, а потом поспешно выключил звук. Одно окошко на экране продолжало трансляцию, и психолог увеличил его. В палате Аркадия суетились врачи: пациент очнулся.
В одну секунду аудитория превратилась в муравейник, куда упал кубик сахара. Кирилла чуть не смели со сцены вспышки фотокамер. Аудиторию он увидел лишь фрагментами. Профессор психологии жал руку Дедалову и что-то тараторил, бизнесмены и инвесторы ломились к Роджеру, странная дама на последнем ряду душила в объятьях Муллагалеева, нейрофизиолог целеустремленным шагом приближался к Кириллу на сцену, но его опередила Кристина и едва не сшибла Кирилла с ног. За ней поспевал довольный Жора, который налетел на блогера, орущего в камеру смартфона свои восторги.
Эпилог
Навигатор игрового мира: Сергей, расскажите, почему вы покинули пост главного геймдизайнера игры "Сандарум Онлайн", а потом и вовсе ушли из Happy Escape?
Сергей Дедалов: Виной тому погружение в Психикон. Там я понял для себя нечто, что тормозило меня всю жизнь. Я начинал с того, что делал игры по своим любимым книгам и мирам. Первую известность мне принесла "Игра Воображения", описанная в книге Орсона Карда "Игра Эндера". И с тех пор я следовал этому методу, пока не кончились произведения, зацепившие меня в детстве. Последней игрой стала "Сандарум Онлайн" по циклу "Путь Бремера", я делал ее на максимуме своих творческих и технических способностей. Я всерьез полагал, что это моя главная игра, но триумф быстро сменился фрустрацией. Выход как всегда оказался супер-простым. Я решил начать собственный проект, без всякого прообраза и внешнего вдохновения. Больше я не хочу пользоваться костылями.
НИМ: Что это будет за игра?
С. Д.: Дедаловская игра. Это единственно адекватная характеристика.
Из интервью с Сергеем Дедаловым, независимым разработчиком компьютерных игр
– Что ж, все анализы в норме, на МРТ ничего подозрительного, – сказал Кирилл, поглядывая на свои громадные мониторы.
Я пожал плечами. Для меня это была очевидная информация, и на обследование в институт я приехал только из вежливости.
– Ну и ладненько, – сказал я и окинул взглядом узкую комнату и прилегающую к ней палату за прозрачной стеной. – А почему ты не сменил кабинет? Ты же теперь ведущий специалист.
– Много воспоминаний, знаешь ли, – ответил психолог. – И люблю работать в одиночестве. Мой штат трудится на других этажах. Ты уверен, что не хочешь присоединиться как агент погружения? Твой игровой опыт весьма пригодится.
– Нет уж, спасибо, сейчас я по уши увлечен этой реальностью. Скоро улетаю в экспедицию… А ты что, сменил мнение насчет игр?
Кирилл усмехнулся.
– Нашел в них кое-что полезное. Как специалист, разумеется.
– Разумеется, – поддакнул я и подмигнул. Частенько вижу его онлайн на игровой платформе. Не иначе как собирает научные данные.
– Что ж, больше не задерживаю, – сказал Кирилл и протянул руку. – Ты уверен, что больше ничего не хочешь мне сказать?
– Уверен, – сказал я и ответил на рукопожатие.
"Ой, какие мы таинственные!" – хихикнула Розет.
Андрей Семизаров
Когривед
Предисловие
Больше всего на свете Сергей Сергеевич Хлебников любил свою жену Оксану, перловку с мясом и русский язык. До чего же прекрасна родная речь! И матерный загиб на ней хорош, и комплимент красивой девушке, и витиеватый тост… Сергей Сергеевич морщился даже тогда, когда обнаруживал в книге «пролог», а не «предисловие». Ладно, если нет нашего аналога, можно простить, но, когда он есть… Разумеется, с наукой дело обстоит сложнее, тут надо без перегибов, и всё же кое-что реально поправить.
Ощутив внезапную боль, Хлебников хлопнул себя по щеке. Раздался едва различимый хруст. Готов, чертяка! Да, всем чудесны мещёрские леса. Биоматериала для исследований навалом, свежий воздух, полезный для здоровья, завораживающие виды… Но комары! Таких огромных и злобных он ещё не встречал. Надо будет снова заказать обработку территории репеллентами. Иначе до костей обглодают.
Сергей Сергеевич посмотрел на недавно установленную над дверью табличку и в который раз с удовольствием прочитал: «Группа компаний „Щит и меч“. Научно-исследовательский институт космического грибоведения». И сокращённо звучит красиво — НИИ Когривед. Не эта ваша астромикология!
С названием, конечно, история вышла занимательная. Хлебников, назначенный руководителем института, написал докладную записку на десять листов, где настаивал на переименовании научного учреждения на русский манер. Там же он и предложил упомянутый вариант. Записка долго путешествовала по инстанциям и, наконец, добралась до генерального, задавшего всего один вопрос: «А „космос“ тогда почему оставили? Он же греческий». «Космос общий, — ответил Сергей Сергеевич. — Да и много ли там греков побывало?» Директор хмыкнул и подписал приказ. Так появился Когривед.
Хлебников повертел в руке бумажный стаканчик с чаем и сделал глоток. Кофе по утрам он давно уже не пил. Всё-таки ему под пятьдесят, надо беречь сердце и нервную систему. Хотя, конечно, внешне возраст Сергея Сергеевича определить сложно. Подтянутое спортивное тело с армейской выправкой, густая шевелюра с лёгкой сединой, роскошные чёрные усы, которые Хлебников носил со времён службы военным биологом. Нет, какие там полвека?! Вы о чём?!
— Доброе утро! — поздоровалась пробегавшая мимо Анюта, младший лаборант из отдела биотеха.
Сергей Сергеевич помахал в ответ. Этот ритуал происходил у них каждый будний день. Хлебников приходил на работу на час раньше и пил чай на крыльце института, а девушка совершала в это время утреннюю пробежку. Сергей Сергеевич проводил её взглядом. Худенькая, воздушная, небольшого роста. Золотые кудри, собранные в хвост, подпрыгивают в такт бегу. А какие у Анюты изумрудные глаза! Не оторвёшься! Эх, был бы у Хлебникова сын, обязательно бы породнились, ведь Анюта не только красавица, но и с покладистым характером. Кому бы такой невестки ни хотелось?!
Девушка свернула на одну из тропинок и скрылась среди деревьев. Сергей Сергеевич допил чай, бросил стаканчик в урну и зашёл в институт.
На вахте он предъявил пропуск — всё-таки режимный объект, — вызвал лифт и поднялся на пятый этаж. Это здание — самое высокое на территории. Остальные насчитывали два-три этажа, в том числе,
