Фантастика 2026-59 - Любовь Оболенская
Глава 45
Корабли данов двигались медленно. Гребцам приходилось отталкивать веслами льдины, чтобы те не повредили борта драккаров. К тому же ветер дул с берега, и паруса ничем не могли помочь мореходам. Так что у нас было время подготовиться к битве.
— Кемп, собери своих лучников. Рауд, возьми четыре десятка самых сильных воинов, вместе с ребятами Кемпа садитесь на плоты, и плывите в форт, — распорядилась я, собрав в длинном доме своих верных хирдманнов. — Данам наш Зуб нарвала будет как кость в горле, и атаковать его они станут яростно. Но чтобы победить мы должны драться с вдесятеро большей яростью!
— Не переживай, дроттнинг, — усмехнулся Кемп. — Думаю, скоро мы соберем у стен форта обильную кровавую жатву.
Да, именно так! На острове, расположенном посреди фьорда, по моим чертежам викинги построили самый настоящий хорошо укрепленный форт — маленькую крепость с высокими стенами, единственным предназначением которой была максимальная эффективность в отражении атак с моря.
А помогло в этом мое знание истории!
Я прекрасно помнила, как Петр Первый остановил попытку шведов войти в устье Невы огнем форта Кроншлот — а впоследствии построил целую серию мощных фортов, навсегда отбивших у противника желание захватить Петербург.
Потому еще зимой я велела начать строительство крепости на Зубе нарвала — и к началу весны она была практически закончена.
Укрепление представляло собой двухъярусную деревянную башню высотой около двадцати метров, состоящую из деревянного каркаса — двух стен, внешней и внутренней, промежуток между которыми был плотно набит землей, песком и камнями. На вершине этой башни располагались хорошо защищенные от атак снизу позиции лучников, а также поворотный камнемет, привезенный из Скагеррака, который мои люди буквально за два последних дня успели неплохо пристрелять по дрейфующим льдинам.
Также в моем распоряжении имелось шесть драккаров, четыре из которых были усовершенствованы под моим чутким руководством. Жаль, что с кораблями из Скагеррака не было времени сделать то же самое, но теперь уже приходилось играть теми картами, что были на руках...
Но, честно говоря, то, что я видела вдали, оптимизма не внушало даже с учетом всего, что было сделано в плане укрепления обороноспособности Каттегата.
— Я насчитал двадцать два драккара, — задумчиво проговорил Рагнар. — Битва будет очень неравной...
— Если на каждом из них хотя бы по шесть десятков воинов, то нам придется иметь дело примерно с полуторатысячной армией, — задумчиво почесал затылок Ульв. — У нас же от силы наберется четыре сотни бойцов.
— Расклад не в нашу пользу, — кивнула я. — Но, если помнишь, в битве при Скагерраке даны тоже были уверены в победе — и потерпели сокрушительное поражение. Кстати, солнце уже давно перевалило за полуденную отметку, так что, думаю, в атаку они пойдут завтра, а сейчас лягут в дрейф до утра.
— Согласен, — кивнул Рагнар. — Но что это изменит?
— Есть одна мысль, — усмехнулась я. — А, точнее, целых две.
...Я оказалась права.
Драккары данов бросили якоря в двух полетах стрелы от Зуба нарвала, который их наверняка смутил. Не ожидали наши враги увидеть крепость на острове, и такую неожиданность следовало обсудить прежде, чем с ходу соваться в битву на ночь глядя.
Этим они и занялись, связав шесть драккаров бортами между собой и устроив на них нечто вроде тинга — собрания капитанов. Остальные суда выстроились в линию, перегородив фьорд на случай, если кто-то из нас решит сбежать на драккаре или лодке морским путем. Что ж, по-своему с военной точки зрения того времени разумное решение... по поводу которого у меня имелось свое мнение.
Которое я и высказала.
— Прости, дорогая, но так нельзя! — выслушав меня, в запальчивости воскликнул Рагнар. — Для любого викинга драккар — больше чем корабль! Это его жизнь, воплощенная в дереве и парусах!
— А скажи, муж мой, — прищурилась я. — Настоящий викинг не согласится пожертвовать своей жизнью ради победы?
— Конечно согласится, но... — произнес Рангар — и осекся, поняв, что попал в мою ловушку, сплетенную из слов.
— Дроттнинг права, — мрачно произнес Ульв. — Нам удалось победить в Скагерраке лишь потому, что даны не ожидали от нас тех военных хитростей, которые придумала королева. Однако сейчас они уже ученые, и снова без потерь нам победить не удастся. Но когда потеря во много раз превышает ущерб, нанесенный врагу — это оправданная жертва!
— Что ж, быть посему, — кивнул Рагнар. — Только на это дело пойду я, и еще десяток бойцов, которых выберу сам.
— Хорошо, — кивнула я, видя, что спорить с мужем бесполезно. И хотя у меня заныло в груди от мысли, что я могу потерять его — но в то же время я понимала: сейчас нашим воинам, однозначно приунывшим от осознания численного преимущества данов, нужен наглядный пример героизма.
Настоящий подвиг!
И, думаю, вряд ли кто из викингов Каттегата мог справиться с этим лучше, чем мой Рагнар.
Глава 46
Ночь опустилась на Каттегат.
Темным покрывалом накрыла город, фьорд, и прибрежные скалы.
До летних ночей, когда кажется, что крупные звезды можно собирать руками прямо с неба, было еще три долгих месяца.
Сейчас же тучи плотно закрывали небо, и усилившийся ночной бриз, дующий с суши на море, ничего не мог с ними поделать...
А вот с парусами — мог!
Чтобы драккары не унесло в море, даны спустили с мачт огромные льняные полотнища, и сейчас, при свете вражеских факелов, с берега суда неприятеля казались совершенно неопасными детскими лодочонками с воткнутыми в них гладкими прямыми палочками...
Но все мы знали...
Настанет утро, бриз сменит направление, по мачтам вражеских драккаров поползут вверх паруса, с ходу наполняемые ветром — и к нашему берегу двинется плавучая армада, несущая на себе армию, во много раз превосходящую нашу...
И этот день станет последним и для нас, и для Каттегата...
И для всей Норвегии.
...Потому довольно беспомощно смотрелись два драккара, которые, не зажигая факелов, отчалили от нашего берега. Паруса, специально измазанные сажей для маскировки, очень быстро растворились в темноте ночи, и теперь я, вглядываясь в ночь со стены города, видела лишь две крохотные тени, приближающиеся к кораблям данов.
А, может, их уже просто рисовало мое воображение... Наша союзница-ночь была слишком непроглядной, и я молила Мани, скандинавскую богиню Луны, чтобы она еще хоть какое-то время стыдливо скрывала за тучами свой сияющий лик... Ибо если она своей рукой, сотканной из серебряных лучей, сейчас раздвинет эти тучи, дабы посмотреть,
