Фантастика 2025-56 - Сергей Сергеевич Мусаниф
В прошлой жизни все было гораздо спокойнее. Ровнее, что ли. Без неистового влечения, без бурных всплесков и ненасытной всепоглощающей страсти.
А сейчас я потеряла себя. Растворилась в своих ощущениях, как камень в горячей лаве. Возбуждение кипело во мне бурным потоком, выплескивалось долгими стонами, и я лишь краем сознания понимала, что эти стоны — мои.
Все, что когда-то знала о мужчинах Татьяна Рыбкина, оказалось бессмысленным и ненужным Тьяне Дизраелли. Потому что этот мужчина был не для Рыбкиной, он был для Тьяны.
Не для той Тьяны, что была до меня, а для той, которой я стала.
Рейн подхватил меня на руки.
— Хочу тебя! — прорычал мне в ухо и прикусил мочку.
Горячее дыхание пощекотало мне шею. Острый импульс удовольствия прошил насквозь. Я выгнулась, мечтая слиться со своим мужчиной не только телом, но и душой.
— Рейн! — из моего горла вырвался всхлип.
Он что-то сделал. Стеклянные двери медбокса вдруг потемнели, стали непроницаемыми, яркий свет потускнел. Теперь помещение заливал полумрак, создавая интимную обстановку. Только техника светилась и подмигивала разноцветными огоньками.
Рейн сгрузил меня на диванчик. Навис надо мной, удерживая свой вес на руках. Его короткие волосы торчали в разные стороны, словно иголки дикобраза, лицо застыло и побледнело от напряжения, в глазах бушевало дикое пламя.
— Я хочу тебя прямо сейчас, — прохрипел он. — Хочу до безумия. Но если… если мы это сделаем, то всё, ходу назад не будет. Никакие законы или правила нас не разделят. Я не отпущу тебя и не отдам никому.
И в такой момент у него еще есть силы думать об этом?
Я лежала, распластанная его телом, опьяненная поцелуями, ощущая жар кожи и вес. Меня колотило от возбуждения, от его близости, запаха, прикосновений. От того, что к самой чувствительной точке моего тела прижимается что-то твердое и горячее.
Но Рейн держался. Он не давал себе перешагнуть последний рубеж, пока не будет знать точно, что я согласна. Не хотел, чтобы инстинкт решал за меня, и чтобы потом я пожалела о нашем слиянии.
Глупый! Как я могу пожалеть о том, чего хочу больше всего на свете?
Я таращилась на его губы. Немного припухшие, покрасневшие от поцелуев, с четко очерченными границами. Никогда не замечала, что нижняя губа у него чуть больше верхней, но теперь знаю, как приятно захватить ее в плен зубами и посасывать. Знаю, что у него горячий и немного шершавый язык, а дыхание пахнет имбирем и гвоздикой.
В глазах дерранга застыло напряженное ожидание. Нужно было что-то сказать, успокоить. Но я не могла найти нужных слов, они просто вылетели из головы. Все, о чем я могла думать, так это то, что если он сейчас же меня не поцелует, я закричу.
— Не отдавай, — в конце концов выдала я. — Никому, никогда.
— Тьяна! — его голос дрогнул. Мощное тело надо мной дернулось, вдавливая меня в диванчик еще сильнее. Рейн обхватил меня руками за лицо, заглянул прямо в глаза. — Ты согласна стать моей женой? Согласна стать моей спутницей отныне и навсегда, пока не погаснут звезды?
— Согласна, — не сказала, выдохнула, приподнимаясь и прижимаясь губами к его губам.
Ответом мне был низкий стон.
Как в бреду, мы рвали друг на друге одежду. Не задумываясь о ее сохранности, бросали на пол и не могли насытиться ласками.
Руки Рейна были везде. Его губы были везде. Он ласкал меня с такой страстью, словно это был единственный способ выжить.
Я не хотела от него отставать. Изучала сильное тело руками, губами. Пробовала на вкус его кожу, чуть солоноватую, гладкую, наслаждалась ощущением сильных мышц, что перекатывались под ней. Ерошила пальцами взмокшие волосы, цеплялась за плечи, скользила вдоль позвоночника…
Все было таким естественным и правильным, что когда он раздвинул мои колени и навис надо мной, я без слов обхватила его ногами за бедра.
Боль заставила меня закусить губу. Я не ошиблась. Это тело оказалось девственным.
На миг в глазах Рейна вспыхнуло удивление, недоверие, потом радость. Тайная радость мужчины-собственника.
Остановившись, он прижался виском к моему виску и прошептал:
— Я буду нежным.
А потом поцеловал.
Место дикой страсти заняла томная чувственность. Два тела переплелись воедино, создавая свой собственный мир, в котором не было места третьим особам. На краткий миг все, кроме нас, перестало существовать. И я почувствовала, как что-то внутри меня тянется навстречу Рейну, какие-то невидимые нити, о существовании которых я даже не подозревала. Они оплетают его, проникают внутрь, сплетаются с такими же нитями, что есть у него, создавая неразрывную сеть.
Эта сеть мерцала, становясь все крепче с каждым ударом сердца, связывая нас навсегда.
И вот, когда последний узел был крепко завязан, наши чувства и эмоции слились. И усилились в сотни раз.
Меня словно снесло лавиной. Жгучий огонь прокатился по нервам, захлестнул, заставляя тело выгнуться дугой. Я не выдержала, закричала, цепляясь за Рейна и впитывая ответный стон.
А потом, обессиленная, рухнула вниз с головокружительной высоты.
Когда я пришла в себя, Рейн лежал рядом. Обнаженный, горячий, вспотевший. Он обнимал меня и гладил по голове, что-то шепча.
Не размыкая глаз, я прислушалась.
— Моя девочка, моя малышка… моя душа…
Глава 23
На Гораукане нас ждали. Стоило астроботу появиться близ границы Конфедерации, как внешний патруль тут же запросил наши данные. А потом у нас появился конвой, названный «усиленным сопровождением», мол, чтобы с такой ценной мной ничего не случилось.
Посадили нас на частной площадке Драммонов. Где-то в стороне от столицы и вообще любого жилья. Там же ждал бронированный ботмобиль. Но мы-то с Рейном понимали, что это сделано не ради моей безопасности. Скорее, Август хотел обезопасить себя от меня.
— Не бойся, прорвемся, — усмехнулся мой дерранг, целуя в макушку и прижимая к себе.
— С тобой не боюсь.
Мы стояли у выхода на грави-платформе, ожидая, пока система откроет проход.
Но вот массивный люк три метра в диаметре медленно пополз вбок. А за ним оказалась пустыня. Бесконечный ржавый песок, волнами убегавший до самого горизонта.
— М-да, твои бывшие родственники не слишком приветливы, — произнес Рейн, хмуро оглядывая место прибытия.
— Вот поэтому они и бывшие, — хмыкнула я.
Держась за руки, мы проследовали к ботмобилю. Чуть поодаль от него выстроилась цепочка черных «букашек» с вооруженной охраной. Голубокожие молодчики в черных комбинезонах хмуро поглядывали на меня. И каждый держал в руках ствол с красной сигналкой — заряжен
