"Фантастика 2024-146". Компиляция. Книги 1-24 - Антон Дмитриевич Емельянов
Все свои знания я выкладываю отцу под видом приснившихся мне в одну из ночей, все из них, которые он сам расскажет мне через примерно тридцать пять лет, которые сейчас и сам еще полностью не знает.
— Так почему же деда Романа не посадили, когда он вернулся из Германии? — только один вопрос задает мне отец.
Похоже, что теперь он поверил в вещую силу моих сновидений сразу и окончательно, что мне и требуется.
— Собирались, только и у него нашелся свой аргумент. Он достал из обмотки на ноге сохраненный в плену комсомольский билет, ну то, что от него осталось. Поэтому обвинение сняли.
Отец, похоже, встревожен тем, что я знаю столько всякого из истории семьи. Сам то он мне рассказал про расстрелянного деда только через тридцать лет после крушения социализма, а сейчас просто не понимает, откуда у меня такая опасная информация взялась.
Придется ему поверить в мои вещие сны, деваться некуда.
Поэтому он пока перестает меня уговаривать остаться в школе и уходит обдумать мой рассказ.
Я же даю ему прийти в себя и очень хочу посмотреть, что отец сможет придумать для дальнейших уговоров.
Пока же ухожу гулять с Юлечкой, день на улице такой весенний, солнышко светит, хорошенькая девчонка смеется над моими шутками — что еще требуется молодому парнишке для счастья. Да и моему пожилому сознанию тоже нравится продолжать жить, даже в новом-старом теле, когда еще все впереди и никакая совесть о неправильных поступках не напоминает по ночам.
Походили по магазинам, выбор, конечно, скромненький такой везде, мало что просится взять себя в руки. Пока не добрались до магазина канцелярских товаров, там девушку привлекла солидная готовальня в красивой коробке.
— Мне такая в школу нужна, — закусила губу подруга.
Стоит солидная коробка восемь рублей, прямо такое произведение искусства, что глазам страшно. Сколько в ней разных приспособлений для работы с чертежами, я даже ни одного названия теперь вспомнить не могу, кроме пары циркулей.
— Будешь носить такую тяжесть в школу? — спросил я и тут же расплатился за готовальню с большим облегчением.
Подарок найден, можно больше не ломать голову насчет его поисков, а просто и безмятежно целоваться в укромном месте. Потом еще цветочки в сам праздник, какие попадутся в городе, для Юлечки, и моей мамули, и все.
Удивил, кстати, подругу свою тем, что так легко достал деньги и расплатился. Теперь может задаться вопросом, откуда у меня лишняя десятка на кармане, на сына сильно обеспеченных родителей я не похож.
Так и вышло при следующей встрече, вопрос мне был задан, наверняка, родители Юлии тоже поинтересовались таким подарком, как я понял.
Хотелось с важным видом сказать, что дела всякие делаю, однако, взрослые мозги предупреждают меня, что этого делать не стоит. Родители подруги точно от таких слов забеспокоятся, как и мои предки сразу же начали бы переживать.
Где восьмиклассник может заработать легально посреди учебного года даже такую небольшую сумму — даже не знаю, а вот признание про сделанные деньги — это уже что-то такое немного противозаконное, пусть и просто не очень легальное.
— Конечно, у родителей взял, — объяснил я девушке, а самому стало немного смешно от такого объяснения.
У матери все прошло отлично, зуб вырвали, изучив внимательно рентген и заметив, что случай на самом деле весьма сложный. Потом еще один рентген, на всякий случай, хотя, современная аппаратура еще не может разглядеть оставшиеся корни, это года через два-три появится такая техника в самых крутых больницах Ленинграда.
Главное, что ничего не болит у матушки и она предупреждена о том, что у нее могут оказаться последствия от этого зуба.
Отец пока молчит, переваривает информацию и соображает, как понять то, о чем я ему рассказал. Я его не тороплю, пусть освоится с тем, что сын стал сильно взрослым и знает много из того, что знать не должен.
Во время прогулок на улице встретился нам и мой приятель Стас, которого мне пока нечем порадовать.
Подруга Юли все так же занята, так что, никак с ней ему не зазнакомиться.
В Ленинград я пока не езжу, сейчас сильно похолодало, метель часто вьюжит все две недели после восьмого марта и одно дело, гуляя по городу, заскочить в теплый подъезд, где всегда можно заняться сладкими поцелуями. Совсем другое — бегать в такую погоду по Ленинграду с тяжелой сумкой, кататься на перекладных, знакомясь с магазинами «Старая книга», пытаясь с помощью намеков и непростых взглядов договориться о продаже дефицитной продукции.
Можно сказать, что морально отдыхаю от прошлой неудачи. Хотя, это еще как посмотреть, такая школа жизни не будет лишней, однако, больше так подставляться я не собираюсь нашим органам.
Пока хожу на тренировки каждый день, когда со своими, так стою в парах, если с другой группой попадаю, тогда работаю на железе, усердно раскачиваюсь. Парни заметили, что удар у меня серьезно потяжелел, техника всегда имелась хорошая, так что я понемногу становлюсь более серьезным бойцом, чем раньше.
Из той группы в сорок новичков теперь, через три года занятий, осталось всего трое человек, поэтому мы занимаемся с более молодыми ребятами и обладаем среди них определенным авторитетом.
Среди них есть паренек моложе меня на два года, у него пока все плохо получается, однако, он просит его не жалеть и учить серьезно. Так и лезет на кулаки со словами:
— Я научусь! Бейте меня больше!
Я хорошо помню, что он все же научился и стал хорошим боксером, начал часто бои выигрывать нокдаунами, как и его некоторые товарищи. Однако, помню я и про его судьбу, теперь вот теряюсь в раздумьях, чем могу помочь парню в будущем.
Фамилия у него такая же, как у моего приятеля по прошлой жизни, фронтмена группы «Ля минор», Славы Ш. Он работал когда-то диджеем в «Фиделе», я там же стоял на воротах, так что, давно общаемся, тем более, я часто ходил на концерты его группы. Это в прошлой жизни, конечно.
Так вот, мой младший товарищ по секции, очень хороший и стойкий парень попадет служить в родной мне ВМФ на срочную. Естественно, в учебке поспорит с годками и приземлит несколько
