"Фантастика 2024-146". Компиляция. Книги 1-24 - Антон Дмитриевич Емельянов
Отец несколько раз упомянул, что, как совсем не пьющего, редкого такого кадра для российской глубинки, его поставили после окончания технаря на должность инженера в шлифовальном цеху часового завода. Заведовать в том числе распределением спирта для всевозможной протирки и именно наличие жидкой валюты помогло ему построить дом.
Правда, это обстоятельство уже подразумеваю я, по мере своей современной испорченности, но, до сих пор с этим утверждением не соглашается он сам. Впрочем, отец, как глубоко советский человек, до сих пор побаивается незримой руки ОБХСС и старается про такие удачные комбинации в своей жизни не распространяться никому, даже родному сыну и даже через сорок лет.
Еще отец ссылается на полное отсутствие продуктов в магазинах захудалого уездного города, что все колхозные урожаи уходят в ненасытную Москву и на сорокатысячный город в день выделяется всего триста литров молока, которые, конечно, не доходят до покупателей в магазинах.
Может, так оно и было, только и смягчающие обстоятельства в деле имеются.
Чтобы отец не говорил, наличие родителей жены в шести километрах от города, а у них целой коровы, теленка, овец, куриц и множества кроликов в клетках, снижает уровень правды в его словах. Уж недостатка молока, мяса, сметаны и творога лично нашей семье можно было точно не опасаться.
Только успевай носить от хлопотливой бабушки дары деревенские в город полными корзинами.
Всего скорее, отец все же откровенно признается, что построенный без должного опыта дом оказался очень холодным и его приходится зимой топить не переставая, поэтому, прожив в нем пару лет, он и предложил матери искать новое место для жительства, а дом взять, да продать.
Очень уж ему захотелось получить благоустроенную квартиру с горячей водой, газом и настоящим унитазом с подведенной канализацией, еще и почти бесплатным отоплением от горячих чугунных батарей.
Дело чуть не дошло до развода, но, родители все же собрались вместе, продали за немалые по тем временам восемь с половиной тысяч, тогда еще полновесных советских рублей, недавно построенный дом и выехали на поиски лучшей доли.
На выбор перед ними оказалось три места жительства — маленький город Подпорожье почти в трехстах километрах от Ленинграда, не знаю уж на что там собирался польститься отец. Кириши с его нефтекомбинатом и ядовитым дрожжевым заводом в ста пятидесяти и самый ближайший к Ленинграду город при атомной станции в восьмидесяти километрах.
Поехали сразу в самый ближний, куда уже ходит электричка, тут уже дошли до первого в активно строящемся городе магазина «Балтика».
После минутной экскурсии и лицезрения прилавков мать сказала, как отрезала, коротко и сурово:
— Остаемся здесь жить!!!
Пять видов вареной и полукопченой колбасы, имеющихся в продаже, а так же свободно отпускаемые труженикам апельсины потрясли ее не избалованную прежде такими натюрмортами душу советского человека до предела!
Через год получили две комнаты в общежитии, еще через год — двушку на окраине города, жилье и правда раздавали быстро.
Единственно, для этого отцу пришлось перейти с места хорошо оплачиваемого рабочего-монтажника на в два раза меньше оплачиваемую должность мастера участка, согласно полученному образованию и желанию начальства. Можно было взять трешку на выбор, но, она оказалась расположена на первом этаже в угловой квартире, поэтому отец отказался в пользу двушки на третьем этаже.
Поэтому я жил до поступления в училище в комнате вместе с сестрой и ничуть об этом не переживал.
Даже и не знал, что это не очень то и хорошо, таким неизбалованным оказался я, как и весь советский народ.
Поэтому я с интересом осматриваю помещение магазина, ведь за эти десять лет тут ничего особо не изменилось, с семьдесят первого по восемьдесят второй годы.
После этого мы возвращаемся пешком домой, билеты на «Анжелику» лежат в кармане, я собираюсь на тренировку, пусть все мышцы сильно болят. Как-то я нагрузил их несоразмерно своему телу, но, сжав зубы, я продолжаю активно разминаться и стучать кулаками в шингартах по груше.
— Игорь, ты какой-то сильно настойчивый стал, — замечает тренер, когда видит меня второй день подряд в зале.
— Да, Юрий Кузьмич, буду ходить каждый день на каникулах, пока время есть, — отвечаю я ему.
— Решил чемпионом СССР все-таки стать? — интересуется он.
— Думаю еще, — отвечаю я с солидным видом, как будто это плевое дело для меня.
Нет, чемпионом становиться я не собираюсь, кое-какие данные у меня есть, каких-то нет, а главное — нет желания провести в ринге долгие годы, чтобы, может быть, стать мастером спорта, одним из многих сотен в СССР.
Для гарантированного поступления в достаточно блатное военно-морское училище мне вполне хватило первого взрослого разряда в разрядной книжке и пары грамот за первые места. Еще семнадцати баллов на вступительных экзаменах в лагере для абитуриентов, но, тут уже преподаватели сами подталкивали меня в спину и исправляли ошибки, находя мою фамилию в списках одобренных на поступление спортивной кафедрой.
После тренировки возвращаюсь домой и, плотно поужинав, захожу за Жекой.
Сегодня я взвесился, весы показали сорок шесть кило, учитывая плотный перекус блинами, вешу я примерно сорок пять килограммов и этот результат меня не радует совсем.
— Необходимо набрать к концу учебы хотя бы пятьдесят кило, а лучше пятьдесят два, и чтобы это оказались настоящие мышцы, которым необходимо расплодиться на моем теле, — ставлю я себе задачу на полугодие.
Возле кинотеатра встречаем пару наших одноклассников и дожидаемся, болтая на разные темы, начала сеанса вместе, вместе погружаемся в интересный мир французской жизни не знаю какого века, с ее галантной любовью и шпагами. Насколько я помню, все эротические и откровенные сцены из фильма вырезаны для проката в Советском Союзе, оставлены только легкие намеки, но, нам хватает и этого, в нашем-то уже фертильном и пубертатном возрасте.
После фильма идем с Жекой домой, громко обсуждая увиденное и едва прикрытые прелести Анжелики, догоняем пару каких-то девчонок, тут я делаю первый в новой жизни и вообще жизни моего нового тела подход типа пикап.
Слышу, что девушки обсуждают просмотренный фильм, сам присмотревшись к ним и признав достаточно симпатичными, предлагаю заняться обсуждением фильма вместе:
— У меня есть знакомый, который смотрел его во Франции, — безаппеляционно заливаю я, — Так он говорит, что у нас пол фильма вырезали и сама героиня больше голышом там бегает, чем в одежде.
Смелое и провокационное заявление вызывает интерес у девчонок, несмотря на общее
