Фантастика 2025-103 - Сергей Благонравов
– Но почему вы сами… – растерянно пробормотал князь.
– А кто я такой? – иронично поинтересовался Елисей. – Осмелюсь напомнить, что высший свет меня почти не знает. А в вашем доме она бывает регулярно. Меня ей сестрица ваша представила. К тому же ваше имя в обществе – эталон чести и добропорядочности. Во всяком случае, насколько мне известно. Вот я и решил, что ежели уж вы ее отговорить не сможете, то мне там вообще делать нечего.
– Понимаю вас, но что теперь мне делать? – растерянно поинтересовался князь, разводя руками. – Вы же знаете, что я дуэлей терпеть не могу. А она пристала, словно с ножом к горлу. Все помощи требует.
– Да уж, ситуация, – многозначительно протянул Елисей. – Откажешь, сестрица обидится, да и в свете слухи пойдут. А согласишься, от собственных принципов откажешься.
– Вот именно! – подскочил князь. – Но ведь она не желает даже слушать никаких разумных доводов.
– Знаю, – скривился парень. – Я, признаться, и сам поначалу пытался ее отговорить, да только впустую все.
– Так что мне делать, Елисей Григорьевич? – прямо спросил Мышкин, едва не взмолившись.
– Соглашайтесь, – помолчав, отрезал парень. – Слышали поговорку: не можешь остановить безобразие, возглавь его? Сейчас именно тот случай.
– Но… Но…
– Дослушайте, Петр Васильевич, – остановил его излияния Елисей. – Так вот. С вашим участием эта дуэль должна стать эталоном порядочности и соблюдения всех писаных и неписаных правил. Вплоть до того, что даже пули в пистолетах должны быть одного веса.
– Вы говорите о самой дуэли. Но как быть с ее причиной? – не унимался князь.
– А вот тут мы с вами уже ничего не можем изменить. Как ни крути, а обе дуэлянтки титулованные особы дворянского сословия и вполне могут решить свои разногласия на поединке. Вспомните дуэльный кодекс.
– Да я его наизусть знаю, – отмахнулся Мышкин.
– Тем лучше. Тогда скажите, где там сказано, что в дуэлях могут принимать участие только особы мужского пола? Там, насколько я помню, сказано только, особы дворянского сословия, и ничего больше. И что дуэль с особой низкого происхождения недопустима. Или я ошибаюсь?
– Нет. Все так и есть, – растерянно кивнул князь Мышкин.
– Вот и получается, что в данной ситуации у вас есть только один выход. Сделать так, чтобы эта дуэль стала образцом честности и соблюдения правил. А далее, пользуясь своими связями, добиться на высочайшем уровне решения о запрете подобных эскапад. Ничего иного я вам посоветовать не могу. А чтобы вам было хоть немного проще, вторым секундантом графини стану я.
– Вы и вправду готовы это сделать? – не поверил князь собственным ушам.
– Я вас в эту историю втравил, мне и помогать, – пожал парень плечами. – Хотя я, признаться, надеялся на иной результат.
– Честное слово, князь, я очень старался, – покаянно вздохнул Мышкин.
– Когда там эта дуэль назначена? – сварливо поинтересовался Елисей.
– В воскресенье, на десять утра.
«Твою мать! А я запланировал акцию в ночь с субботы на воскресенье, – выругался про себя Елисей. – Опять не высплюсь, – с мрачной иронией подумал он. – А может, так даже будет лучше».
– Так вы согласны стать вторым секундантом? – осторожно переспросил князь.
– Ну, ежели графиня соизволит прислать мне письмо, то я непременно буду там, – решительно кивнул Елисей.
– Спаси вас бог, князь, – с облегчением вздохнул Мышкин. – Я могу надеяться, что проверку оружия вы возьмете на себя? Хоть я и умею стрелять, но признаться, в оружии понимаю очень слабо.
– За это не извольте беспокоиться, – отмахнулся Елисей. – Проверю все в лучшем виде.
– Что ж. Тогда мне остается только поблагодарить вас за чай и за ваше терпение, – смущенно улыбнулся Мышкин. – И еще. Я приношу свои глубочайшие извинения за мое поведение в самом начале моего визита. Не держите зла, Елисей Григорьевич.
– Господь с вами, Петр Васильевич, – отмахнулся Елисей. – Ступайте с богом. Увидимся в воскресенье, если все сложится.
Проводив князя до ворот, парень вернулся в дом и, поднявшись в свои комнаты, принялся готовиться к акции. Теперь, когда все организационные вопросы были решены, пришло время исполнить главное. Казнить тех, кто виноват в смерти Нино, и всех остальных. При одном воспоминании о жене по жилам парня пронеслась горячая волна ненависти. На этот раз нужно все сделать так, чтобы власти не поняли, за что именно их уничтожили. Встревать в судебные тяжбы и отправляться на каторгу Елисей не собирался.
Проверив все необходимое, он разложил на кровати свой ночной костюм и, качнув головой, вызвал к себе Любима. Казачок, пользуясь занятостью князя, все время проводил на конюшне. С лошадьми. Его усилиями все кони, имевшиеся в конюшне, были здоровы и имели вид весьма ухоженный. Кивнув вошедшему денщику на костюм, Елисей коротко скомандовал:
– Выстирать, вычистить и высушить. Завтра он должен быть готов. Сам умеешь, или прачку искать?
– Господь с тобой, княже, – рассмеялся Любим, забирая костюм. – Дело нехитрое. Я тут для того и есть.
Зная исполнительность этого простого, добродушного парня, Елисей только кивнул, улыбнувшись. Обязанности свои Любим исполнял старательно и с охотой. Ему явно нравилось, что князь не заставляет его участвовать в погонях и схватках.
Хоть и писался парень родовым казаком, а характер имел совсем не воинственный. Скорее даже наоборот. Что говорить, если он даже оружие носил скорее по обязанности, чем по призванию. Только потому, что значился в казачьем воинстве.
Разобравшись с делами, Елисей подошел к окну и, глядя на улицу, мрачно проворчал про себя: «Сегодня среда. За оставшееся время я должен закончить наблюдение за объектом и провести акцию. Значит, сегодня вечером очередной выход».
Приняв решение, парень вздохнул и отправился вниз. На кухню. Наблюдение – дело долгое и нудное. Значит, требуется быть готовым к тому, что как это обычно бывает, в это время обязательно захочется пить, есть или еще чего. Так что к этому нужно быть тоже готовым. Да, можно перетерпеть, но звучные рулады голодного желудка из кустов запросто могут привлечь к нему чье-то внимание. А жажда может не вовремя отвлечь.
Давно уже отлитая Изей латунная фляга с серебряным напылением внутри была наполнена морсом из клюквенных ягод, а в кожаную сумку отправились сухари и полоски вяленого мяса. На таком рационе Елисей мог существовать неделями. Что называется, проверено временем. К вечеру, когда уже начало смеркаться, парень дождался возвращения со службы Ильико и, незаметно выскользнув из дома, волчьей рысью помчался к нужному дому.
Теперь в нем никто не смог бы признать того бравого казачка, что устроил показательные выступления на приеме у графа Сумарокова. Елисей стал тенью, бесшумно скользившей по вечерним улицам столицы. Редкие прохожие не замечали его,
