"Фантастика 2024-146". Компиляция. Книги 1-24 - Антон Дмитриевич Емельянов
Но у Четвёртого был собственный ответ на моё предложение. И превородное пламя зажглось в его груди, чтобы обрушиться на меня.
Наши удары друг по другу разгоняли облака, вызывали бури и крушили горы. Боги и Тёмные на земле, попадая под отголоски этих атак, гибли сотнями и тысячами. Вылезшая так некстати тварь пустоты, получив по сокрушительному удару от каждого из нас, завопила и превратилась в дым, сбегая за грань, в свой уютный пустынный мирок, бросая здесь огромную тушу своего воплощения, что было сравнимо лишь с чёрной ожившей раковой опухолью и ничем иным.
— Ты не успел собрать свои силы! Не успел уничтожить всех тех, кто тебе доверял! И твоих запасов энергии недостаточно! Ты никогда не справишься со мной! Сколько ни оттягивай, а тебя, ошибку — ждёт лишь забвение, — кричал Чётвёртый, обрушивая на меня град атак, пока я пытался уворачиваться и максимально экономить свои силы.
За целый час, что мы тут сражались, я практически полностью опустошил свои собственные запасы энергии и очень скоро мне пришлось бы перейти на божественность. И восполнить её я больше не смогу… Только отнять, победив кого-нибудь.
— А я и не пытаюсь справиться с тобой. Я же не дурак. Ты и Система — одно целое. Твои запасы божественности, если ей понадобится, станут практически бесконечными…
— Тогда зачем? Почему ты сопротивляешься? Какой смысл, если ты обречён⁈
— Я не обречён. Я просто жду… — Я пропустил атаку и улетел на сотни километров, врезаясь в гору и погружаясь в камень. — Тьфу… ненавижу каменную крошку на зубах.
Я поднялся и отряхнулся, ощущая, как затухает моё первородное пламя. Всё, дальше сражаться мне с ним можно, только если на дефицитное топливо переходить…
— И чего же ты ждёшь? — Четвёртый оказался рядом и приставил пылающее первородным пламенем копьё к моей шее.
— Не «чего», а «кого», — ответил Лид, стоя за его спиной с бутыльком «тюрьмы душ» в своих руках.
Глава 24
— Всегда важно помнить свои корни. Ты вот их забыл, судя по всему. Но не переживай — я напомню тебе о них. И заодно передашь этой молчунье сообщение. — Я положил руку на шею Четвёртого, проходя сквозь первородное пламя.
Оно не сможет нанести мне вред, если моя рука сама будет окутана им. Лёгкое касание кожи Демиурга, и в его тело я запустил яд… Силу изнанки, что когда-то пожирала и меня, а я ей сопротивлялся. Мучался. Страдал. Пытался найти выход.
— Меня признали виновным. Меня оставили там подыхать, объявив, что отныне я на стороне Тёмных и враг Системы. А всё потому, что я пустил тьму в своё сердце. Пустил силу изнанки… Так ответь же мне, заменивший меня Демиург, насколько хватит твоих сил?
— Он застыл… — произнёс Первый, отряхиваясь от пыли.
— Он ушёл в Единение. Можешь сам проверить. Нужно время, и довольно много, даже по меркам единения с самим миром, чтобы унять боль и вновь вернуться в своё тело. Это выше физических нагрузок. Это что-то иное, вплетающееся в твою душу. Пожалуй, это наиболее точное описание. И само собой — душа сопротивляется этому инородному объекту, отторгает его. И страдает.
— Р-р-р. К-х-х-х-х-х. А-а-а… — выдал нечто нечленораздельное Демиург, не способный унять боль своей собственной силой эволюции, и вновь замолчал, отключившись.
— Так будет продолжаться долго… Пока он не «сдастся», либо пока я не решу прекратить его мучения. Но раз уж он слышит нас, надо закончить с передачей послания… Так вот. К слову, о корнях своих… На Земле, в её прошлом существовали викинги. Отважные воины, мореплаватели и захватчики. Они уплывали в поисках богатой добычи, ибо вырастить что-то на своей заснеженной земле им было довольно тяжело. Они искали воинскую славу. А ещё они были невероятно безответственными, в силу своего слабого уровня развития. Когда у них на родине происходил конфликт, бывало, случались убийства… Но как правило — провинившегося просто выселяли. Ему отказывали в еде, воде и даже ночлеге. Всё, что у них оставалось — это леса и природа, но и там еда могла довольно быстро закончиться. Да и всегда хватало тех, кто с радостью зарубит или подстрелит одиночку, чтобы забрать его щит, топор да сапоги. Для них больше не было места на Родине. А с приходом зимы и есть им было нечего… Зачастую такие вот одиночки сбивались в группы, чтобы выживать всем вместе. Иногда изгоняли из поселения целыми группами, наказывая за серьёзный проступок. И выход у таких воинов был лишь один — отправиться в другие земли. Они набирали побольше продуктов, садились на драккар и отправлялись прочь.
Четвёртый вновь очнулся и попытался что-то сказать, но лишь гримаса боли застыла на его лице на добрых пять секунд, пока он вновь не отступил.
— У них больше не было родного дома. Лишь водная гладь. Только вот одинокий корабль, или даже три-четыре корабля — это не та сила, с которой они могут приплыть на побережье другой страны и начать захватывать окрестные земли. Разорят пару деревень, а дальше — что? Куда им податься? Они не могут остаться, ведь скоро придёт войско и их маленькому отряду настанет конец. Вот так они и скитались от одного побережья к другому, от одной деревни к следующей, набирая побольше припасов, чтоб дальше вновь оседлать волны и последовать в неизвестность. Ведь где-то там тоже должны быть плодородные земли, что жаждут их разграбления? Частенько они погибали, отправляясь в такое вот плавание. Но… Не всегда. Порой они достигали нужных берегов, одиноких островов, где лишь тюлени да птицы резвились. Так им открылась Исландия. Так они доплыли до Гренландии. И ведь могли бы нормально жить уже там, но нет… Слишком жадная натура у них. Вырубили весь лес, из-за чего пришли в негодность земли,
