Ферма - Елена Федоровна Янук

Марина устало потерла закрытые глаза пальцами, как я поняла, ей тоже все это время было не до сна, но все же ответила:

— Упырь не упырь, — он не спит ночами. Я догадываюсь, в таком он никогда сам не признается, Георг отчего-то не может спать один.

— Потому в вездеходе он спал всю дорогу… — догадалась я. — Не думала, что сон для упыря так важен…

— Если где-то есть какой-то большой плюс, будет и большой минус. Слабость упырей при бессоннице — скрытая от разговоров тема, но я сталкиваюсь с этим не впервые. И дело не в коже его рук, у него внутренние повреждения которые плохо восстанавливаются.

— И что мне надо сделать? А это постепенно само не пройдет? — с надеждой спросила я. — Может ему лекарства для сна попить?

— Не знаю. Все может быть. Я тебе кое-что тебе оставлю.

— Ладно, что-нибудь придумаю, чтобы Георг высыпался… — вздохнула я, опуская голову. Нелепая ситуация. Что можно с этим сделать?! Мне остается заявиться к нему и сказать, что теперь я сплю рядом с ним? Дичь полная.

— Я на это надеюсь, — вздохнула она.

— А что будет с Казимиром, он окончательно отказался ехать?

— А… Этого я быстро приструню, не волнуйся, — отмахнулась Марина.

— Серьезно? Как? — Я на самом деле удивилась. Георг не смог. А Марина эту ситуацию даже серьезно не восприняла. — Милана очень волновалась.

Доктор рассмеялась:

— Ловкость рук и никакого мошенничества. Приструню, не волнуйся, здесь он не останется. — Она минуту помолчала, потом начала новую тему:

— Я оставлю тебе немного готовых препаратов, унеси их к себе. Ты помнишь, как пользоваться календулой?.. — Она принялась рассказывать о том, что от чего надо принимать, в каких дозах и с чем сочетать. Я слушала Марину, ловя себя на том, что мне очень-очень не хочется, чтобы она уезжала. Еще я чувствовала злость: если бы не эти жадные твари из элиты, мы могли бы спокойно жить на ферме еще долго-долго и хорошо.

После мы пообедали с Мариной и помощницами, а потом пошли к дому. Там Георг собрал людей, чтобы попрощаться. Тихо подошли к толпе и устроились с краю, около самого входа в господский дом.

Георг

— На корабль я никого силой гнать не буду, кто не желает спасаться, может оставаться здесь. — Я тяжело перевел дыхание. Всего лишь разговор, легкое усилие, а под легкой одеждой струится пот, и я чувствую себя разбитым. Главное, чтобы этого никто не понял.

Уже совсем стемнело, а мне еще многое надо сделать и все успеть до рассвета. Вроде все самое основное я уже сказал, теперь пришлось повторять:

— Но напоминаю, что почва в лесу почти просохла, скоро здесь будут гости. Я распущу охрану, а сам покину свое поместье…

Люди озадачено зашушукались, но самое отвратительное — их не пугала перспектива атаки на ферму, больше интересовали мои планы. Эффект жизни в ограниченном пространстве.

Нашел в толпе Красотку, она молча слушала меня, но по ее невозмутимому, я бы сказал, окаменевшему лицу ничего понять нельзя. Еще вчера ждал ее выходок, но она на удивление спокойно отреагировала на приказ начать собираться. Зная ее, я опасался, что это очередная хитрость. Но пока она вела себя адекватно.

— Итак, как я уже сказал, глава вашего поселения, Марина, решает все проблемы. А я… я обязательно навещу вас, чтобы проверить как идут дела. Может и не скоро, через год-два, но прибуду к вам и все проверю! — Я обвел людей твердым взглядом, предупреждая, что с моими предостережениями не стоит шутить.

Люди о чем-то заговорили, но ко мне пока никто не обращался. Я стоял и ждал вопросы. Тут ко мне подошла Марина и радостно сообщила о коробках, найденных у себя в каюте.

— Так откуда такая роскошь? Я вчера открыла ящик, а там такие препараты… мне даже не снилось такое богатство!

Я повернулся к Марине и весело ответил:

— Марина, женщины так брильянтам радуются, как ты таблеткам. Это подарок тебе от Иветы, она их для тебя нашла.

Наша доктор кокетливо улыбнулась.

— Брильянты вещь в лесу совершенно бесполезная. А вот антибиотики, гормональные препараты… Это да… Они бесценны. Дай я тебя расцелую…

— Не боишься, что и тебя в мои любовницы припишут? — весело отозвался я, притягивая ее к себе.

Она обняла меня в ответ, крепко прижав к себе.

Благосклонно улыбаясь, я отыскал глазами Ивету с краю толпы, но мгновенно разъярился, увидев, какой сальный взгляд послал ей Казимир.

Уже пришел в себя? Погасив мимолетное желание его придушить, вновь вернулся к разговору с Мариной.

— Не боишься, что слушать не будут?

Отодвинувшись, она рассмеялась:

— Кто же после твоих угроз против меня слово скажет? Им теперь просто смотреть мне в глаза страшно будет. Полновластная повелительница поселения, это тебе не мелочь какая! Вот кто бы только с меня это снял… — Она грустно вздохнула и разжала объятья. — Чувствую, будто иду на Голгофу… Если бы от власти получать хоть адреналин… — она криво улыбнулась. — Так нет, только вечная нервотрепка.

Я вновь повернулся к Марине и, чувствуя себя занудой, произнес:

— Адреналин? Зачем? Делегируй обязанности, чтобы самой все не тянуть. Раздавай тумаки лентяям, и не убивайся в заботах. В общем, береги себя! — Марина лениво кивнула. Потом, словно что-то вспомнив, отошла.

Мне тоже пора заканчивать с прощанием. В последний раз, обращаясь к народу, я сурово прибавил:

— Вы поняли? Чтобы выжить, нужна строгая дисциплина. Так что любое противление Марине, будет наказываться по законам чрезвычайного времени. Я уже отдал приказ.

Пока я говорил, Казимир вдруг пропал из пределов моей видимости. Ивета тоже. Я подал знак Михаилу, толковому парню, капитану судна и командиру отряда, который на суше полностью

подчинялся Марине. Он кивнул своим, и они отправились искать Казимира. Предупреждая подобное, я заранее приказал им следить за ним.

Ивета

Я рассматривала людей и заметила в толпе около двух десятков неизвестных мне парней, одетых в одинаковые меховые куртки, такие же штаны и обувь из коровьей кожи. Они с уважением слушали Георга, краем глаза рассматривали девушек. Наверно это та самая команда с судна, которую тренировал Корбан и, которая уже плавала к месту, куда они должны теперь доставить