Фантастика 2025-47 - Дмитрий Ясный
- Сколько же тут его – пораженно обвел погреб глазами разведчик, прикидывая размеры – целый бункер.
- Ну да, надо мной так и смеялись, бункер, говорили, рою. Если бомба упадет, так никакой бункер не поможет. Но они не были на станции, а я был. Словно с ума сошел после увиденного, начал обшивать стены свинцом, ну и еще кой чем. Когда небо в девяносто первом среди ночи заполыхало, кто в чем был так сюда и прибежал. Так и пересидели всем хутором, пока наверху грохотало и землю трясло. Думали, мир вверх дном перевернулся. Потом, когда все утихло, вылезли наружу, все вроде на местах стоит, дозиметр трещит, но пока терпимо. Потом глянули - вблизи хутора следы от БТРов остались, видать, приезжали за нами. Стали мы за головы хвататься, да потом перестали, когда пошли по следам и увидели что от них осталось. Осталось от них мало, словно кто в жернова бросил. Вот так оно и было. Первое время пробовали выбраться отсюда, кто помоложе и покрепче, да только все сгинули. Потому оставались здесь, спали прямо в погребе, одеял натаскали сверху, припасов. Так и жили, привыкали к аномалиям, к новой Зоне, а она привыкала к нам.
Ляда отъехала в сторону, и над люком показалось лицо Полины:
- У меня все готово, если вы закончили, то давайте к столу.
Гордеич весело подмигнул Вересу, взял из полки банку с огурцами, и пошел вверх по ступенькам.
Верес прикрыл глаза от солнца, и пошел вслед за ним, отметив про себя, что комбинезон Полина уже успела убрать.
Покончив с обедом, дед позвал Полину в другую комнату, а Верес, сидя на крыльце, безуспешно пытался растормошить спящий голем. Через некоторое время вышла Полина, и вид у нее был расстроенный:
- Дай анализатор.
- Вот – разведчик отцепил от пояса аптечку – что-то случилось?
- Не мне, деду.
Верес вошел комнатку, где лежа на постели согнулся в приступе кашля Гордеич, приложил анализатор к его плечу, и после того как аптечка ввела несколько уколов, взглянул на дисплей, хмыкнул и протянул Полине. Она посмотрела на экран, побледнела, а потом бессильно уронила голову, всматриваясь в уснувшего старика.
Разведчик вернулся на крыльцо и раскурил сигарету, возвращаясь к проблеме связи. Скрипнула дверь, но вместо девушки вышла Жучка, зевнула, равнодушно посмотрела на него безглазой мордой и, цокая острыми когтями, поплелась в бурьяны. Полина подошла так тихо, что разведчик даже вздрогнул от неожиданности, когда она села рядом и, не говоря ни слова, вытянула из пачки сигарету и закурила. Верес отрешенно смотрел, как на развесистом молодом клене переливаются крылья гигантской стрекозы, как едва заметно мерцает пятно «пятна», с многократно усиленной силой тяжести впрессовавшего кусты в землю и образовав почти идеально ровную окружность. Чуть далее вихрилась, примостившись на крыше соседнего полуразрушенного дома, слабенькая «спираль».
- Он заменил мне отца, заменил всех, подобрав бредущую в состоянии человеческого овоща, с трудом переставляющую ноги, пускающую слюни и выходил, вернул в человеческое обличие, не отходя ни на шаг. Мне повезло, а вот Федулов и Кириенко не выжили, их структуры не смогли перестроиться под воздействием резкой смены топологических констант. Через несколько дней они умерли в ужасных муках и бреду, он похоронил их там, в конце улочки. Ты спрашивал что такое «Проект», и какое я имею к нему отношение? «Проект» это глобальная программа противоракетного щита, созданного нами по заказу Минобороны на основе «суперструнных» технологий. Знаешь что такое «суперструны»?
- В общих чертах… колебания квантовых струн порождает частицы второго уровня - все известные нам частицы.
- Это если в двух словах. Принято считать, что квантовая механика и общая теория струн удел отвлеченной физики, мечтателей, грезящих о недостижимом, но то, о чем весь мир только мечтает – мы воплощаем в жизнь. На следующем витке военные воплощают это в смерть. Все очень просто и прозаично. Было бы лучше, если бы мир никогда не увидел общей теории поля, разработанной нашим соотечественником. Но случилось то, что случилось - кто-то увидел в теории ключ к неограниченной власти. Разумеется, во благо родины и всего прогрессивного человечества, все теми же методами. Не понятно почему «Проект» решили развернуть здесь, так близко к границе - возможно для того, что бы поле «сияния» было как можно ближе к западному фронту, как наиболее вероятному с точки зрения возможного нападения, но это только предположение. Настоящих причин не знает с никто, по крайней мере, из тех, кто был на три-экс. Секретность на объектах была высочайшая, даже наверху о них мало кто знал, и, если учесть, что сейчас вы знаете еще меньше чем я, рядовой физик-полевик, то и те малые клочки информации, просочившиеся вовне, были уничтожены.
Верес согласно кивнул, а Полина выбросила окурок в бурьян, обняла колени и продолжила:
- В «Проект» я попала случайно. Откуда же я могла тогда знать, наивная молодая дура, свято верящая во вдолбленные нам идеалы родины и коммунизма, что каждый, мало-мальски выделяющийся из усредненной серой толпы, находится под пристальным наблюдением спецслужб. Едва я успела защитить диссертацию у Шумана, как за мной пришли.
- Ты защищалась у Евгения Петровича? – удивленно вскинул бровь Верес.
- Да, у него. Ты что, его знаешь? Хотя, после катастрофы, понятное дело что знаешь. В общем, за мной пришли, и так я попала в зону. Тут еще не было никакой зоны, стройка была почти завершена, «глушилки», сбивающие шпионские спутники с толку и скрывающие нас как под покрывалом, работали денно и нощно, а потом, когда военные взялись соединение подземных коммуникаций, отключили за ненадобностью. Я не экономист, но и так было ясно, что в «Проект» вбухивали огромные суммы и ждали, что он себя оправдает. Перед нами поставили прямую и конкретную задачу - разработать поле, которое служило бы как противоядерный щит от ракет противника. Если учесть, что созданное поле должно было накрывать всю страну, то
