"Фантастика 2025-28". Компиляция. Книги 1-19 - Дмитрий Шатров

– Прошу вас! – сказал он тогда и сделал свободной рукой гостеприимный жест. – Входите, осваивайтесь!

И она вошла. Вошла и чуть не захлопала в ладоши от радости, как маленькая девочка. Потому что это была именно такая квартира, о которой она мечтала. Однокомнатная, но просторная, со свежим ремонтом и светлыми стенами. Даже мебель в ней была светлая, а шторы веселенькие васильковые, совсем как галстук Никопольского. Но больше всего Марфу поразила кухня. Огромная, светлая, оборудованная по последнему слову техники. Марфа замерла у плиты, с восторгом погладила черную панель и тут же испугалась, что останутся следы от пальцев. А кроме плиты на этой кухне было еще множество удивительных и полезных вещей. И огромный двухдверный холодильник, под завязку набитый всякой всячиной.

– Это ваше рабочее место. – Никопольский заглянул поверх ее плеча в холодильник. – И продукты на первое время, пока вы не освоитесь и не разберетесь, что здесь к чему. Мой клиент неприхотлив, но питаться предпочитает вкусной и здоровой пищей. Можно без особых изысков.

Да как же можно без изысков, когда такая кухня! Когда шкаф духовой – давняя Марфина мечта. Когда посуда – загляденье. Явно не наша, возможно, даже немецкая. Сковородку в руки взять – сплошное удовольствие, такая она тяжеленькая, такое у нее дно толстенькое. И кастрюли разнокалиберные, и сотейники, и все-все!

От избытка чувств Марфа снова чуть не расплакалась, плюхнулась на табурет у окна, прижала ладони к пылающим щекам.

– Это на текущие расходы. – Никопольский положил на стол внушительную пачку денег. – На первое время. И мои контакты. – Рядом с пачкой легла нарядная визитка. – Если возникнут вопросы, звоните, не стесняйтесь. И еще, – он деликатно кашлянул, – мой клиент просил узнать, когда вы можете приступить к работе?

– Да вот прямо сегодня! – Марфа встрепенулась. – Сейчас освоюсь, с техникой разберусь, и все.

– Сегодня отдыхайте. Вы как-никак с дороги. А завтра приступайте.

– На сколько человек готовить? – спросила она деловито. Про работу ей говорить было легко. Особенно про любимую работу.

– Ориентировочно на троих. Но лучше с небольшим запасом. Просто на всякий случай. Набор стандартный: завтрак, обед и ужин.

– А десерт? – спросила Марфа с надеждой. – Десерт ведь нужен?

Никопольский глянул на нее каким-то странным, удивленным взглядом, а потом неожиданно улыбнулся:

– Конечно, Марфа! И непременно десерт!

Вот так и началась ее новая счастливая жизнь! Тяжело и непривычно было только первую неделю, пока все кругом казалось незнакомым и чужим. А потом Марфа освоилась, изучила маршруты, обошла все ближайшие магазины, заглянула на продовольственный рынок, составила списки, где что можно взять покачественнее и подешевле. Никопольский просил не экономить, но что ж она будет за хозяйка такая, если станет покупать всякую ерунду задорого?!

И новая квартира приняла ее как родную, особенно кухня. С бытовой техникой Марфа разобралась неожиданно быстро, просидела пару часов над инструкциями – и все дела! Зато какая чудесная это была техника! Готовить с ней одно удовольствие!

На кухне Марфа проводила большую часть своего времени. Работала иногда под тихое бормотание телевизора, иногда под мурлыканье приемника, а иногда и под аккомпанемент собственного голоса. Голос у нее был красивый, и песен она знала почти столько же, сколько и рецептов.

Егор, водитель Никопольского, заезжал к Марфе один раз в день. Забирал свежеприготовленную, аккуратно разложенную по контейнерам и судочкам еду, иногда привозил кое-какие продукты, оставлял деньги. Денег Марфе на все хватало, и первое время она пыталась отказываться, но Егор в ответ на ее возражения лишь пожимал широкими плечами и говорил, что приказы шефа не обсуждаются. К нему Марфа тоже быстро привыкла. Точно так же, как он привык к ее стряпне и ставшей традиционной чашке чая с тортиком. Наладилась жизнь. Ей-богу, наладилась!

Марфа так и думала, что жизнь ее уже почти наладилась, когда вечером возвращалась с продуктами из магазина. Егор предлагал свою помощь, но она отказалась. Зачем отвлекать человека от работы, когда ей и самой не в тягость? Она шла по парковой аллейке вдоль пруда с жирными, ленивыми утками, несла пакеты с провизией и размышляла над будущим меню. Меню она продумывала на неделю вперед, чтобы было проще закупаться продуктами, чтобы была система и порядок. Наверное, сильно задумалась, оттого и не заметила, как налетела на встречного прохожего. Врезалась так сильно, что аж пакет на землю упал. Плохо, когда продукты на земле, непорядок.

– Ой, простите, ради бога! – Она торопливо запихивала обратно в пакет высыпавшиеся груши. Вот сейчас запихнет и извинится по-человечески.

– Ничего-ничего! Позвольте, я вам помогу!

А голос-то знакомый. До боли знакомый…

Распрямлялась Марфа медленно, все никак не решалась посмотреть человеку в глаза, все надеялась, что ошиблась.

Не ошиблась. Перед ней, довольный и сияющий, как медный пятак, стоял ее Мишаня. Или как там его на самом деле звать?

А он ее сразу не признал. Может, из-за надвигающихся сумерек, а может, просто не ожидал встретить старую знакомую, без пяти минут жену, в другом городе.

– Да ты мне однажды уже помог. – Злость накатила мутной волной. Злость и обида. – Так помог, что вспоминать страшно. Ну как, Мишенька, порешал ты свои нерешаемые проблемы? – Ногти впились в кожуру груши, и по пальцам потек липкий сок. А хотелось, чтобы Мишанина кровь. Оказывается, сильна обида, и раны до сих пор кровоточат.

– Марфуша?.. – Вот он ее и узнал. Узнал, но сразу не поверил своим глазам. Даже поморгал, чтобы лучше видеть. А потом расплылся в неискренней, мерзкой какой-то улыбочке. – Какая приятная неожиданность! Иди сюда, моя Марфушенька!

И руки раскинул, словно бы хотел Марфу обнять. Вот только не обнял, а ударил. Со всей силы врезал кулаком прямо в нос, а потом бросился прочь. А она от неожиданности даже боли не почувствовала, только металлический привкус крови во рту. Второй раз этот подонок выбил у нее почву из-под ног. Теперь уже в буквальном смысле. Сволочь!

Она так и закричала – сволочь! И, не обращая внимания на хлещущую из носа кровь, ринулась вслед за Мишаней. Если бы не полная сумка, то бежала бы быстрее, а так… Как получалось, так и бежала, но Мишаню из виду не упускала. Он петлял зайцем между старых деревьев, спина его, обтянутая льняным пижонским пиджаком, то исчезала в сумраке, то снова появлялась. Мишаня бежал прочь от аллеи, к пруду, Марфа – за ним следом. Думать в этот момент она ни о чем не могла, просто знала, что обязана его догнать, высказать все, что накипело, может быть, даже по морде наглой врезать. Но сначала догнать…

Мишаня исчез внезапно. Только что