Рыцарь Резервации. Том IV - Александр Артемов
Вдруг сверху появился силуэт, и я поднял глаза. На мосту, прямо надо мной, стояла Метта-1.
— Илья, — сказала она холодным голосом. — Тебе придется ее бросить.
— Что⁈
Лицо Метты было скорбным, но решительным. Опустившись на колени, она проговорила:
— Двести лет, Илья. Двести лет работы — и все ради этого мига. Прости, но одной жизни они не стоят!
Я заскрипел зубами. Рыча, принялся подтягиваться. Изо всех сил.
Лицо Метты было бледным. Глаза были холодны.
— Ты не сможешь, — покачала она головой, — а только зря…
— Илья! — закричала Аки, барахтаясь над пропастью. К ней уже подбирались первые монстры. У них по пятам карабкалась пара еще живых Ходоков, но их было слишком мало. — Отпусти! Разожми пальцы! Я…
— Нет! Ни за что!
Еще рывок, и по руке прошлась волна боли. Опять… Сука, опять!
— Илья, нет времени! Тебе ПРИДЕТСЯ отпустить ее! — крикнула Метта, и вдруг вокруг нее возникли еще десятки таких, как она. Их лица тоже были белее мела. Они все закричали: — Или мы все умрем!
Чувствуя, как и жучьи воплощения во мне дрожат от страха, я мотнул головой. Должен быть другой выход.
Снова попытался дернуться, но руки уже онемели. Опять выстрел — и пуля озверевшей осой пролетела у меня над ухом.
— Илья, я люблю тебя, — сказала Аки, улыбнувшись. По ее виску скатилась струйка крови. — Доверься мне. Один вариант, у нас есть… Отпусти!
Я опешил. Доверься и брось в пропасть? Она что, издевается⁈
Смотреть в глаза Аки было жутко. Кажись, она совсем не боялась смерти. Как и тогда, в Зеленом секторе, когда ее жизнь висела на волоске.
Внизу блеснул красный огонек лазера — один из юдочудов выцеливал нас своей «пушкой». Мятущаяся точка мелькнула у Аки на виске.
— Нет, — проговорил я. — Никогда.
И тут вслед выстрелу мимо промелькнула пуля. Звонкий удар о стену Цитадели заставил меня едва не разжать пальцы.
— Илья, я серьезно, — торопливо проговорила Аки. Опять точка у нее на голове. — Один вариант.
На глазах начали наворачиваться слезы.
— Что ты гово…
— Один вариант! Отпусти, и тогда… ОПУСТИ!!! НЕМЕДЛЕННО!
Время застыло. У меня была секунда. Решиться было почти невозможно. Это же Аки.
Та самая странная японская девчонка в теплушке, постоянно попадающая в неприятности из-за своего разреза глаз. Та самая дурочка, что решила «прокатиться» в багажнике ШИИРовского броневика и из-за которой мы провели незабываемую ночь в тюрьме. Та самая Аки, что ринулась «спасать» меня в усадьбу и угодившая в ловушку Вен. Та самая, что в свои годы даже не умеет краситься.
Это же Аки, что ни разу в жизни не целовалась и совсем не умеет готовить. Та самая скромница, одинокая, наивная, немного нелепая, вечно лишняя японская девочка посреди враждебной к ней Империи. Та самая, что способна признаться в любви лишь на волосок от смерти. И при этом жутко опасная машина смерти, видящая кучу «вариантов» собственной смерти. И лишь один выход…
Один шанс. Один — и он на дне пропасти, заполненной смертельно опасными машинами⁈
Врушка. Чушь. Или нет?.. И мне все же стоит «довериться» ей?
Это же Аки. Опять из-за своей глупой влюбленности решила пожертвовать своей жизнью.
Зараза… Если она лжет, образ влюбленной в меня девочки, решившей ради меня отдаться в лапы нескольких тысяч тварей, будет преследовать меня до самой смерти…
Я поднял глаза. И увидел Метту.
Нет, совсем не Метту, а некую чужую сущность, что всегда пряталась за маской моей Метты. И она тоже хотела, чтобы я отпустил Аки.
Выбрал между ними обоими.
Секунда истекла. Решиться было почти невозможно.
…Почти.
Я разжал пальцы. Следом громыхнул третий выстрел.
На мгновение Аки зависла в воздухе, а затем начала падать. Глаза неотрывно смотрели на меня.
На одного меня.
Бах! Пуля вновь пролетела мимо — чуть выше ее головы.
Следом воздух разорвался громом, и Аки буквально смело прочь. В следующий миг она превратилась в точку — и ее унесло в небо. Взмах черных крыльев, и они скрылись за толщей Цитадели.
Я моргнул. Существо, подхватившее Аки на лету, была Рух.
Секунда недоумения сменилась вспышкой злости. На себя, сука!
На мосту я оказался за один рывок, и едва не рухнул за край, так меня шатало. Чувство было такое, будто меня несколько часов прокручивали в выжималке для белья.
— Илья, ты… — заикнулась Метта, но я прорычал:
— Потом поговорим!
Накрепко закрытые ворота были передо мной, и они явно не торопились открываться.
Вытащив меч, я активировал клинок на полную длину, и в этот момент до меня добрались твари. Схватка была скоротечна — за несколько горячих секунд мне удалось обезглавить троих, пока ко мне не забрались Ходоки. Они сразу же принялись сталкивать тварей в пропасть.
Я скакнул к двери и, вонзив клинок по рукоять, начал вырезать для себя проход. Искры посыпались к ногам, материал был куда менее уступчив, чем в банке. Мало-помалу он поддавался.
Сзади меня все гремела драка. Надолго Ходоков не хватило, и, пропустив несколько ударов, они полетели вниз, оплетенные тварями. Рванули ярко, но увы — все бесполезно. По мосту застучали ноги преследователей.
Вырезав больше половины «двери», я обернулся. Твари вновь карабкались ко мне, не успеть…
Вдруг рядом взвыл ветер, и на пути у монстров появилась фигура в плаще и шляпе. Странник.
Оглянувшись, она снял очки и улыбнулся.
— Возможно, лишь ради этого мига я и прожил целых пятьсот лет…
И в следующий миг он рассеялся — на тысячи и тысячи жучков, точно таких же из которых состояла и моя жучья рука. Все они ринулись в бой, на мост уже взбирались сотни юдо-чудов.
Наконец, линия «двери» замкнулась. Ударив ее плечом, я вывалился с той стороны и, не оглядываясь, кинулся вперед.
И в этот самый момент прогремел взрыв. Стена дыма, пепла и пламени ударили меня в спину, и еще несколько метров я пролетел по воздуху. Рухнув на пол, прокатился до самой стены. Все помещение заволокло черным.
Откашлявшись, поднялся на ноги — снаружи брезжил свет, взрыв оказался такой силы, что от тварей не осталось и следа. По крайней мере, от их крайней волны. Двери, правда, тоже вынесло внутрь.
Нужно было убираться.
Помещение представляло собой почти такой же холл, который я запомнил еще в ШИИРе, но мрачный, пустынный и необитаемый, казалось, века… Если эта Цитадель вообще строилась для того, чтобы в ней хоть кто-то обитал.
Бегло оглянувшись, я
