Весь Эдгар Берроуз в одном томе - Эдгар Райс Берроуз

— Ты говоришь так складно, Фульвус Фупус, — сказал император, — что впору подумать, что ты сам являешься главой заговора или, по крайней мере, соучастником.

— Блестящая интуиция цезаря на сей раз его подвела, — сказал Фупус.

На его побледневших губах появилась натянутая улыбка.

— Посмотрим, — сухо бросил Валидус. Обратившись к одному из офицеров, император скомандовал:

— Немедленно арестовать Септимуса Фавония, Маллиуса Лепуса и чужеземца.

Едва он закончил фразу, как снова подошёл камергер.

— Септимус Фавоний просит аудиенции, — объявил он. — С ним Маллиус Лепус и какой-то незнакомец.

— Проси, — молвил Валидус, а офицеру, получившему приказ, сказал: — Подожди здесь. Посмотрим, с чем пожаловал Септимус Фавоний.

Минуту спустя троица приблизилась к императору. Фавоний и Лепус приветствовали Валидуса, после чего императору представили фон Харбена как вождя варваров Германии.

— Наслышаны, — обронил Валидус с насмешливой улыбкой.

Фавоний и Лепус метнули взгляд на Фупуса.

— Почему мне немедленно не сообщили о его задержании?

— Я собирался, но только позже, — ответил молодой офицер. — Сперва нужно было его отмыть и переодеть в приличное платье.

— Мог бы сразу привести сюда, — сказал Валидус. — В Каструм Маре пока ещё есть тюрьма для пленников из Кастра Сангвинариуса.

— Он не из Кастра Сангвинариуса, — возразил Септимус Фавоний.

— Откуда ты пришёл и что здесь делаешь? — спросил Валидус, обращаясь к фон Харбену.

— Я пришёл из страны, именуемой вашими историками Германией, — ответил Эрих.

— И выучил наш язык в Германии? — с иронией спросил Валидус.

— Да, — ответил фон Харбен.

— А в Кастра Сангвинариусе никогда не был?

— Никогда.

— А в Риме, конечно, бывал? Валидус засмеялся.

— Да, много раз.

— И кто нынче император?

— Никто. В Риме давно нет императоров, — ответил фон Харбен.

— Как это нет? — воскликнул Валидус. — Если ты не шпион из Кастра Сангвинариуса, то явно сумасшедший. А, может, и то, и другое, ибо только сумасшедший может вообразить, что я поверю этой нелепице. Нет императора! Абсурд!

— Императора нет потому, что больше нет Римской империи, — пояснил фон Харбен. — Маллиус Лепус говорил мне, что твоя страна не общалась с внешним миром вот уже тысячу восемьсот лет. Многое могло произойти за такой долгий срок, и многое действительно произошло. Рим пал более тысячи лет тому назад. Латынь стала мёртвым языком, известным лишь священникам и ученым. Варвары Германии, Галлии и Британии создали империи и цивилизации гораздо более могущественные. Рим же нынче — просто город в Италии.

Маллиус Лепус просиял от восторга.

— Я же говорил, что он тебе понравится, — шепнул он Фавонию. — Вот бы он ещё рассказал Валидусу про носилки, которые движутся со скоростью пятьдесят тысяч шагов в час!

Фон Харбен говорил и держался так, что невольно внушал доверие, в итоге даже мнительный Валидус поверил явно несуразному рассказу пришельца и стал засыпать его вопросами.

Наконец император повернулся к Фульвусу Фупусу.

— На каком основании ты обвиняешь этого человека в том, что он шпион из Кастра Сангвинариуса? — грозно спросил он.

— Откуда же ему ещё быть? — слабо возразил Фульвус Фупус. — Раз он не из Каструм Маре, то, значит, из Кастра Сангвинариуса.

— Выходит, у тебя нет никаких доказательств обвинения?

Фупус растерялся.

— Ступай! — раздражённо приказал Валидус. — Тобой я займусь позже.

Униженный и подавленный Фупус поплелся прочь, бросив напоследок недобрый, не предвещавший ничего хорошего взгляд на Фавония, Лепуса и Эриха.

После ухода Фупуса Валидус долго глядел на фон Харбена, словно пытаясь проникнуть в душу стоявшего перед ним чужеземца.

— Нет императора… — задумчиво произнёс он. — В те далёкие времена Сангвинариус не ужился с императором и увёл своё войско в Египет. Это было за шесть дней до календы февраля 848-го года Города, на второй год правления императора Нервы. С того дня ни они, ни их потомки не получали никаких известий из Рима.

Фон Харбен напряг свою энциклопедическую память.

— За шесть дней до календы февраля, — повторил он, — на второй год правления Нервы. Но ведь 27 января 98 года нашей эры — это дата смерти Нервы, то есть прошло меньше года.

— Ах, если бы Сангвинариус знал об этом! — воскликнул Валидус. — Но Египет далеко от Рима, а Сангвинариус находился на юге, у истоков Нила. Кто стал императором после Нервы? Не знаешь?

— Траян, — ответил фон Харбен.

— Откуда ты так хорошо знаешь историю Рима, варвар? — поинтересовался Валидус.

— Это моя специальность, — ответил фон Харбен.

— А ты смог бы письменно изложить то, что произошло после смерти Нервы?

— Если покопаться в памяти, то смогу, — ответил фон Харбен, — но это займет время.

— У тебя его будет достаточно, — изрёк Валидус.

— Но я не предполагал задерживаться здесь надолго, — возразил Эрих.

— Придётся задержаться, — сказал Валидус. — Ты напишешь также историю правления Валидуса Августа, императора Востока.

— Но…

— Никаких но! — оборвал его Валидус. — Это приказ цезаря.

Фон Харбен пожал плечами и улыбнулся.

До этого момента Рим и цезари казались ему ничем иным как заплесневелым пергаментом и изъеденными временем надписями, высеченными на разрушенных камнях.

Наконец-то ему довелось лицезреть самого настоящего цезаря!

— Пойдём, — сказал Валидус. — Я отведу