Фантастика 2025-75 - Андрей Буряк
Разворачивается и шагает прочь, туда, откуда только что пришел. Тупо смотрю на предложенную еду, несколько раз моргаю, словно ожидая, что она пропадет. Догоняю его, продолжая вертеть фрукт в руках. Позже поем, сейчас мне нужно, чтобы рот был свободен для разговоров.
– Почему твое прикосновение меня не убило? – задаю первый вопрос.
– Видишь этот браслет? – он поднимает вверх правую руку, в которой по-прежнему сжимает маску. Я замечаю черный браслет из металла и киваю. – Это специальный сплав, способный подавлять нашу силу. Но совсем убрать ее он не может, поэтому прикосновения Жнеца очень болезненные. А без подавителя и вовсе смертельные.
– Это должно быть ужасно. – не подумав, брякаю я, о чем тут же жалею.
– О чем ты? – с непониманием спрашивает он, чуть скосив взгляд в мою сторону, но продолжает продвигаться вперед.
– Ну, я про одиночество. – поясняю свою мысль. – Вы ведь не можете ни к кому нормально прикасаться, а значит обречены всегда быть одни.
– Это не так. Ну, то есть, в основном, конечно, так, но мы можем прикасаться к себе подобным, наша сила не работает против таких же, как мы.
– Ладно. – он меня совсем не убедил. Насколько я знаю, большинство Жнецов – мужчины. – Второй вопрос. Почему ты мне помогаешь?
Он вздыхает. По нему видно, что он не хочет отвечать на этот вопрос. Пауза растягивается на несколько минут.
– Я помню себя добровольцем, память об этом еще слишком свежа. – наконец говорит он. – Мне никто не помогал. И хотя я с огромным трудом сумел дойти до финала Испытания, я не смог победить. Нахождение в Спирали – это самое ужасное, что было в моей жизни. А теперь я снова обязан был вернуться сюда. Поэтому как можно быстрее хочу выбраться отсюда, а без тебя я не могу этого сделать. Поэтому и помогаю.
Звучит, конечно, логично, но мне кажется, что это еще не все.
– Тебя ведь никто не заставлял возвращаться сюда.
– Ты ошибаешься. Существует правило, согласно которому все добровольцы не сумевшие победить в Испытании и ставшие Жнецами, обязаны вернуться в Спираль в следующем сезоне.
Недолго перевариваю услышанное.
– То есть, ты стал Жнецом два года назад?
Он кивает.
Получается, он мог знать моего отца? Надо спросить об этом, но я почему-то никак не могу решиться. Вместо этого говорю:
– Если тебе настолько ненавистно нахождение здесь, то почему бы не поспособствовать моей смерти? Так ты сможешь выбраться отсюда гораздо быстрее, чем если будешь идти со мной до конца.
Он с недоверием смотрит на меня.
– Нам запрещено убивать добровольцев.
– А откуда они узнают, что это ты меня убил? – что я вообще несу? Предлагаю Жнецу убить меня. Какая-то дичь.
– Если человек умирает от рук Жнеца, это всегда видно. – терпеливо поясняет он.
– Но можно же не убивать ударом тока! – гну свою линию я. – Можно было дать мне свалиться с обрыва и свернуть себе шею, например. Или не спасать от паучьей твари.
– Понимаешь, – медленно и с расстановкой говорит он. – Существует еще одно правило. Если Жнец доходит до финала и его подопечный побеждает, то он может потом никогда больше не возвращаться в Спираль и выбрать постоянное место работы, например, в какой-нибудь тихом и спокойном месте.
– Постой. Ты сказал, что вы обязаны вернуться в следующем сезоне, но зачем возвращаться еще и потом?
– Потому что Жнецов-новичков слишком мало и их не хватает на всех добровольцев.
Некоторое время мы молчим.
– А если вдруг что-то случится с Жнецом, то как быть добровольцу? Оставаться на месте, или идти вперед? – задумчиво потирая уголок глаза, спрашиваю я.
Он тихо усмехается.
– На самом деле известно всего два подобных случая. В первом, Жнец оступился и упал со скалы в Горных отрогах. На смену ему прислали другого. А во втором произошло недоразумение. В самом начале Испытания Жнец не убедился в смерти добровольца и ушел. Но участник не умер, хотя его и посчитали мертвым. А теперь представь, каково было удивление организаторов, когда он дошел до центра живым и почти невредимым.
Невероятно. Получается, он прошел весь этот ад один.
– И что с ним случилось? Он победил? – с любопытством спрашиваю я.
– Нет, он в итоге стал Жнецом.
Тяжело вздыхаю. Пройти весь путь в одиночку, чтобы стать Жнецом… Хотя, я его понимаю, он выбрал жизнь, не зря же прилагал для этого столько усилий.
– А тот Жнец, который упал со скалы, он…
– Чудом выжил, – отвечает собеседник.
Заинтересованно смотрю на него.
– А если бы его доброволец победил, то кого из двух Жнецов освободили бы от обязанностей возвращаться в Спираль? Того, который шел с ним в самом начале, но не дошел, или того, который дошел с ним до финала?
Некоторое время он молчит, задумчиво потирая подбородок.
– Точно не скажу, но скорее всего в правилах прописано и это, просто я так далеко не забирался.
Устанавливается уютное молчание, во время которого миллиард вопросов роится в моей голове, и я наконец решаюсь задать один из них.
– Как ты стал Жнецом?
– Два года назад я дошел до центра, но не победил. Мне предложили попробовать стать таким, или умереть. Естественно, я выбрал жизнь.
Жуть какая. Хотя Лютер предупреждал нас с самого начала, для девушек шанс выжить только один – победа.
– Я спрашивала не об этом. – он вопросительно приподнимает брови, и я поясняю. – Процедура обращения, она…
– Ты не хочешь этого знать! – отрезает он.
Ладно, попробую расспросить его чуть позже, а пока спрошу о чем-нибудь другом. Но он обрывает мои планы.
– На этом пока достаточно. Мне нужно надеть свою маску обратно.
– Но почему? Ты видишь кого-то из участников? – начинаю озираться по сторонам.
– Нет. Но около часа назад я видел дрон, а это значит, что новый будет здесь с минуты на минуту. На нем установлена камера, а меня, как ты понимаешь, не должны видеть без маски.
– Что еще за дрон? – хмуро спрашиваю я.
Мы отлично общались, и я не хочу прерывать этого разговор так скоро.
– Мы видели вчера несколько. Он
