Фантастика 2025-64 - Сергей Александрович Богдашов
Слишком уж это по-стариковски… А я же молодой! Только жить начинаю!
— Хотя нет. Если разобраться, я уже столько успел пережить и начудить, что иному человеку на три жизни хватит, — почесав в затылке, чистосердечно вынужден был я признать перед самим собой.
— И что мне с тобой делать? — спросил я у пленника, когда закончил со своим внутренним самоанализом, — Понять и простить?
Эх, не прошла шутка! Судя по тому, как парень вскинулся и закивал головой, можно понять, что именно этот вариант его полностью устраивает.
— Тогда назови мне хотя бы пару причин, над которыми я могу подумать, чтобы оставить тебя в живых?
Завис. Надеюсь — он думает и это не тот безнадёжный ступор, в итоге которого он ничего не скажет.
— Мой отец будет вам благодарен, — наконец рожает он, старательно отводя глаза.
— И кто же у нас отец? — равнодушно поинтересовался я, вытащив из ножен небольшой кинжал, кончиком которого начал чистить ногти, что заставило пленника, с кандалами — нейтрализаторами на руках, заметно нервничать.
— Генерал — интендант Южного округа, барон Касьянж, — с трудом выдавил он из себя, спустя добрую минуту.
О как! Сколько удивительного в столь коротком сообщении!
Для начала — генерал — интендант!
Как я понимаю — это птица далеко не местного полёта.
Этакая крупная перелётная дичь столичного масштаба. Недаром я его ни на одном городском празднестве не заметил.
Видимо, не снисходит Их Превосходительство до общения с провинциалами. И даже не удивлюсь, если выяснится, что он какой-нибудь собственный телепорт имеет, предпочитая наведываться на службу время от времени, а проживать и веселиться изволит в столице.
И сдаётся мне, что в Южном военном округе этому интенданту далеко не все рады.
К примеру — тот же папаша моей подружки Арвен, который отчего-то сильно задерживается с ответом на моё предложение про захват порта Ярви.
— Этого к нам в подвал! В отделение Инквизиции, — скомандовал я, указав своим воякам на генеральского сынка, — Второй мне без надобности, — списал я убивца с арбалетом, на счету которого были десятки исполненных заказов.
Погранцы понятливо кивнули и потащили второе туловище к краю скалы. Так, качнув тело три раза, они синхронно хекнули, отпуская киллера в свободный полёт. Высота скал здесь метров двадцать пять — тридцать, а внизу крупные камни.
— Черепушка вдребезги, — доложил мне старший, отчего моего второго пленника затрясло, — Остальное море растащит и крабы съедят.
— Надо бы и тебя туда же, — показательно задумался я, стоя над этим сынком интенданта, — Но так и быть. Живи пока. Просто помни — надумаешь мне хоть слово соврать, и смерть твоего кореша покажется тебе всего лишь лёгким отпущением грехов. Понял!
Судя по его мокрым штанам и судорожным кивкам, точно понял.
Млин млинский! Опять я бесконтрольно Волну Страха пустил, ладно хоть сфокусировал, так как моих бойцов вроде бы не сильно задело.
Итак, что мы имеем? А имеем мы сынка генерал — интенданта, который подписался на заказное убийство Инквизитора, за что, как всем известно, Инквизиция имеет право вырезать весь их Род.
Что мне это даёт? Если честно — почти ничего, кроме внутреннего удовлетворения.
Зато, если посмотреть на этот случай с точки зрения военачальника, командующего Южным военным округом, и суметь догадаться, что интенданта ему спустили свыше, то возникает масса интересных вариантов.
Бартер же никто не отменял? Я ему интенданта — парашютиста на блюдечке выдам, а он мне нужное количество вояк для захвата порта Ярви. Всё по-честному.
Парашютиста в том смысле, что этот генерал — интендант наверняка спущен ему сверху, и скорей всего, в приказном порядке.
Вариант? А вот фиг его знает. В игры столь высокого уровня доступа я ещё ни разу не играл. Надеюсь, за первую попытку мне никто не свернёт буйну головушку…
Письмо местному военачальнику я отправил с одним из своих десятников. Напомнил, чтобы он ответа дождался.
Если коротко, то в письме была моё настоятельное требование, завуалированное, как просьба о срочной встрече, необходимая для координации в работе двух наших служб — армии и Инквизиции, изложенная довольно коротко и сухо.
Правда, место для встречи я предложил вполне себе нейтральное — кабинет в самом пафосном ресторане Белговорта.
Во! Пусть оценит мой такт. Так-то я и вызвать его мог к себе, в Инквизицию, и пофиг мне на его звание. Перед Инквизицией все равны.
— Лэр Ронси, чем обязан такому вниманию ко мне? — появился в дверях граф Дитер Когни, отец Арвен и главный военачальник во всём Белговорте, всем своим видом демонстрируя недовольство.
— Присаживайтесь. Сейчас я задействую Полог Тишины, и поговорим, — не менее холодно отозвался я в ответ.
Это сбило боевой настрой генерала, и он, немного подумав, вытащил свой артефакт, того же назначения, что и мой, уже выставленный на стол.
Я лишь усмехнулся и кивнул — взаимное недоверие… А почему бы и нет. Недолюбливают нас, инквизиторов, ни армейцы, ни моряки.
— Дополнительно заказать ничего не хотите? — обвёл я накрытый стол пальцем.
— Думаю, для небольшого разговора вполне достаточно, — оценил Дитер стол с вином и лёгкими закусками.
— Тогда начну с главного. Силами Инквизиции было предотвращено преступление — попытка покушения на инквизитора, то есть, меня. Но это мелочь. Заказчиком покушения оказался шпион республиканцев — и это уже серьёзный звоночек. Как выяснилось, причиной интереса республиканцев к моей персоне была вовсе не служба в Инквизиции, и даже ни то, что я полномочный посол Империи, а рейды моей баркентины «Морская звезда» к пиратскому архипелагу. За это время нами было вдребезги разгромлено два морских порта, порушено немного менее значимых, потоплено больше дюжины пиратских лоханок, а заодно под замес попали два амарских брига, на борту которых находилась парочка Великих магов. Каких-то там адмиралов их флота. Их имена позже скажу, если нужно.
О, как графа-то проняло. Аж рот раскрыл, собираясь засыпать меня градом вопросов, но я лишь поднял палец, останавливая его, а потом жестом предложил ему наливать.
Налил. Себе и мне.
— А вот теперь самое интересное, — покатав вино на языке и признав его пригодным, сделал я уже полноценный глоток, старательно затягивая театральную паузу. — Среди задержанных исполнителей, которые должны были меня убивать, оказался сын
