Фантастика 2026-79 - Валерия Рашитовна Шаталова
Во время приёма пищи Ская периодически улыбалась и причина тому заключалась не только в ночной разминке. Вернувшись вчера после успешной миссии по зачистке базы имперцев, мы поговорили, обсудив изменение наших отношений. Имею в виду, с дружбы на постель. Недопонимания были признаны несущественными, а каждый вопрос нашёл свой ответ. Теперь, в каком-то роде, мы официальная парочка и я не вижу никого, кто был бы возмущён подобным «нарушением» правил. Может, проблемы и возникнут, но точно не сейчас.
Еда, которую привезли из Сауды, казалась не то чтобы удивительно вкусной, но очень разнообразной. За последнее время я привык (и возненавидел) к солонине и сухому хлебу — типичным солдатским пайкам, размер которых стремительно сокращался. Изредка удавалось найти что-то самому, но это не играло ключевой роли. Голодный, однообразный и не слишком сытный паёк легко мог вызвать не только проблемы с желудком, но и всем организмом. Приходилось регулярно следить за собой, на практике применяя целительские навыки.
Сейчас, когда повара предоставили полноценную смену очень объёмных блюд, включая свежие овощи и даже суп, каждый из солдат наедался, будто не в себя.
По залу, среди трапезничающих людей, гуляли слухи, будто командование решило устроить контратаку, выводя людей за стены, что казалось мне абсурдом. У Империи по меньшей мере двести тысяч воинов, не считая «перебежчиков». Что мы можем выставить против? Свои — сколько там осталось на две армии, с учётом подкрепления? — тридцать тысяч солдат?
И всё же, разговоры шли. Благо, не панические, ведь сытная, обильная и вкусная пища сделала своё дело, вызвав на лицах людей довольные улыбки. Как же, иной раз, мало надо для счастья!
На мой задумчивый вид обращали внимание, но Скае я шепнул, что обдумываю НАШЕ будущее, отчего её глаза заблестели натуральным счастьем, а чуть позже подошедшим ребятам из остатков моего отряда — что размышляю над слухами и прикидываю перспективы.
После завтрака тихо выскользнул на улицу, усевшись в стороне ото всех. На площади перед цитаделью подготавливали площадку, на которую тащили бывшего генерала Гектора Сайкса, имевшего удивительно целый вид (ну не считать же всерьёз дюжину синяков и разбитую морду?). Похоже он не стал отмалчиваться и поведал всё, что знал, осознавая собственное незавидное будущее.
Сорвав и зажевав травинку, я рассматривал, как его поставили в центре грубо сколоченного деревянного помоста, а окрестности постепенно наполнялись людьми. Несмотря на то, что большинство имело собственные задачи, на казнь пришли посмотреть достаточно много народу. Кто-то следил за небом, кто-то контролировал толпу, дабы не случилось давки, спонтанных драк или ещё каких проблем, всегда возникающих в моменты возбуждения и мнимой толики безопасности. Ныне у нас был именно такой случай: накрученные солдаты всё чаще махали кулаками, выдавая несвязные крики в сторону Сайкса, который насмешливо смотрел поверх их голов.
Офицеры, ходившие среди бойцов, вынуждены были повышать голос, одёргивая совсем распоясавшихся. Сионы, игравшие роль стражи, придавали их словам вес, не стесняясь применять силу, когда того требовала нужда.
И всё же… я бывал на казнях и видел их, так что могу сказать — сейчас люди ведут себя ещё относительно спокойно, особенно учитывая, что каждый из собравшихся был в курсе предательства Гектора, из-за которого погибло немало хороших людей из Первой.
Вокруг толпы летали стаи расплодившейся мошкары. Птицы перехватывали их прямо на лету, с тихим хрустом лопая хитин, словно орешки. Надеюсь среди них нет шпионов врага? Было бы неприятно, но вроде как за этим следят…
Рядом со мной возникла тёмная фигура и молча присела на корточки. Мы помолчали, не спеша начинать разговор, одинаково наблюдая за тем, как завершаются последние этапы подготовки.
— Комендант иногда должен отдыхать, — сказал я, не глядя в сторону Логвуда.
Тольбус тихо фыркнул в свои усы.
— А маги? — переадресовал он вопрос.
— У нас слишком мало времени, чтобы тратить его на сон, — я кивнул на ирис, пробившийся из-под каменной брусчатки. Прямо в этот момент на него сел мотылёк. Намёк был максимально очевиден.
— В отдыхе нам сейчас отказано, — произнёс Логвуд.
— Когда-то бывало иначе? — приподнял я бровь.
— Ты шутишь как бывалый ветеран, колдун, — усмехнулся мой внезапный собеседник.
— Шутки? Скорее их отсутствие, — едва уловимо пожал я плечами. — Научился, пока воевал.
— Это ясно как день, — мужчина достал кисет и трубку, начав её набивать.
Мы замолчали, наблюдая за тем, как на помост зашёл единственный выживший генерал Первой армии (не считая Гектора Сайкса) — Дирас Эдли.
— Все мы знаем, — громким, хорошо поставленным голосом, начал говорить он, — что человек, стоящий подле меня, продал свою жизнь Империи и Дэсарандесу…
Я сплюнул горькую травинку и задумчиво вздохнул. Казнь… Сайкс говорил, что предал часть, ради спасения большинства и в каком-то роде он был прав. Каждый из нас поступает так, как считает нужным и правильным. Взять, например, меня.
Анселма… не волнуйся, сестрёнка, я знаю, как тебе помочь.
Глава 7
«Нельзя утешить того, кто притворяется, что плачет».
Данхолфская пословица.
* * *
Краем глаза я посмотрел на коменданта. Когда-то мне казалось, что я отлично понимаю этого человека, но не сейчас. Я не представлял, о чём он думает. А самое забавное — я не видел, чтобы его терзали сомнения относительно дальнейшего развития событий. Хех, похоже, если они и были, то мужчина ничего не показывал.
Впрочем, — задумался я, — это правильно. Командир не должен демонстрировать слабость. Только силу. Только пример для всех остальных. Я понял это, когда взвалил на свои плечи командование. И пусть отряд мой сократился до нескольких человек, их никто не потрудился забрать. Это могло бы показаться странным, если бы во время этой осады у меня была возможность обдумать, что такое «странно».
— Я думал, что речь должен произносить самый главный, — высказал я не поворачивая головы. — Не по званию, а по факту.
— Никогда не обращался ни к кому и ни с какими речами, — спокойно поведал Логвуд, выпуская струю дыма от разгоревшейся трубки. — Не делаю из своего общения с людьми какого-то события.
— И поэтому они все так вам преданы? — слабо улыбнулся я.
Что будет, когда их вера рухнет? Что если от этого момента нас отделяют считанные часы?
— Император Дэсарандес покинул ставку своей армии, — поменял он тему, выдав новость, от которой
