Фантастика 2025-184 - Олег Александрович Волков
Вот только без документации мне это все равно не поможет. Нет снаружи ни супрессанта, ни чего-то другого. Так что мне сделают анализы, а потом попросту пришьют. И командование ничего не скажет, потому что прекрасно понимают, что будет, если вирус вырвется за пределы Волкова.
С другой стороны, полностью эту мысль отметать все равно нельзя. При случае этим вполне можно будет воспользоваться. Но мне бы сперва до ночи дожить бы, не обратившись.
– А самое главное - нет исходной культуры вируса. С ней я мог бы добиться гораздо большего. Понятное дело, что на это поднабится больше времени, ведь и тогда до вакцины было очень далеко, а сейчас, когда вместо настоящей лаборатории у меня под рукой только три лаборанта, - он вздохнул. - Однако мы не сидели сложа руки, и кое-что уже успели сделать.
– А почему никто просто не сходил в лабораторию за вирусом и документацией? - спросил я.
– Как вы это себе представляете, молодой человек? - удивился Профессор. - Я здесь не командую. Более того, меня тут попросту терпят за то, что я могу оказать кое-какую медицинскую помощь. Я хоть и вирусолог, но первое-то образование у меня медицинское.
– У меня тоже, - ответил я. - Только я не закончил. С третьего курса ушел и двинул в армию.
– Многие бросают на третьем курсе, - кивнул он. - Так вот, обеспечить мне материал с мертвых зомби местное руководство готово, потому что их и так приходится убивать. Они периодически приходят сюда, и окрестности чистят. А устраивать целую операцию, прорываться в лабораторию, чтобы добыть что-то для моих нужд…
– Как скоро вы могли бы разработать вакцину? - спросил я. - Если бы у вас было оборудование и исходная культура? Про материалы не говорю, на сто процентов уверен, что их уже вывезли. Если уж в нашей лаборатории, которая была с краю исследований вируса, оказались "черные", то в главной уж тем более кто-то да пошарился.
– Не знаю, - ответил он. - Это дело не одного дня. Но с исходной культурой шансы на успех растут. Как и скорость исследований. Но увы, никто никого никуда не отправит.
Мы прошли через небольшой мостик, разделявший два крыла санатория и поднялись по лестнице на третий этаж. Старик уверенно шел по коридору.
Он провел меня дальше и открыл дверь ключом. Мы вошли в кабинет, я покосился вокруг и покачал головой.
Очевидно, что когда-то это было медицинское крыло. Здесь не только проводили обычные для санаториев процедуры, но имелась и своя небольшая лаборатория. И вот на ее базе ему и приходилось работать.
Понятное дело, что исследования таким образом затянутся на годы. А закончатся они, скорее всего, ничем. Если Профессор в ближайшее время не докажет, что ресурсы, которые выделяют на него, и так приносят пользу, то на них просто забьют и сосредоточатся на выживании. И судя по безнадеге в голосе ученого, к этому все и идёт.
– По поводу вашего случая, - сказал он. - Супрессанта у меня нет. Наладить производство мы тоже не сможем, для этого нужны совсем другие мощности.
– А если взять лабораторию под контроль?
– Там есть электричество? - удивился он.
– Когда я в последний раз был, было, - ответил я. - Может, какие-то резервные системы. Но я не удивлюсь, если здесь кабель идёт через полстраны, который все это питает.
– Об этом стоит поговорить попозже, - сказал он. - Обсудить с местным начальством. Правда боюсь, что военные нам этого так не оставят. У них тоже есть проблемы с заражёнными, и пока они решают их единственным возможным способом - пулей.
– Лучшая профилактика, - кивнул я. - А как у местных старших отношения с военными?
– Они к нам не лезут, - ответил Профессор. - Но они стреляют во всех, кого видят, не разбираются. А что, сталкивались уже?
– Не то слово, - кивнул я. - Они сбили наш вертолет.
– Понимаю, очень на них похоже, - кивнул старик. - Но мы в город почти не лезем.
Похоже, что он военных не очень-то и любит. Интересно, а как у них получается выживать, и не лезть при этом в город, где они берут припасы? Понятное дело, что в санатории должны быть запасы, причем немаленькие, но на них одних ведь весну и лето не прожить. А лес тоже много народа не прокормит, это одному можно белку или ежа поймать, осевжевать, пожарить, и потом весь день более-менее сыт. А если толпа народа живёт.
Нет, лукавит он. Либо они не ездят в те районы города, что под военными. Впрочем, мне-то какая разница, я кроме номера, где очнулся, да коридоров ничего не видел. Может у них поля тут, плантации?
– А теперь проговорим о вашем случае, - сказал он и уселся за стол, на котором стоял компьютер. - Присаживайтесь.
Я сел на кушетку, посмотрел на вязки, закреплённые на ней. Это ещё зачем, интересно? Уж не проводит ли он какие-нибудь эксперименты?
Впрочем, на злого нацистского доктора он не похож, выглядит вполне обыкновенным стариком.
– Супрессанта у нас нет, - сказал он.
– То есть, это все? - спросил я.
И что, получается, что все зря было? Да нет. Быть такого не может. Хрен вам, я так просто не сдохну.
– Нет, - он покачал головой. - Дело в том, что регенерационные свойства вируса - это не единственное его свойство. Вы ведь встречались с зараженными? Глупый вопрос в самом деле. На первой стадии они практически не опасны. Но вот чем дальше, чем больше биомассы они найдут для пищи…
– Чем больше трупов сожрут, - сказал я.
– Точно, - кивнул он. - Поэтому они и питаются. Суть в том, что на поздних стадиях они становятся очень опасными. Говорят про то, что в итоге они превращаются в ночных зверей, смертоносных…
– Морфов, - сказал я. - Простите, что перебиваю, мне интересно, когда мы доберемся до сути. Я встречался с ними и даже убивал.
– Действительно? - спросил он, будто не заметив моей ремарки. - Жаль, что у вас не было возможности принести сюда тело
