Фантастика 2026-85 - Stonegriffin
Я нашел ее в лаборатории, погруженную в изучение дагонских артефактов. Из колонки звучали фортепианные переливы и мужской баритон меланхолично пел что-то про горящую свечу.
– Привет! Чем занята?
– Постигаю непостижимое, – с улыбкой ответила она, выключая песню.
– Мне нужно с тобой поговорить. Как раз о непостижимом. Прямо сейчас. Там, где нас не потревожат.
Покинув лабораторию, мы прошли на площадку лестницы пожарного выхода. Здесь пахло пылью и металлом, а из решетки под ногами тянуло сквозняком, несущим ледяное дыхание корабельных трюмов. Я рассказал все. Лира слушала не перебивая, но ее янтарные зрачки расширились от удивления.
– Только, пожалуйста, не надо спрашивать, действительно ли я его видел и действительно ли это мой отец! Я и так думаю, не сошел ли с ума. Но я видел. Только что! И Гемелл тоже! Он не знает, что это!
– А как он выглядел?
– Как мой отец!
– А подробнее?
– Ну как… обычно… как всегда. В форме и фуражке… Уверенный, спокойный.
– Он постарел? Ведь прошло пятнадцать лет.
А это хороший вопрос!
– Нет, он выглядел так, как во время нашей последней встречи…
– Что касается его чудесного спасения, то, хотя это и невероятно, мы уже видели много невероятного, – продолжила она, нахмурившись. – Взять те же артефакты Хозяев, например. Но если он тогда выжил, то почему не состарился? И если он все это время мог выйти на связь, почему не вышел раньше?
– Может, его забросило в будущее? Наше настоящее. Что, если на том газовом гиганте была еще одна хроноаномалия, как на орбите планеты Муаорро?
– Он сказал, что снова свяжется с тобой?
– Да. Кажется, так.
– В следующий раз запиши его появление на видео. Планшет ведь у тебя под рукой.
– Знать бы, когда он будет, этот следующий раз…
– Доктору Нейфаху скажешь?
– Пока нет. Слишком мало данных. Вряд ли он добавит что-то принципиально новое к тому, что мы уже обсудили, а получить репутацию человека, который говорит, что видит мертвецов, мне не хочется.
Эта невероятная встреча стала осью, вокруг которой теперь вращалась моя жизнь. Все остальное – таэды, артефакты, отчеты – отошло на второй план. Отец обещал ответить на вопросы. И я стал их записывать. А записав, вычеркнул лишнее. Осталось четыре вопроса:
1. Как ты выжил?
2. Как ты появляешься здесь?
3. Почему не можешь остаться насовсем?
4. Какая помощь тебе нужна?
Я показал список Лире. Она предложила добавить вопрос о том, почему он не постарел. Но я решил, что это может подождать. Сначала основы.
Гемелл настаивал на том, чтобы заменить все вопросы одним-единственным: «Кто ты такой на самом деле?» Но задавать его было глупо. Очевидно, что даже если кто-то другой выдает себя за моего отца, то ответит: «Я твой отец».
Но кто бы мог выдавать себя за него? Как? А главное – зачем? Гипотеза насчет бесов не выдерживала критики – они могли искушать меня и более традиционными способами, через мысли и чувства. Гемелл привел пару примеров из древних житий святых, когда злые духи принимали облик какого-либо человека для своих козней. Но я все равно не был убежден. Тем не менее он потребовал, чтобы я носил с собой пузырек со святой водой и окропил ею отца, когда увижу его снова. Я послушался, просто чтобы исключить эту версию. У нас хранилась святая вода с прошлого Крещения Господня.
Итак, при появлении отца надо будет обрызгать его и снять на планшет. Меня терзали сомнения.
Но папа не появлялся. Прошел день, второй, неделя… Я начал нервничать. Что, если он может появляться только раз в пятнадцать лет и в следующий раз я его увижу, когда мне будет сорок четыре?
– Сынок, у меня мало времени, – раздался голос за спиной, когда я был один на складе артефактов.
Я вздрогнул и развернулся. Отец стоял у стеллажа, но теперь в его позе было что-то напряженное. Как будто ему больно, а он пытается это скрыть.
– Ты хочешь знать, как я выжил, – почти без паузы продолжил он. – Меня выдернуло из корабля за миг до имплозии. Перекинуло в какое-то помещение. Построенное не людьми. Я не знаю что, как и почему. Здесь никого нет. Только приборы. Не наши, не человеческие. Но они откликаются на мысленные команды…
«Доставай пузырек!»
Завороженно слушая, я сунул правую руку в карман. Пальцы наткнулись на прохладное стекло, с трудом открутили маленькую крышечку.
– …Я не знаю, как именно это работает, но мне удалось наладить один прибор, который обеспечивает нашу связь. На короткое время.
«Брызгай на него!»
Выхватив пузырек со святой водой, я резко окропил папу.
Он не закричал, не зашипел, не задымился, не исчез с громким хлопком в клубах серного дыма. Лишь удивленно моргнул, смахнул капли с лица и спросил:
– Что ты делаешь?
Я почувствовал себя последним идиотом.
– Прости, папа, я… прости, пожалуйста…
– Неважно. Связь может оборваться в любую минуту…
– Как я могу тебе помочь?
– Прилети и забери меня отсюда!
– Как мне тебя найти?
Отец открыл рот, чтобы ответить, и вдруг был стерт с холста реальности. Опять исчез!
– Нет! Нет! Папа! Блин, все из-за тебя! – крикнул я Гемеллу. – Зря только время потратил на твою дурацкую проверку! Он мог бы успеть сказать!
Гемелл ничего не ответил, что с ним бывало крайне редко.
– Да что тут такое жжется? – раздраженно спросил я, прикасаясь к груди, и обнаружил, что дагонский крест опять стал горячим.
Сняв его, я внимательно осмотрел артефакт. Словно в первый раз. В моих руках он медленно остывал. Я начал видеть отца только после того, как надел на себя это творение погибшей цивилизации. Здесь явно есть какая-то связь!
– Вы уже изучали дагонские кресты? – спросил я Лиру, когда мы встретились.
– Разумеется.
– Можно почитать предварительные отчеты?
– Да, без проблем. А откуда такой внезапный интерес?
Я рассказал ей про второе появление отца и повышение температуры артефакта.
– Извини, забыл снять его на планшет… Папа ответил на все четыре вопроса, хотя я успел задать только один. Но этот крест…
– Корреляция между появлением отца и активностью дагонского артефакта статистически значима. Это не случайность.
– Да, но это не связано со сверхъестественными силами, ведь мой второй крестик – точнее, первый, христианский – никак не реагирует. И проверка святой водой тоже ничего инфернального не выявила. Какой стыд, что я вообще на это пошел… А еще ученый!
– Ты провел эксперимент и исключил одну из гипотез. Так и работает ученый. На самом деле благодаря этому ты выяснил кое-что важное. Капли попали на отца, он их вытер,
