Фантастика 2025-75 - Андрей Буряк
– Рада, что ты в порядке. Я боялась, что ты погиб во время взрыва портала.
Отстраняюсь, делаю пару шагов назад и кладу маску на стол.
– Я в норме, – говорит он, продолжая смотреть на меня как-то странно.
Честно говоря, удивлена, что он еще не засыпал меня вопросами о том, что со мной было, как и когда я вернулась и прочее. Прежде чем сообщить ему о том, что Джо тоже здесь, решаю задать свой вопрос.
– Что с твоими глазами?
Джексон слегка приподнимает брови, и секунду мне кажется, что он задаст встречный вопрос по этому поводу, но Купер этого не делает, а коротко сообщает:
– Линзы.
Свожу брови к переносице, недоуменно смотрю на него и уточняю:
– Зачем тебе линзы?
Джексон неожиданно усмехается, отступает на шаг, открывает верхний ящик стола, достает оттуда небольшой контейнер и открывает его. После чего ловко вынимает линзы из глаз и убирает в специальный раствор. Когда он вновь переводит на меня взгляд, я невольно отступаю назад. Его глаза даже без линз больше не голубые. Они такие же, как мои. И, судя по всему, нам обоим известно, что должно произойти, чтобы они стали черными в синюю крапинку. Но когда это произошло? И кто спас Джексона?
– Джексон… – шепчу я, но замолкаю, потому что не могу подобрать слов.
– Я не Джексон, – сообщает он, отчего я забываю, как дышать, и просто смотрю на него во все глаза, глупо хлопая ресницами.
Глава третья
Секунды тянутся бесконечно долго, а то, что кажется нереальным сном, все никак не развеивается. Мы так и стоим, не двигаясь с места, и молча сверлим друг друга взглядами одинаковых глаз.
Я не Джексон.
Что это значит?
Ответ плавает на поверхности сознания, но я не могу поверить в его правдивость. Как такое вообще возможно?
Не знаю, сколько проходит времени, но я все же решаюсь уточнить, ведь либо подтвердить, либо опровергнуть мою бредовую догадку может только он.
– Джаред?
Он отвечает без промедления:
– Верно.
Отступаю еще на шаг и шепчу, не в силах справиться с потрясением:
– Ты жив.
Мне не требуется ответ, ведь доказательство находится прямо напротив, но Купер считает нужным подтвердить:
– Очевидно, да.
Очевидно?
Стискиваю зубы, отворачиваюсь и качаю головой, ощущая, как внутри начинает подниматься ярость. Какого черта вообще происходит? Поверить не могу в то, что он жив. Выходит, всех нас просто обманывали? И Мэйсон соврал тогда? Но зачем? Теперь более понятно, почему я ни разу не видела Джексона скорбящим. Чего ему скорбеть, если никто не умер? Но Джо… она выглядела совершенно разбитой, когда Джареда якобы не стало. Ничего не понимаю.
– Почему ты не мертв? – спрашиваю, не скрывая недружелюбия, и вновь смотрю на него.
Вижу раздражение, на миг промелькнувшее в глазах Джареда, а после он отвечает в своей обычной холодной манере, про которую я совершенно забыла.
– Я умирал и не один раз. Но меня вернули. Судя по твоим глазам, тебе должно быть это знакомо.
– Знакомо, – тупо повторяю я, потирая виски.
Голова болит от усталости и невероятного потрясения, из-за этого я не могу соображать здраво. Ни черта мне это не знакомо. Я не имею ни малейшего представления, как доктор Харпер вырывал меня из лап смерти. Мне известны его методы и средства, и этой информации вполне достаточно. Но в этом мире никто не знает о чудесных свойствах сердец хакатури, а значит, Джареда лечили с помощью традиционной земной медицины. Даже вообразить не могу, что ему довелось пережить и какой путь восстановления пройти, да и сейчас все это не имеет никакого значения. Он в порядке. Это также подтверждает тот факт, что Купер ведет себя, как обычно – смотрит свысока и не желает идти на контакт как нормальный человек. От этого чувствую еще большую досаду. Нет, я безусловно рада, что он жив, потому что никогда не желала ему смерти. Я даже по-своему скорбела, когда он "умер", но сейчас ощущаю себя обманутой, и мне это не нравится. Да и кому бы понравилось?
– К чему этот цирк? – спрашиваю недружелюбно.
Джаред снисходительно оглядывает меня с головы до ног, складывает на груди руки и продолжает стоять на месте, будто врос в пол.
– Цирк? – переспрашивает он все тем же тоном, и на меня вдруг накатывают воспоминания о том, как он отчитывал меня в своей палатке в ту ночь, когда нас с Мэйсоном арестовали.
Взмахом руки указываю на его лицо.
– Линзы, татушка как у Джексона. Что вообще все это значит?
Несколько секунд он размышляет, продолжая прожигать меня ледяным взглядом, который ничуть не изменился несмотря на то, что от прежних голубых глаз остались только воспоминания.
– Тебе ни к чему эта информация, – в конце концов сообщает он.
Застываю, ощущая, как каменеют плечи. Он это серьезно? Качаю головой и не могу удержаться от истерического смешка. Этот человек неисправим.
– Что смешного? – спрашивает он, сохраняя каменное выражение лица.
И как я вообще могла перепутать их с Джексоном? Даже несмотря на практически идентичную внешность, у братьев абсолютно разная энергетика.
– Да ничего, кроме того, что ты ведешь себя так.
– Как? – уточняет он.
Этот разговор меня уже достал. Но, несомненно, развернуться и уйти я не могу, поэтому меняю тему:
– Где Джексон? Он хоть жив?
Джаред слегка хмурит брови, вероятно недовольный тем, что я не ответила на его вопрос. Но он ведь на мои не отвечает, так что все честно. Спустя долгих двадцать секунд Купер медленно кивает.
– Жив. В момент взрыва он и небольшой отряд военных находились далеко от портала. Это их спасло.
– А остальные? – уточняю я, хотя это и не нужно, ведь ответ очевиден.
И он следует. Неизменно короткий.
– Погибли.
Меня бесит, что информацию из этого парня надо тянуть клещами, но если не спрошу, сам он ничего не расскажет.
– Когда это произошло?
Джаред тяжело вздыхает, будто его тоже
