Цель оправдывает средства. Том четвертый - Илья Сергеевич Модус

— Не-а, — загадочно улыбнулась девочка. Так… Вот теперь уже точно стало интересно.

— Рассказывай, — вздохнул мальчик.

— Если сделаю это, мы станем сообщниками, — заметила Исанне. — Уверен, что хочешь пострадать вместе со мной?

— Говори уже, — Хан пригладил рукой взъерошенные волосы, протянув вперед кулачок. Девушка с улыбкой отбила его — их маленький дружеский жест. Традиция, образовавшаяся после того, как оба поняли, что вместе — они сила. Ну, не совсем сила — скорее союз коварства и хитрости, помноженный на кореллианское везение. Но до сих пор им удавалось избегать раскрытия.

— Я сказала Уэсу Дженсону, что Сунтир Фел потребовал от него отдать мне свое пирожное, — заявила «Снежная королева», с деланно равнодушным взглядом надкусывая десерт. Ну и правильно — суп и гуляш можно съесть и потом.

— И он отдал? — удивился Хан.

— Конечно отдал, — хмыкнула она.

— И Сунтир ничего не сказал по этому поводу? — насторожился Хан.

— А он еще не знает, — улыбнулась Исанне.

— Как это? — Соло обернулся, выискивая глазами земляка-кореллианца, с которым не особо был-то и дружен. Но надменного Фела в столовой он не заметил. — Он никогда прежде не пропускал обед. Особенно, когда это последний прием пищи до ужина, — нахмурился мальчик. Посмотрев на загадочное лицо Исанне Айсард, предположил:

— Твоих рук дело?

— Не понимаю, о чем ты говоришь, — сказала она таким тоном и с такой мимикой, что Хан почти что поверил. Но он достаточно близко знал девочку, чтобы понимать — если на их потоке с кем-то из курсантов произошло что-то из ряда вон выходящее — Айсард приложила к этому руку. Как тогда, когда Уэс Дженсон решил, будто Соло украл у него деку и поколотил парня, подловив в мужском туалете. Ровно через месяц Дженсона доставили в медчасть Кадетского Корпуса с подозрением на острое отравление, радиационное заражение, глисты, сфинктеральную чесотку и подкожного клеща. По крайней мере именно это обнаружил дроид-медик, проверяя результаты регулярных анализов кадета. Дженсон провел в изоляторе практически месяц и вышел оттуда угрюмый, злой, обритый на слово и не желающий говорить о том, какую именно терапию в отношении него применяли. Но Соло и Айсард он стал обходить стороной. Однако, сколько не разбирались офицеры на кампусе — кому именно хватило наглости, умений и времени подделать результаты — виновных так и не нашли. Хотя подозрения в том, что к подобным проказам причастна Исанне, никуда не делись — проводивших проверку инцидента преподавателей не особо убедил рассказ девушки о том, что она в момент перепрограммирования находилась на стрельбище. Правда, когда инструкторы с полигона подтвердили это — подозрения вроде бы и рассеялись. Однако сам факт исчезновения одного из дроидов-мышей, оставался без объяснений.

И лишь Хан знал о том, что девушка избавилась от орудия своей мести, сбросив несчастного дроида-мышку в молекулярный утилизатор. Он сам помогал ей это сделать.

— Он хоть жив? — понизив голос, поинтересовался Хан.

— Конечно, — загадочно улыбнулась Исанне. — Но в следующий раз будет думать, прежде чем запираться в кубрике.

Хан почесал затылок, пытаясь уловить суть.

— Так ведь кубрики, которые отвели кадетам с Одессена, не запираются, — припомнил он. — Командир звездного разрушителя сказал, что это противоречит требованиям безопасности.

— Но замки-то там есть, — напомнила Айсард, приканчивая десерт.

— И голокамеры у ГЕМИНИ — тоже, — помрачнел Хан, припомнив, что в каждом коридоре или отсеке линейного корабля имеется минимум по одному устройству безопасности.

— Даже не знаю, почему они никого не заметили, — загадочно улыбнулась девочка. Хан, посмотрев на нее, улыбнулся тоже.

— Кадеты, внимание! — прозвучал надрывный басок старшего на курсе где-то за спиной Хана. Соло, как и Айсард, прекрасно знал, что означают эти слова.

Поднявшись из-за стола, кореллианец одернул полы кителя, вытянувшись по стойке «Смирно!», пожирая глазами адмирала Блока, стоящего на входе в столовую.

— Вольно, кадеты, — скомандовал директор Академии Генерального Штаба. Несколько сотен разумных слегка расслабились. — Наш полет подходит к концу — мы прибываем в точку назначения. У вас есть десять минут, чтобы разбиться по взводам и организованно добраться до ходового мостика. Исполнять!

Едва старший офицер покинул помещение, масса разумных пришла в движение, формируя учебные группы под командованием взводных. Потребовалось всего две минуты, прежде чем напротив входа расположилась небольшая походная колонна.

Старший кадет на курсе, на которого возлагалась ответственность за дисциплину и успеваемость всего потока, быстро пересчитал всех присутствующих.

— Где кадет Фел? — требовательно спросил он у присутствующих. Ответов не нашлось — каждый кадет знал, что строить догадки не нужно. Если владеешь информацией — скажи. Нет — молчи.

— Кадет Дженсон, — старший кадет обратил внимание на товарища Сунтира. — Пять минут на то, чтобы найти кадета Фела и привести его на ходовой мостик. В первую очередь — проверить жилые кубрики. Исполнять!

— Есть, — ответил тот, бегом бросившись исполнять приказание.

— Курс, — старший кадет обратился к остальным присутствующим. — К турболифту шагом марш!

Шеренга за шеренгой воспитанники Кадетского Корпуса стали покидать столовую.

На время перелета их разместили в жилых отсеках офицерского состава корабля. Учитывая, что звездный разрушитель принадлежал к числу новейших, едва сошедших со стапелей, на его борту еще не имелось и трети экипажа — собственно, именно по этой причине он не появлялся на передовой, а прибыл к Одессену, чтобы забрать оттуда кадетов и доставить их до места назначения, которое до сих пор хранилось в тайне от мальчишек и девчонок в строгой военной форме.

Соответственно и столовая располагалась довольно близко от ходовой рубки — в нескольких палубах ниже. И добраться туда ни у кого большого труда не составило.

— Как думаешь, зачем нас сюда привели? — шепнул Хан Исанне, после того как кадеты прибыли на необходимый уровень.

— Поверишь, если скажу, что не знаю? — так же шепотом спросила «Снежная Королева».

— Нет, — честно признался Соло. — Ты всегда все знаешь.

— Правильно, — едва заметно кивнула та. — Но не скажу — испорчу сюрприз.