За рекой, под сенью гор - Александр Павлович Быченин

— Какие ещё приятели? — напрягся Вова.

— Те, с которыми она приехала, — посмотрела на моего напарника донья Луз, как на идиота. Хотя почему «как»? — Втроём! Она с ними вроде как работает… не у нас, в центре. Какую-то им работу Хорхе подкинул, вот они и трудятся!

— А давно ли? — навострил я уши. — В смысле, работу подкинул?

— Да третий день уже, насколько я знаю, — любезно пояснила мощная донья.

Реально мощная, а вовсе не грузная, как могло бы показаться со стороны человеку несведущему. А уж какая у неё харизма! Вове и не снилось. Плюс весьма впечатляющая внешность — даже не кровь с молоком, а текила с лаймовым соком! Ух, какая женщина! Был бы я постарше, да занимал в обществе более ответственное положение… да хотя бы как у того же дона Себастьяна из «механиков»! — обязательно бы за ней приударил. Не, ну а чё, если воспользоваться терминологией Вовы? Донья Луз уже лет пять как вдова, так что никаких препятствий! Кстати, странно, что её до сих пор никто повторно под венец не затащил. Если только сама не желает… но кто я такой, чтобы навязывать взрослой самостоятельной женщине своё мнение? Особенно при наличии у неё парочки великовозрастных бугаёв-сыновей, у которых полно не менее габаритных приятелей? Правильно — никто, и звать меня никак. Опять же, к чему лезть в чужой монастырь со своим уставом? Мы с Вовой тут вообще проездом, как только работу сделаю, так и поминай, как звали! Кстати, лишь бы Вова не допетрил, что присказка «твори фигню, мы здесь проездом» идеально характеризует именно наш случай. Главное, момент удачный выбрать, чтобы после той самой фигни слинять куда подальше, и ещё до того, как вскроются последствия.

— Вы, ребятки, ещё что-то заказывать будете, или уже всё? — не дождавшись продолжения ни от меня, ни от моего неугомонного приятеля, уточнила донья Луз.

— Я всё, — отказался я от продолжения банкета. — Сколько с меня?

— Тебе за всех посчитать?

— Э-э-э… — переглянулся я с Вовой. — Нет. Мне только мой счёт!

— Тогда за остальное с тебя вычту, парень! — ткнула в моего напарничка карандашом, который держала в правой руке, донья Луз. А в левой, что характерно, был блокнот — хорошо хоть, из писчего пластика, а не из дефицитной бумаги. — Да подружка твоя особо и не наела!

— Знаешь, что мне больше всего нравится в этой ситуации? — спросил я прифигевшего приятеля.

— Ну и?..

— То, что возмездие тебя, придурка, настигло не просто неотвратимое, а ещё и незамедлительное! — хохотнул я. — И поделом, как по мне!

— Что ж, жизнь ко мне всегда была несправедлива… — философски вздохнул Вова. — Сколько там с меня, донья Луз? Дополнительно к стандартному обслуживанию?..

Н-да… некоторых жизнь ничему не учит, думал я, задумчиво глядя вслед напарнику — тот как раз шагал на выход, уладив финансовый вопрос с хозяйкой заведения. А я, поскольку на столе ничего интересного не осталось, развернулся вместе со стулом к фасадной стене с окошками — захотелось вдруг контраста с полутьмой дальнего конца обеденного зала. Да и парковочная площадка перед «Привалом странников» с моей позиции весьма недурно просматривается — какое-никакое, а зрелище! То псина какая-нибудь пробежит, искря шерстью, то кто-то из местных мимо пройдёт, загребая пыль мощными ботинками… а ещё там аж целых три багги приткнулись, что для столь неурочного часа довольно необычно. Я бы понял один, ну два… но чтобы три сразу? Впрочем, пофиг! Приспичило кому-то у гостиницы потусоваться, так и на здоровье! У меня других забот полон рот.

Взять хотя бы бедового напарничка, который как раз входной дверью хлопнул и был таков. Ведь говорил же ему, дураку, что его используют — и всё как об стенку горох! Хотя… как-то это мелочно для Джен — не расплатиться в банальной столовке. Ладно бы роскошный ресторан с заоблачными ценами! Скорее, просто забыла. А вот почему — это уже совсем другой вопрос. Либо торопилась, либо… озаботили её чем-то. Или и то, и другое сразу. Это я к тому, что всё это время перед Вовой распинался вовсе не зря — однозначно мои опасения имеют почву. Огребём мы проблем с работодателем девицы, к гадалке не ходи! Это мне мой седалищный нерв подсказывает, плюс плачевный опыт из относительно недавнего прош…

— Твою же ж мать! — резко подорвался я со своего места, опрокинув второпях стул. Ну и мысль, конечно же, не додумав. — Вот как так⁈ За что⁈ И, блин, почему я не удивлён⁈

Чем, спрашиваете? Так известно, чем — Вову приняли буквально на выходе из «Приюта странников»! Нет, не прямо под навесом, а чуть подальше, на парковочной площадке… аккурат между парочкой багги, вызвавших у меня подозрение. И ведь только сейчас до меня дошло, чем именно: несоответствием! Ну не могло быть сразу две местных тачки (точно местных, я на них уже насмотрелся, и теперь намётанным взглядом совершенно автоматически вычленял агрегаты из «слизнячьей» плоти, в любой другой технике невозможные по определению) у двух же «третьдиких»! А может, и четверть! С чего так решил? Во-первых, по мордам видно. Да, парни латиносы. Да, габаритные. Да, рожи колоритные. Но нет, пока ещё не задубевшие от ветра, пылищи и рассеянного света Гаммы-6, каковой в саванне почему-то совсем иначе воздействовал на человеческую шкуру, нежели в остальных поселениях. Плюс относительно приличные короткие причёски, а не длинные патлы, какие тут большинство населения носит, невзирая на пол и возраст. Ну и одежка для Бахо нетипичная — пусть и потрёпанные, но насквозь стандартные комбезы из корпоративных поставок. И, что характерно, рукава со штанинами не обрезанные. Обувь, опять же, вполне стандартная, без постапокалиптических излишеств в виде шипов, цепей и прочей бижутерии. Короче, не матёрые местные, а откровенные новички. И уже при двух машинах! Ну, допустим, это не их транспорт… в смысле, не в их личном владении. Но… где тогда водилы? Должны быть водилы, обязательно! Или отошли куда-то? А куда? Насколько я в курсе, помимо собственно «Приюта странников», никаких иных торговых точек поблизости нет… так что странно, очень странно.

Ну а с чего, собственно, решил, что Вову именно приняли? Так это проще некуда: по Вовиной походке. Глаз у меня намётан, так что разница между вальяжным расслабленным Вовой, пребывающим в мире со