Перекресток судьбы 2. Маг. Книга вторая - Юрий Николаевич Москаленко
— Возможны провокации? — делаю предположение я.
— Возможны не провокации, а вполне настоящие нападения, нанятых отрядов на наши караваны. — хмурится десятник — Караваны, где будем охранниками уже мы сами и наши сослуживцы. В том числе и ты. Отребья по миру хватает, кто за хорошие деньги согласился бы королевским стражникам кровь пустить, а потом с деньгами за границу рвануть, и затеряться там. А посредников, кто всё это организует, никто и ловить-то не станет. Бездоказательно это. Надеюсь, наш капитан всё это и сам прекрасно понимает. Но он опытный в этих делах, а его друг, наш мэр, ещё опытнее. И, скажем так, твои поединки им самим-то не очень-то и нужны. Не понял почему?
Пожимаю обескураженно плечами.
— Стоит тебе отступиться и погибнуть от рук кого-то из этих двух аристократов, то и им не поздоровится. Карьера пойдёт псу под хвост. Волчий билет им выпишут. В столице, ещё тот террариум. Грызня там идёт, все против всех. Аристократы слишком много сил набрали. А тут, не скажу, что законная передача власти и, хотя, волнений удалось избежать, но осадочек у народа остался. И наш король сейчас побаивается шевелить общество аристократов, хотя те слишком возвысились. И было бы неплохо, немного спустить их на грешную землю. А, что может для этого быть лучше, чем проигрыш их представителей в официальной дуэли, где нет месту подмены? Вот, то-то же! Но и твой проигрыш ударит по сторонникам, и короля, и его страже. Думаешь, почему не разрешает никто такие поединки? Да, стражники не прикосновенны. Но это, когда они на службе. А, если нет, то пользуются правами дворян личного статуса. И многим из аристо хочется… очень хочется, законно, а не тайно, из подворотни, кровь пустить представителям стражи, ставленникам Его Величества, во всех городах и больших населённых пунктах королевства. Всё сложно! А тут, такое… Так что, продолжай отдыхать и готовься к поединкам. Тренируйся… особенно в магии…
Возвращаемся домой. Сильно устал и немного обескуражен от всей той информации, что на меня сегодня свалилась…
Веду беседу с Искиным…
— … странно всё это. Ведь обыденное дело, а тут такой ажиотаж. И заметил, десятник твой про тотализатор нам с тобой и слова не сказал. Где и когда можно на себя деньги поставить. — обращает моё внимание, на разные тонкости в нашем деле, Искин.
— Так, наверное, нужно было показать, что мы в курсе происходящего вокруг поединков — говорю я Боре.
— Может быть. — легко соглашается со мной Искин — А может, тебя хотят огородить от всяких искушений. Вдруг, ты решишь, по какой-то причине, поставить кучу денег на своего противника, а потом просто сольёшь бой, надеясь, как-то выжить, но проиграв? Или, поймёшь, что сопротивляться бесполезно, и любимой женщине поможешь, за счёт своей жизни, финансовое положение ей поправить? А ведь и мэр, я думаю, и сам капитан, серьёзные деньга на тебя поставят. Кто осмелится своими активами рисковать? Дураков нет! А потому, единственно, что можно сделать это с Гулей переговорить на счёт наших ставок. Она, я в этом полностью уверен, уже всё узнала про возможность, как легко сорвать на тебе бабла. Вот и провернём дельце. Сегодня вечером, а то и среди ночи, с ней надо всё обговорить. Она, думаю, опять спать у тебя останется после того, как ты очередную желающую стать мамой, покроешь.
— Ладно, узнаем… — соглашаюсь я с его доводами.
Две декады…
Вроде дали и отдохнуть, и подготовится к поединкам. Но уж больно тяжким было это вынужденное ожидание. Да и слишком много нашлось желающих меня оградить от этой заварушки, вплоть до того, что мне предложили руки и ноги переломать. Мол, сделать меня временно недееспособным. Исключить, хоть на время, возможность проведения поединков. И, что самое интересное, предложение подобное одновременно сделали… возвратившийся из поездки дед Тото с моим оруженосцем, и появившаяся в нашем городе настоятельница Храма Любви, так понравившегося мне Левиндейла.
И ведь, успела она даже до той даты приехать к нам в город, на которую с самого начала был назначен бой. Приехала она не одна, её ещё трое девиц сопровождали.
Скучать мне всё это время не давали. Даже на занятиях по травничеству, которые проходили, как обычно, в лавке нашего алхимика Лаура, со мной всегда были две представительницы Храма богини Любви. Клари очень смущалась их присутствия на наших занятиях, а уж Лаур и вовсе, терялся и так волновался, что даже нормально разговаривать не мог. Всё скулил или мыча, что-то непонятное бекал-мекал. Очень уж боится этих милых дам простой народ.
Пришлось, и вовсе, на время проведения учебных занятий, а потом работы с эликсирами, выставлять за двери своих сопровождающих. Хотят изображать из себя моих телохранительниц? Да, пожалуйста! Но прошу изображать из себя моих охранниц, с обратной стороны двери, и пока я тут нахожусь, лавка алхимика будет для всех закрыта. А занятия, на минуточку, у нас длились до самого вечера.
Но был и плюс…
Никто не решался создавать мне проблемы, когда при мне такая охрана имеется.
Вот и дедушка Тото тоже смог удивить…
— … а тебя в Левиндейле хорошо запомнили. Как только известие пришло, что ты на смертельные поединки с нашими местными аристократами нарывался, так такой ор начался по городу. И на базаре мыли тебе кости, все кому не лень. И среди их городских стражников волна поднялась, в плане того, как можно тебе помочь, и почему не запретило наше командование проведения дуэлей. И мэрия города стала суетиться… вроде как запросы в столицу направили… с требованием запрета поединков. Их чинуши городские прибудут тоже к нам сюда, хотят лично стать свидетелями необычного действа. Многие купчины в их городе, в курсе твоих похождений, хотя и помалкивают при всех. Подходили, интересовались за тебя. А, когда узнали, что Митька и вовсе твой оруженосец, и просто ты мне его выделили в эту поездку в качестве охраны… задарили его подарками. Земляные особо отличились. И расторговаться мне помогли. Я всё со скидкой хорошей
