"Фантастика 2026-5". Компиляция. Книги 1-29 - Настя Любимка
Сейчас на мне было одно из творений, сшитое под чутким руководством маменьки.
В основе платья три ткани — шелк, газ и атлас. Из газа серебристого цвета сделана нижняя юбка, она не настолько пышная, как мне бы хотелось. Белоснежный атлас, украшенный бледно-желтыми камнями, в форме бабочки закрывает грудь. А вот дальше все платье выполнено из двухцветного шелка. Легкие, не режущие глаз белый и серебряный. Платье полностью закрытое, нет разрезов или декольте, длинные облегающие рукава. Вот только шелк… материал довольно интересный: легкий, приятный на ощупь, но прозрачный! Самых сокровенных мест не видно, но и того, что имеется, предостаточно, чтобы мужчины давились слюнями. И, судя по моему опыту, не только мужчины.
Служанки Правителя сегодня превзошли самих себя. То воздушное нечто, что они соорудили из моих волос, я вряд ли смогу повторить. Летиса еще как-то умудрилась украсить прическу жемчугом, смотрелось потрясающе. Я не стала мудрить и, под стать камням в прическе и на платье, подобрала кольцо с крупной жемчужиной в форме капли, а подвеска, подаренная Фридой, и так соответствовала наряду.
Мне следовало бы догадаться, что на бал нас будут сопровождать. Сай галантно взял под руку отец, Маршен же встал столбом и не спускал с меня ошарашенных глаз. Дважды сглотнув, затем покраснев, он все же сделал полагающийся жест, и я смогла уцепиться за его локоть.
— Леди Анжелика, вы великолепны, — чуть склонив голову в знак уважения, сказал Ивен лей Даркуа.
— Благодарю, — все же залилась я краской.
— Сай, милая, ты, как всегда, обворожительна, — нежно обратился император к дочери.
Подруга и ее отец, не стали дожидаться, пока Маршен придет в чувство, и вышли из моих апартаментов.
Я наклонилась, почесала за ушком Габи, в нетерпении подтолкнула своего императора, и мы двинулись следом.
— Анжелика, вы словно Богиня, — голосом, охваченным страстью и желанием, прошептал Маршен.
— Благодарю, — ответила я холодно.
Мне было стыдно признаваться самой себе, но теперь Маршен меня чем-то раздражал. Зато я могла с полной уверенностью заявить, что никаких чувств у меня к нему не осталось. Кроме уважения, разумеется.
Больше ни я, ни император не произнесли ни слова. В торжественной обстановке, как того требовали традиции, мы под громовой голос церемониймейстера, представляющего нас, вошли в бальный зал. Высший Правитель уже восседал на троне. Остальные кандидатки уже были здесь, я — последняя.
Под ропот и восхищенные возгласы гостей Маршен вел меня на поклон к трону.
Я всем телом ощущала взгляды собравшихся — как ядовито-завистливые, так и полные желания. От них я легко отмахнулась, но от одного взгляда быстро потемневших глаз скрыться было невозможно. Они приближались ко мне с каждым шагом.
Пискнув «добрый вечер» и сделав положенный реверанс, я медленно выпрямилась и столкнулась нос к носу с Правителем. Невольно отступила назад.
— Леди, не окажете ли мне честь? — буквально выплюнул он, схватил меня за руку и потащил в центр зала.
Маршен сжал кулаки.
Замечательно, я теперь с ним еще и бал открывать должна. А не хочу! И с силой наступила ему на ногу.
— Ох, я такая неловкая, — прошептала сладко.
— Ты такая лгунья, — зло бросил Правитель. — Музыку!
Заиграла флейта. Ее нежные звуки словно прикасались к телу, ласкали его. За флейтой потянулась скрипка, уже более уверенно выводя мелодию. А после присоединился рояль. Мелодия вальса очаровывала. Моя злость испарилась, я просто наслаждалась плавными движениями танца. Бережно Правитель вел меня по кругу. Отклоняясь в очередном па, я поймала себя на том, что улыбаюсь. Вполне искренне и восторженно. Неудивительно, танцы всегда поднимали мне настроение.
Стихли звуки рояля, вслед ему замолчала скрипка, и только флейта дарила свою нежность, постепенно тая в последнем аккорде.
Во время танца мы не разговаривали, да и после Алисдэйр подвел меня к Маршену и ушел, не дождавшись от меня поклона.
Музыка полилась с новой силой, танцующие пары закружились по залу, конечно, Маршен пригласил меня.
Только после первого круга я мысленно начала сравнивать танец с Правителем с этим. Император держал меня ближе к себе и грубее, как будто всем видом показывая: моя! С Алисдэйром же было абсолютное единение, мы не мешали друг другу, наоборот — дополняли, просто наслаждаясь результатом.
А сейчас… Сейчас мне хотелось поскорее прекратить танец. Дыхание Маршена стало прерывистым, блеск в его глазах не сулил ничего хорошего. А мимолетные поглаживания моей спины навевали совсем уж нехорошие мысли. Все же этот танец я выдержала, причем полностью отклонилась от этикета, грубо не поддержав беседу ни во время вальса, ни после, трусливо сбежав к освободившейся Сай.
— Лика, будь осторожнее, — предупредила подруга, недобро заглядывая за мою спину.
— Знаю, — еще не поборов раздражения, бросила я.
— Принцесса, окажете ли вы мне честь? — раздалось над моим ухом.
Отошла в сторонку, чтобы не мешать. Обращение явно не ко мне относилось.
— Куда же ты убежала? — больно схватив меня за локоть, прошипел Маршен.
Ух, елки зеленые!
— Что вы себя позволяете? — пропищала я, второй рукой утирая выступившие слезы.
Проигнорировав мой вопрос, Маршен потащил меня на выход.
На все удивленные взгляды мне пришлось мило улыбаться. Вылетев за двери, император отшвырнул меня к противоположной стене. Я сильно ударилась и под ошарашенными взглядами слуг сползла вниз по стеночке. Но, сообразив, что ничем хорошим это не аукнется, медленно встала.
— Ваше величество, как это понимать? — сфокусировав мутный взгляд на лице императора, потребовала я объяснений.
— Ты… ты падшая женщина! — подойдя вплотную и схватив меня за плечо, злобно выплюнул Маршен.
— Что, простите? — Я несколько опешила от его слов.
— Ты… отвратительна! Спишь с ним, да?
Из моих легких буквально вышибло воздух, а от ярости зазвенело в голове. Да как он смеет со мной так обращаться?! Как он смеет мне говорить такое?!
— Руку убрал! — рыкнула я.
Глаза Маршена сузились, он сильнее сжал мое плечо.
— Повторяю последний раз: руку убрал.
— Ты забываешься!
— О нет, нисколько. — Я влепила ему звонкую пощечину. — Это вы, ваше величество, забываетесь! Это вам хватило наглости оскорбить девушку, которая борется за
