Осколки протокола. Суррогат реальности - Юрий Александрович Уленгов
Камеры — почти все мертвые, но несколько живых нашлось. Включил одну на пробу — на соседнем мониторе появилось зернистое черно-белое изображение. Часть цеха, биореакторы, сетники, копошащиеся между ними.
Выключил. Этого добра я уже видел достаточно.
«Жизнеобеспечение» пропустил — вентиляция, отопление, водоснабжение. Работает на минимуме, в автономном режиме. Для плана не критично.
Открыл «Аварийные протоколы».
Вот тут стало интересно.
Раздел содержал семь пунктов. Семь сценариев конца света в локальном масштабе. Последний выделялся — красный шрифт, иконка черепа, жирная рамка.
«Протокол полной стерилизации объекта».
Я щелкнул по нему.
Открылась страница с подробным описанием. Ну-ка, ну-ка, что тут у нас?
ПРОТОКОЛ ПОЛНОЙ СТЕРИЛИЗАЦИИ ОБЪеКТА BSL-4.
Назначение: Применяется при критической неконтролируемой утечке биологически опасных материалов класса 4 и выше, когда иные методы локализации признаны неэффективными
ВНИМАНИЕ: Протокол необратим. Активация приводит к полному уничтожению всех биологических материалов и живых организмов в пределах объекта.
Описание процесса:
ЭТАП 1: Активация с подтверждением административного доступа уровня A1.
ЭТАП 2: Запуск обратного отсчета. Задержка настраивается от пяти до тридцати минут для эвакуации персонала.
ЭТАП 3: По истечении таймера — автоматическое закрытие и герметизация всех дверей, шлюзов, вентиляционных каналов. Отмена невозможна.
ЭТАП 4: Распыление химических стерилизующих агентов через вентиляционную систему.
ЭТАП 5: Активация высокотемпературных плазменных горелок во всех помещениях.
ЭТАП 6: Повышение температуры до 850°C. Выдержка — 30 минут.
ЭТАП 7: Автоматическое отключение систем по завершении цикла.
Внизу страницы — красное предупреждение, крупным шрифтом, с восклицательными знаками:
ПРОТОКОЛ НЕОБРАТИМ! После активации остановка невозможна. Весь персонал должен немедленно покинуть объект. Нахождение на территории по истечении времени задержки гарантированно приводит к летальному исходу.
Я откинулся на спинку кресла.
Вот оно. Готовое решение. Упакованное, протестированное, ждущее своего часа пять долгих лет.
Рокот читал рядом, хмурился все сильнее.
— Я правильно понимаю? Мы можем все это сжечь к чертям собачьим?
— Совершенно верно, — кивнул я. — Я надеялся на что-то подобное, но на такой подарок судьбы даже не рассчитывал. Вот оно, твое выполненное задание Эдема. На блюдечке с голубой каемочкой.
Он помолчал. Смотрел на экран, на красные буквы предупреждения.
— Ты хочешь запустить самоуничтожение?
Я повернулся к нему.
— А есть варианты? Фабрику надо уничтожить, даже не из-за твоей миссии, а просто из соображений здравого смысла. Чем меньше этих тварей — тем чище мир. А его и так качественно загадили. Ну и, если вся эта машинерия активируется, преследовать нас будет некому. Так что — идеальное решение. Готовая, рабочая, протестированная система самоуничтожения. Грех не воспользоваться.
Рокот тяжело вздохнул. Но возразить было нечего.
Логика — она штука такая.
— И как ты все это видишь? Нам ведь еще и уйти надо. И ребят освободить, — Рокот с надеждой смотрел на меня.
Я повернулся в кресле к нему.
— Ну, значит, смотри. План такой. Я остаюсь здесь. Ты спускаешься вниз и отправляешься освобождать своих. Я прикрываю. Как только тебя засекут — а рано или поздно это случится — я врублю свет и сирены. Эти ребята, что сетники, что гексаподы, очень не любят яркий свет и громкий звук. Они их дезориентируют. Ты прорываешься к коконам и освобождаешь бойцов. Я прикрываю сверху. Как только они будут на свободе — я активирую проткол стерилизации и присоединяюсь к вам. Таймер поставлю… Не знаю, минут на десять. Больше нельзя — вся эта орава за нами кинется, но и меньше тоже — просто не успеем убраться. Я сейчас здесь еще пороюсь, постараюсь найти план фабрики, чтоб понять, куда нам вообще сваливать, — судя по замелькавшим на мониторе схемам, Симба воспринял эти слова, как руководство к действию и занялся поисками. — Ну а дальше все просто. Бежим со всех ног, отбиваемся от тварей, прорываемся на поверхность. Все.
Рокот некоторое время смотрел на меня, потом тяжело вздохнул.
— План — говно, — проговорил он. — Участвую.
— Да ясен пень участвуешь, — хмыкнул я. — Другого-то все равно нет. Но, прежде чем мы приступим, ты мне вот что скажи. Как твои отреагируют, когда мы выберемся? Этот твой бугай — он же не шутя тебя пристрелить хотел, если б я его не пнул — раскинул бы ты мозгами… По всему мультикоптеру…
Рокот помолчал, будто прикидывая, потом мрачно заговорил.
— Молот может начать бычить. Он такой — упертый, как танк. Видит мир в двух цветах — свои и чужие. если записал тебя во враги — хрен переубедишь. Может попытаться выкинуть что-нибудь прямо там, в самый неподходящий момент…
— Так может просто не освобождать его? — ухмыльнулся я. — Одной проблемой меньше…
— Это боец моей группы! — вскинулся Рокот. — Своих я не бросаю! Я с ним разберусь, — уже спокойнее добавли он. — Не переживай на его счет.
Я тяжело вздохнул.
— Да мне-то чего переживать? Дернется — я его просто завалю, как быка на бойне, да и все. Имей в виду.
Рокот вздохнул и мрачно кивнул.
— А остальные? — продолжил я.
— С Вьюгой проблем не будет, — уверенно сказал Рокот, даже не задумываясь. — Она предана мне лично и будет делать то, что я скажу.
— Даже если ты скажешь завалить бугая?
— Даже если скажу, — на этот раз прозвучало не так уверенно.
— Что-то в коптере это не очень видно было…
— Я разберусь, Антей! — Рокот слегка повысил голос.
— Ну, смотри. Я предупредил, — пожал я плечами. — Дальше. Как только мы выбираемся, ты снимаешь с меня это дерьмо, — я потрогал ошейник, — и мы разбегаемся. Ты можешь делать, что хочешь, но я в лапы ГенТек не пойду.
— Ты уверен, что не ошибаешься насчет них? Точно знаешь, что тебя там ждет? — Рокот посмотрел на меня испытывающе.
Я немного подумал, и тихо заговорил.
— Когда я освобождал людей с мясной станции… Там был… Мой двойник. Клон. Одно лицо. Только вот это был не знакомый тебе Антон Зорин, а тупая, запрограммированная машина для убийства. Он пытался захватить меня, чтобы утащить в ГенТек. Мне повезло. Я сумел его убить. А если бы не сумел… Скорее всего, у корпорации стало бы на одного клона больше. Это был я, Костя. Прошлый я, попавший в лапы корпоратам. Они пытались достать из моей башки информацию, которую им получать нельзя. У меня в мозгу — мнемоническая бомба. При попытке доступа — полное форматирование. Распад личности. Фактически — смерть сознания.
Рокот смотрел на меня, как будто я при нем заговорил на марсианском.
— Погоди. В смысле — прошлый ты? А нынешний…
Я невесело усмехнулся.
— Нынешний я — бэкап в теле клона, Костя. Я
