Цель оправдывает средства. Том четвертый - Илья Сергеевич Модус

— А чего тогда мы грыземся как тускен с татуинцем? — непонимающе посмотрела на девушку Асока.

— Мы ж бабы, — пожала плечами Оли. — Откуда в наших действиях логика? И вообще, я вас всех как конкуренток рассматриваю.

— Мне не улыбается сидеть на троне и все эти официальные приемы, — призналась леди Тано. — Мне бы световыми мечами помахать, да врагов порубить — от плеча до задницы…

Старстоун посмотрела на нее. Потом перевела взгляд на мужчину, который что-то рассматривал на экране своего компьютера.

— Неудобненько получилось, — наконец вымолвила черноволосая красотка.

— Набедокурили, — согласилась тогрута. — Может скажем ему, что помирились и не будем больше ругаться?

— Видишь у него надпись на лбу «Легковерный дебил»? — поинтересовалась Старстоун. Тано отрицательно мотнула головой. — И я нет…

— А она есть? — попыталась подшутить тогрута.

— Если бы, — вздохнула Оли. — Ладно, давай попробуем уговорить его не делать поспешных выводов… Учитель!

— Я занят, — не отрываясь от экрана бросил ей в ответ мужчина.

— Мы тут поговорили, — быстро произнесла Асока. — И пришли к выводу, что все это было недопониманием.

— Обещаем больше не ругаться, — Оли захлопала своими пушистыми ресницами, стоило только мужчине поднять на нее взор. «Наращенные», — смекнула Асока, приглядываясь к векам соратницы. — «Может тоже сделать? Надо у Оли спросить контакт мастера».

— Да-да-да, — подхватила тогрута. — Мы же ваши ученицы, и негоже нам так себя вести. Мы ведь продолжатели вашего дела…

Рик некоторое время молчал, переводя взгляд с одной на другую. Асока, скосив глаза в сторону Оли, заметила, что у той такое же кукольно-невинное выражение лица, что и у нее самой. Нет, ну не может же мужчина выстоять против уговора двух таких пай-девочек?

— Скооперировались, значит, — наконец, произнес он. — Ну, иного я и не ожидал. Впрочем, это не важно. Думаю, у вас голова идет слегка кругом от собственной важности своего положения…

— И это тоже, — закивала Старстоун. — Простите нас, дурех…

— Конечно, прощу, — улыбнулся Император. — Знаете, на моей родине существовала такая наука, как психология. И, насколько я помню, самая устойчивая малая социальная группа — это пять человек. Меньше или больше — и члены таких групп принимаются договариваться между собой «против кого будем дружить». Вот вы только что доказали мне правдивость этого тезиса, договорившись между собой, чтобы избежать карательных мер.

«И что в нашем плане такого неидеального было, что он его раскусил?», — с недовольством подумала Асока. Судя по выражению лица Оли, та подумала о чем-то подобном.

— Поэтому, я предпринял определенные меры, чтобы сбить с вас спесь, — улыбнулся мужчина, указав им за спину. Туда, где находился единственный вход в тренировочный зал Императора.

— Нам это не понравится, — решительно заявила Оли.

— Дай Сила, он нас просто ремнем выпорет, — с робкой надеждой в голосе произнесла Асока.

Они повернулись синхронно, словно репетировали это уже давно.

И сделали это только для того, чтобы посмотреть на бредущих к ним Зулл Ксисс и Обри Уин.

— Это то, о чем я думаю? — тихо спросила Оли.

— Лучше бы реально ремня всыпал, — с горечью в словах вздохнула тогрута.

— Девочки, — Асока почувствовала, как мужчина встал между ней и Оли, обняв обеих за плечи. — Познакомьтесь с двумя своими старыми добрыми знакомыми — Обри и Зулл.

— Знакомы уже, — буркнула Оли, явно взбешенная блуждающей на губах Ксисс улыбкой.

— И достаточно близко, — поддакнула Асока.

— Раньше вы их знали как просто участниц Императорского боевого гарема, — продолжал, проигнорировав их замечания, Доуган, — теперь же, они такие же, как и вы. Еще две мои ученицы.

— Ну, пиздец, — вздохнула совершенно уничтоженная Старстоун. — Я сегодня нажрусь как гаморреанец.

— Я с тобой, — погрустнела Асока, ощущая в Силе, что Император откровенно торжествует, совершив свое правосудие над их возвышенным мнением о себе любимых.

Сказка о двух обласканных элитных ученицах Императора превратилась в кошмар для самомнения каждой из них.

Что называется — доигрались.

Ан’Джей посмотрел вслед покинувшей его кабинет молодой девушке.

— Что скажешь? — поинтересовался он у своего заместителя на посту Директора Умбаранской Академии ассасинов, клона, некогда возглавлявшего роту клонов-убийц, Грема.

— Она не по моей части, — заметил он. — Чувствительна к Силе, бывший джедай…

— Падаван, — поправил Ан’джей.

— Тем более, — подал плечами Грем. — Мне и своих проблем в Гено Харадан хватает. Но, если интересует мое мнение — у девицы явно большие проблемы с контролем эмоций.

— Поэтому ее и погнали из Ордена, — задумчиво произнес Ан’Джей. — Влюбилась в такого же падавана, тот ей отказал, дескать, Кодекс, все дела. Идиоту хватило наглости сообщить обо всем главе Алмасской академии, где они обучались. Девчонке дали пинок под зад.

— Погоди, а разве алмасские джедаи не ортодоксальная секта, которая считала, что джедаи должны иметь семью, любить и прочие премудрости жизни простых смертных? — уточнил Грем.

— Нет, это мировоззрение алтисиан, — покачал головой директор Академии. — И Зеленых джедаев с Кореллии.

— Про последних в курсе, — произнес Грем. — Когда моих парней обучали, готовили в первую очередь противодействовать именно им. А с алтисианами и алмасскими джедаями я несколько путаюсь.

— Обе — неортодоксальные группы, ответвления от Ордена джедаев, — пояснил Ан’Джей. — Алтисиане как раз таки проповедовали семейные ценности, обучение нескольких учеников у одного учителя. И возраст учеников тоже не был для алтисиан проблемой — они обучали даже взрослых. Юнлинги у них отсутствовали как данность — все сразу становились падаванами. Примечательно, что в отличие от тех же кореллианских джедаев, алтисиане не требовали себе автономии. Они отказывались принимать твердолобость Ордена в ряде своих убеждений, а потому считались чуть ли не еретиками, которых следовало бы уничтожить. Иронично,