Вход в рай - Макс Максимов
– Помогите, – мысленно кричала девочка, безуспешно пытаясь пошевелиться, – помогите! Нет, нет, этого не может быть… Помогите!
Звон в ушах не стихал. Ева пыталась мелкими рывками двигать рукой вперед-назад, и ей казалось, что пространство вокруг руки не расширяется. Пытаясь пошевелиться уже несколько минут, Ева, охваченная паникой, осознала, что ее бессмертие сыграло с ней злую шутку.
Левий
Андроиды миновали стражу у городских ворот без происшествий. Александрия Первая являлась столицей государства роботов, называющих себя Евангелистами. Все города Евангелии назывались Александриями (в честь святого Александра) с прописанными порядковыми номерами. В столице проживало около десяти тысяч андроидов. Дома роботам нужны были для того же, для чего и когда-то настоящим людям: хранить имущество, безопасно ночевать, укрываться от дождя и мороза, держать ездовых лошадей в случае, если гражданин имел хоть какой-то статус, ведь транспорт мог позволить себе не каждый. Дождь был одной из самых страшных проблем для современного андроида. Изначально, полторы тысячи лет назад, все роботы были водонепроницаемы, но за долгие годы в результате неумелого ремонта большинство из них лишились герметичности и теперь каждый раз, когда шел дождь, они рисковали своим «здоровьем» или даже жизнью. Замена частей тела стоила недорого, но вот найти запасные детали было сложно. Производить части своих тел андроиды не умели. Выживать и как-то ремонтироваться им помогали военные походы в другие страны. Эти походы, со слов отца Мартина, несли религиозный характер. Власть оправдывала войну тем, что Евангелия борется с неверными и несет всем единственную истинную религию. На самом же деле целью было только добывание тел других андроидов. Их убивали и использовали в качестве доноров для ремонта жителей Евангелии.
Каин и Авель не спеша шли по оживленной грунтовой дороге к дому Авеля. По дороге то и дело проносились повозки, запряженные лошадьми, или с каким-нибудь грузом плелись ослы, подгоняемые хозяевами. Свернув за масляным цехом, роботы оказались на менее оживленной улице. До дома Авеля оставалось метров сто пути. Пройдя мимо литейной мастерской, где делали доспехи и оружие для солдат, мимо мебельной фабрики и мимо здания районной стражи, андроиды еще раз свернули, на этот раз в совсем узкий переулок. Они прошли мимо соседних жилищ и наконец-то добрались до дома.
* * *
Термоизоляционная коробка с памятью Левия лежала на столе подвала дома Авеля. Рядом с памятью, сложив руки на груди, распластался корпус какого-то безымянного андроида, которого Левий нашел в поле за городом. Андроид был уже мертв. Судя по клейму на лбу, которое выполняло у роботов функции паспорта, это был житель соседнего города. Глазные сенсоры, память, процессор и многие другие важные, дорогостоящие детали андроида были похищены еще до находки. То, как Левий с друзьями переносили это тело в подвал, заслуживает отдельной книги. Если коротко, то они не смогли подкупить стражу и несколько месяцев тайком по частям переносили робота, а потом уже здесь собирали. На черном рынке Левий купил недостающие части и вставил в этого бедолагу. Единственного, чего сейчас в роботе не было, так это сознания. Авель взял память Левия в руки.
– Как ты думаешь, – начал Авель, – если сознание, таящееся в этой коробочке, скопировать каким-нибудь магическим образом, то какого из Левиев можно считать настоящим?
– Оригинального, – сказал Каин.
– Но после копирования они оба станут настоящими Левиями.
– Нет. Один Левий будет настоящим, а второй копией.
– А как это будет выражаться в дальнейшем их поведении, если у них теперь идентичное сознание? Они будут иметь один и тот же характер, каждый из них будет помнить всю свою прошлую жизнь. Цели будут одинаковые у обоих.
– Да, но один Левий – настоящий, а второй – копия.
– Да чего ты заладил.
– Потому что сначала был один, а потом появился второй. Тот, кто был первый, тот и настоящий.
– А тот, который копия, он будет понимать, что он копия? Он будет помнить, как его создали?
– Нет, ему будет казаться, что он оригинал, потому что оригинал помнит, как с него делали копию, но если копия имеет память оригинала, то копия будет помнить то же, что и оригинал, а значит, копия будет помнить, как с него снимали копию, то есть копия будет считать себя оригиналом.
– И они оба будут настоящие Левии.
– Нет, настоящий тот, кто первый.
– Да какая разница, кто первый, если сейчас это два идентичных сознания?
– Потому что тот, кто первый, тот и настоящий.
– Но с точки зрения сознания нет первого и второго Левия. Ведь в копии хранится то же самое сознание, что и в оригинале. Это можно представить, как будто сознание копии росло в сознании оригинала, а потом они разделились, раздвоились. Но сознание копии нераздельно формировалось с сознанием оригинала в процессе жизни оригинала до копирования.
– Ты сам используешь слово «копия».
– Это чтоб ты меня понимал.
– Давай сойдемся на том, что копия это тоже настоящее сознание. По рукам?
– По рукам.
Вставить память Левия не составило труда. Андроиды, понимая, что за Левием вскоре придут власти, хорошо отработали процесс пересадки сознания из тела в тело. Левий, Каин и Авель несколько раз проводили подобную процедуру друг на друге.
– Чего он не оживает? – спросил Авель, глядя на все еще безжизненное тело.
– А я откуда знаю? Может, его на солнце надо, чтоб зарядился?
– На улицу?
– Ну да.
– А как мы объясним соседям появление тут нового жильца?
– Никак. Скажем… в гости зашел. Какая разница, что они подумают.
– Нет. Надо придерживаться плана Левия. Он не говорил вынести его на улицу.
– По плану у нас Левий должен уже воскреснуть.
Андроид, лежавший на столе, резко вскочил, потом упал на пол, выкрикивая что-то
