Весь Роберт Маккаммон в одном томе - Роберт Рик МакКаммон

Флинт грубо ее оттолкнул. Он свернул направо — взвизгнули шины — и оказался в похожем на лабиринт жилом районе. Во всех направлениях разбегались улицы. Спина у Флинта болела, ныло запястье, в висках тяжелым молотом стучала кровь. Он чувствовал во рту медный вкус страха. Флинт еще раз свернул направо, и у него екнуло сердце.

На расстоянии трех кварталов виднелась пара красных огней.

Флинт с такой силой вдавил акселератор, что «кадиллак» рванулся вперёд, как ошпаренная собака. Он хотел обогнать Ламберта и отрезать ему путь. Но в следующее мгновенье радость Флинта сменилась ужасом. Единственная фара выхватила из темноты не старый ржавый микроавтобус, а новенький «шевроле-кепрайс». На его багажнике серебристыми буквами было написано: ПОЛИЦИЯ АЛЕКСАНДРИИ.

Флинт нажал на тормоза. Тысячи возгласов, поминающих Бога, Иисуса и мать его Марию, безумными колоколами зазвенели у него в голове. Завизжали и задымились покрышки, когда водитель полицейского автомобиля газанул, чтобы, избежать столкновения.

Прежде чем остановиться, «кадиллак» завалился на бок, двигатель чихнул и умолк, и на крыше полицейской машины загорелась мигалка. Она дала задний ход и остановилась в двух футах от помятого бампера «кадиллака». В лицо Флинту ударил луч фонаря.

— Ну вот, — растягивая слова, сказал Пелвис. — Мы наложили дерьма и сами в него вляпались.

За ближайшим перекрестком Дэн запустил двигатель и, не зажигая фар, отъехал от тротуара. Черный «кадиллак» проскочил мимо улицы, где он затаился, две минуты назад, и Дэн боялся, что он вот-вот может вернуться. Миновав еще один перекресток, он включил фары и повернул налево, к шоссе 49, ведущему на юг. Машин не было ни впереди, ни сзади. Впрочем, Дэн понимал, что ему предстоит ехать всю ночь и проделать большой путь, прежде чем у него появится возможность отдохнуть. Он попрощался с Александрией и поздравил себя с удачным избавлением от охотников за наградой.

Флинт, все еще ошарашенный неожиданным поворотом событий, заворожено смотрел на мигалку.

— Эйсли, ты просто приносишь несчастья, — хрипло сказал он. Двое полицейских вышли из автомобиля. Флинт сунул баллончик с газом под сиденье, запихал брыкающуюся руку Клинта под рубашку и застегнул пиджак. Лица обоих молодых офицеров не предвещали ничего хорошего. Пока полицейские подходили, Флинт достал бумажник и прижал левую руку к груди, чтобы придавить Клинта.

— Держи рот на замке, — сказал он Пелвису. — Говорить буду я.

Полицейский, который подошел к дверце со стороны водителя, обладал такой мощной нижней челюстью, что ею можно было колоть дрова. Он направил фонарь прямо в глаза Флинту.

— Вы нас едва не отправили на тот свет, вы хотя бы понимаете это?

— Ужасно сожалею, сэр. — Голос Флинта был шедевром напускного раскаяния. — Сам я не местный и заблудился. Честно говоря, я даже немного перепугался, потому что никак не мог выбраться из этого лабиринта.

— Угу. И гнал поэтому под шестьдесят. А знак ограничивает скорость пятнадцатью милями в час. Это жилой район.

— Я не видел знака.

— А Домов ты тоже не видел? И нашей машины? Сдается мне, что ты или пьян, или псих, которому нельзя доверять руль. — Он повернул фонарь, и луч уперся в Пелвиса. — Боже мой! Уолт! Ты только взгляни!

— Как поживаете, ребята? — спросил Пелвис, приветливо улыбаясь. Мамми, сидевшая у него на руках, угрожающе зарычала.

— Ну и дела, — сказал полицейский с фонарем. — Дайте-ка взглянуть на ваши водительские права. А заодно;и на ваши, сэр мистер Пресли.

Пока Флинт мучился, вытаскивая права, из своего плотного бумажника, одновременно удерживая Клин-та, Эйсли извлёк свой потрепанный бумажник с вышитым на нем портретом Элвиса Пресли.

— Я всегда говорил, что не верю, будто он умер, правда, Рэнди? — воскликнул Уолт с неподдельным восторгом. Он был выше своего напарника и более худощав. — Я всегда говорил, что в том гробу был просто восковой манекен!

— Ну и ну, — покачал головой Рэнди. — Это будет почище, чем встреча с зелёными человечками. Запроси сведения о машине. — Уолт обошел «кадиллак», чтобы записать номер, и вернулся назад, к патрульному автомобилю. Рэнди раскрыл права Флинта и посветил фонарем.

— Флинт Морто. Из Монро, да? А что вы делаете здесь среди ночи?

— Гм… Ну, я… — Флинт ощущал в голове гулкую пустоту. Он пытался придумать хоть что-нибудь, все равно, что. — Я… то есть я хочу сказать…

— Офицер? Сэр? — заговорил Эйсли, и Флинт вздрогнул. — Мы хотели найти «Холидей-Инн». И, кажется, свернули немного не туда.

Луч снова переместился на лицо Пелвиса.

— «Холидей-Инн» прямо за перекрестком. Там висит указатель, и его не заметить трудно.

— Я думаю, что мы умудрились все-таки это сделать. Еще минуту Рэнди потратил на изучение лицензии Пелвиса. Под рубашкой Флинта дернулся Клинт, и Флинт облился холодным потом.

— Пелвис Эйсли, — произнес Рэнди. — Не верю, что тебе дали это имечко при рождении.

— Нет, сэр, но это мое дозволенное законом имя.

— А как тебя назвали родители?

— Гм… Сэр, я живу под именем, которое там записано…

— Пелвис не имя, так называется тазовая кость. Какое имя дали тебе отец с матерью? Или ты вылупился из яйца?

Флинт постарался не обращать внимания на издевательские нотки в голосе полицейского.

— Послушайте, я думаю, ни к чему куда-то звонить по поводу нашего номера…

— Заткнись. Мы с тобой еще поговорим, не волнуйся. Так я спрашиваю, какое имя ты получил при рождении?

— Сесил, — последовал негромкий ответ. — Сесил Эйсли.

— Сесил, — передразнил Пелвиса Рэнди. — И ты все время так одеваешься, Сесил?

— Да, сэр, — гордо ответил Эйсли. Мамми у него на коленях продолжала негромко рычать.

— У тебя чертовски дурацкий вид. Ты не скажешь мне по секрету, зачем тебе этот маскарад?

— Послушайте, офицер, — снова заговорил Флинт. Он испугался, что Пелвис начнет